(Не)любимая попаданка дракона - Эльвина Лейн

Я выхватываю из рук Тиши длинную сорочку с рукавами из теплой ткани.

— А зачем ты купалась в холодной воде? — насмешливо спрашивает Леонард.

Я небрежно оглядываюсь.

— Потому что у кое-кого дома нет горячей.

— Куда же она делась? Тиша, обогревающий артефакт сломался?

Я изумленно поворачиваюсь к Тише:

— Артефакт? Какой еще артефакт?

Девушка кротко опускает глаза и тонким голосом лепечет:

— Была маленькая проблема, суб'баи, но сейчас всё работает.

— Вот видишь, дезер'ра, — усмехается Леонард, — а ты говоришь, воды нет.

Я с укором смотрю на Тишу, но она прячет от меня свои бессовестные глаза.

— Знаете, Тиша, — говорю я, высоко подняв подбородок, — женщина, которая опускается до низостей ради мужчины, очень жалкое зрелище. Она никогда его не покорит. Слышите? Ни-ког-да!

Тиша прерывисто вздыхает и поднимает на меня испуганные глаза. Да, бойся меня. Я никому не позволю себя обижать: ни этому мужлану, ни влюбленной в него глупышке.

— О чем это ты, дезер'ра? — раздается за спиной.

Но я не отвечаю. Даже не оборачиваюсь. Расправляю плечи и иду в свою комнату. По дороге забираю со стола тарелку с пирожками и невозмутимо прохожу мимо Тиши и хмурого Леонарда.

— Это для суб'баи, — возмущается Тиша.

— Уже нет! Компенсация морального вреда, так сказать! — решительно заявляю я и захлопываю дверь.

Прохожу в маленькую комнату, ставлю пирожки на комод и плюхаюсь на кровать. Она скрипит, матрас прогибается.

Я сбрасываю мокрое полотенце и надеваю сорочку. Внутри кипит злость. Мало Леонарда, так еще эта глупышка на голову свалилась. Тоже мне интриганка.

Подумав, я на цыпочках подхожу к двери и прислушиваюсь.

— Суб'баи, — жалобно причитает Тиша. — Вы видели? Я же для вас готовила. Так старалась.

Вот нахалка! А про свое вранье — ни слова.

— Тиша, тебе не пора домой? — спрашивает Леонард.

На несколько мгновений наступает тишина.

— Домой? — растерянно повторяет Тиша.

— Время уже позднее. Негоже молодой девушке так допоздна задерживаться. Тебя, наверное, уже матушка потеряла?

— Наверное, — нехотя соглашается Тиша. — Я просто не хотела оставлять дезер'ру одну в вашем доме. Вдруг что…

— Иди домой, — мягко говорит Леонард. Скрипит дверь, голоса отдаляются. — Насчет пирожков не переживай. И да, завтра можешь не приходить.

— Как⁈ — испуганно восклицает она. — Я что-то не так сделала? Вы обижены на меня?

— Нет, Тиша. Просто я решил, что завтра у тебя выходной. Ты так хорошо работаешь, что заслужила дополнительный отдых…

Голоса затихают. Я прислушиваюсь, затаив дыхание, но в доме царит тишина.

Досадливо вздыхаю, подхожу к маленькому пыльному окну. Оно выходит на задний двор с грядками.

Через минуту хлопает входная дверь. Пол скрипит под тяжелыми шагами. Мое сердце пропускает удар. Леонард идет сюда.

Глава 16

Шаги становятся громче. Я суетливо оглядываюсь, бросаюсь к комоду и тащу его к двери. Он скрипит ножками об пол. Шаги в коридоре ускоряются, я в панике тоже. Подпираю дверь комодом и для пущей надежности еще сажусь на него. Беру с тарелки пирожок и жду.

Шаги стихают рядом. Я затаиваю дыхание, прислушиваюсь. Ручка двери резко дергается.

