Уж замуж невтерпеж - Анна Ледова

Так что Евгении Кирсановой искать здесь женихов — затея изначально провальная. Зато для Эхении Каас-Ортанс все пути открыты. Помимо герцогов, Марисы и лорда Велленса никому и невдомёк, откуда я взялась на самом деле. Да та же Фелисберта, что лишь последние шесть лет жила бок о бок в замке со спящей принцессой, была уверена, что «сонная болезнь» накрыла меня уже в сознательном возрасте. А всем прочим и вовсе дела не было, чего это герцоги жили затворниками тридцать лет и дочь от всех прятали. Ну, всякое же случается в семьях, может, я уродина какая…

Ведь даже другу-компаньону отец-герцог всей правды не сказал. Ой, да что я всё о нём? Вот же привязался граф Арранис к мыслям, не выдернуть! Нет, такого мне в мужья точно не надо! Во-первых, он сам не стремится. А во-вторых, слишком умён, прозорлив и моих настоящих устремлений точно не разделит. Кого же тогда искать на эту роль?

Какого-нибудь восторженного юнца? Нет, я же не изверг… Влюбится мальчишка, а я ему: прости, мил друг, я согласна под венец, но разведёмся тут же. Или прямо так вопрос и ставить? Мол, никакого половодья чувств не ждите, возьмите ненадолго в загс, я вам даже заплачу́… Но даже если найду такого расчётливого, то что, если после не избавлюсь? Разводы здесь, как я сказала, не проблема. Проблема — в согласии на то сторон. Непременно обоюдном.

Обманом тоже не хочется, мне в этом мире ещё после жить. Изображать влюблённость ради того, чтобы получить заветное благословение богов с привязкой к миру, а после резко «разлюбить»? Нет, не моё. Вот же придумали дурацкий ритуал! Души, боги… Как мне прекрасно без них жилось. Но в этом мире свои правила. Веришь, не веришь, а они есть, не перепишешь. И порхающие души, и магия, и — да чёрт с ним, с въевшимся под кожу атеизмом! — наверняка и боги тоже.

Нет, на ночь такие мысли не годятся, решительно всё завтра!

Вот и настал новый день. Я привычно открыла глаза с первыми лучами солнца, мохнатые монстры тут же проснулись, и мы сладко потянулись все втроём. М-да, даже если и найдётся подходящий муж, то от брачной ночи мои кисаньки, привыкшие спать исключительно со мной, избавят без проблем. Да и от последующих… Ой. Кстати, этот вопрос я ещё не прояснила. Надеюсь, божественное «единение душ» не подразумевает заключительным этапом ещё и единение телесное? Если так, то какой-нибудь дышащий на ладан милый старичок тоже из мужей вычёркивается… Нет, я с ума от этого сойду!

Румяная Фаяра уже вовсю хозяйничала на новой кухне, поторапливая племянниц заканчивать болтовню и завтрак и отправляться на ближайший рынок за продуктами. Молоденький помощник садовника обещал их проводить и показать все нужные лавки. Здесь-то не деревня, само не вырастет, никто не привезёт. Замок Кнестон был на полном самообеспечении — и фрукты с овощами, и птица-мясо, и зерно. А здесь Фаяре ещё только предстояло завести себе поставщиков, да чтобы честные были и с хорошим товаром, а за такими в столице ещё побегать надо. А то тут всякий норовит подсунуть негодное, ещё и втридорога содрать, возмущалась повариха. Девчонки, не дожидаясь, пока тётя начнёт крыть крепким словцом ещё и их, сбежали, прихватив корзины.

Я увязалась за ними. Леди Карина сегодня пообещала нам с Фелисбертой прогулку по городу, но с гламурной сестрицей дальше модных магазинов не уйдёшь, а тут выпал шанс пройтись по-настоящему. Посмотреть город изнутри: и рынок, и простой народ. Не в экипаже, а пешком, по закоулкам. А в центр ещё успеется!

В этой части города с раннего утра уже кипела жизнь. Паренёк, что вызвался проводить нас на рынок, сновал по улицам словно рыба в воде. Дора с Нарой только таращились да разевали рты. Ещё бы, в деревеньке недалеко от замка было всего-то два десятка домиков, а всей торговли — два прилавка. А здесь были отдельно и пекарни, и мясные лавки, и цветочные, и зеленщики… И все под затейливыми, умело сделанными вывесками. На площади раскинулся и рынок, со всю ту деревню размером. Галдёж, торговля аж до хрипоты, а запахи!..

Хозяйки с самого утра спешили закупиться свежепривезенной снедью: там рыба ещё плещется, здесь цыплят прямо при тебе ощиплют. Кто на свой стол, кто на господский. Девчонки поначалу растерялись от такого изобилия, но жизнь под крылом Фаяры и не тому научит. Пяти минут не прошло, как они уже бойко торговались с усатым мясником, дерзко пеняя тому на почтенный возраст — «Мамой клянусь, молочный!» — телёнка.

Я держала их в поле зрения, а сама примечала разные необычные вещи. У торговца рыбой, например, на прилавке был особый заговорённый лист металла, сам исходивший морозным инеем, и лёд на такой класть не нужно. У зеленщика отдельной связкой лежали какие-то светящиеся прутья. А вот та старушка — я за ней давно наблюдала — в маленькую корзинку уже сложила килограммов пять яблок, а сейчас уже третью дыню опускала, и всё никак корзинка не могла наполниться. Бездонная, что ли? Так тоже можно? Чудеса…

В базарном шуме я не сразу услышала испуганные вскрики. Наверное, без воровства здесь тоже не обходится. Надо бы ухо остро держать, хотя у меня и брать нечего. Про деньги местные и то не удосужилась узнать. А крики звучали всё явственнее, причём волнения начались с той стороны, откуда пришли мы сами. Прошло ещё несколько секунд, и народ уже побежал врассыпную, переворачивая на своём пути прилавки. Да что за чертовщина происходит? Тоже бежать? Ещё задавят…

Знакомый жалобный вой вдруг расставил всё на свои места. Среди вмиг опустевших рядов рысцой бежали мансы, вынюхивая дорогу. Впрочем, Мегера ещё и успевала отправлять в пасть всё то, что недальновидно побросали продавцы. Ох, кисаньки… Привыкли за мной везде хвостом,