— Дезер'ра, — хрипят с той стороны. — Что ты делаешь? — В дверь ударяют два раза.

— Вы что-то хотели, суб'баи? — невозмутимо отвечаю я и надкусываю пирожок. Он сладкий и тает во рту. Все-таки, что ни говори, но готовить Тиша умеет. Жаль только, что в остальном подвела.

— Это что за выходки? Открой! — ручка снова дергается.

По двери бьют, комод дрожит, но держится.

— Я уже готовлюсь ко сну и прошу вас меня не беспокоить. Приличные люди в такое время спят.

Несколько минут тишины, затем ворчание и удаляющиеся шаги. Я победно усмехаюсь.

— Это еще кто кого перевоспитает, — бормочу я, доедая третий пирожок. Спускаюсь с комода и забираюсь под одеяло.

Больше суток без сна дают о себе знать — я отключаюсь, едва голова касается подушки. Но выспаться не удается.

Сквозь сон чувствую дуновение ветра, слышу пение птицы. Что-то скрипит два раза. А затем с меня начинает сползать одеяло.

— Бабуль, закрой окно, холодно, — сонно бормочу я.

— Подъем, дезер'ра, — хрипят в ухо.

Я распахиваю глаза и замираю. Окно распахнуто, по комнате гуляет сквозняк, колыхая зеленую штору. Медленно поворачиваю голову и вздрагиваю. Леонард нависает надо мной и хитро улыбается.

— Мамочки! — вскрикиваю я, подскакивая и одергивая сорочку. — Что вы тут делаете? Выйдите!

— Я у себя дома. Хожу где хочу. — Он бросает на кровать стопку одежды. — Оденься и выходи на кухню.

— С какой стати? — смотрю в окно. На улице светло, но я не выспалась. — Который час?

— Шесть утра, — Леонард отодвигает комод и открывает дверь. — Если еще раз закроешься, вынесу всю мебель. Оставлю только матрас. Давай, поднимайся и приготовь мне завтрак.

— Вообще-то, я в домработницы не нанималась, — ворчу. — Пусть ваша Тиша вам готовит.

— У Тиши выходной. Поэтому будь добра, через пять минут стоять на кухне.

Он выходит, а я вскакиваю с постели и начинаю метаться по комнате.

— Да что он себе позволяет? — бормочу я. — Врывается так бесцеремонно, еще и командует.

Смотрю на одежду, которую он принес. Длинное коричневое платье, как у Тиши. К нему серые гольфы и чепец.

Он правда думает, что я это надену?

— Ты еще не готова? — раздается у двери.

Леонард стоит, опершись о косяк и сложив руки на груди.

— Я это не надену. Лучше уж мое платье, перемазанное в зеленой траве, чем это.

— Тот кусок ткани в тазике? — усмехается он. — Я его выбросил.

Я изумленно моргаю.

— Как? — выдыхаю я. — Это мое любимое платье. Как вы могли? Кто вам вообще разрешил трогать чужие вещи?

— В этом доме всё моё. Надевай то, что принес, и выходи на кухню. Или приведу сам. — Он щелкает пальцами, и на моих руках вспыхивают путы. — Я жду.

Он уходит, а я с досадой смотрю на это страшное коричневое платье. Тяжело вздыхаю и, скрепя сердцем, надеваю его. Оно великовато в плечах. Длинные рукава закатываю, а вот подол волочится по полу. Но это полбеды. Ткань грубая и плотная. Как в этом ходят вообще?

Расчесываю волосы и примеряю чепец. Кручу его и так и сяк и наконец раздраженно бросаю на кровать. Пусть сам носит. А я не буду. Как не надевай, а выгляжу я в нем как дурочка.

Леонард стоит на кухне, глядя в окно. Он оборачивается, когда я вхожу. Осматривает меня с ног до головы, задерживается на распущенных волосах и недовольно хмыкает.

— Платье велико, — сажусь за стол и тянусь к