(Не)любимая попаданка дракона - Эльвина Лейн

— Это ее «подарок»? — король кивает на расцарапанную щеку Леонарда и слегка улыбается.

— Да, — неохотно признается он.

— Ты должен был объяснить ей, что произошло и где она. Это твоя обязанность, как суб'баи.

— Да, Ваше Величество.

Король говорит с укором, и Леонарду это не нравится. Он не хочет, чтобы в нем разочаровались.

— Так что же тебе помешало подготовить ее до приезда в замок? Раньше за тобой таких промашек не наблюдалось. Ты всегда блестяще справлялся с заданиями. Иногда даже слишком блестяще, — король усмехается.

Леонард сжимает челюсти. Всё никак не забудут историю с той безумной дезер'рой, которая в него влюбилась. Сколько тогда было шуток про его «темперамент». Неужели это будет преследовать его всю жизнь? Он мечтал о серьезной карьере, а прослыл ловеласом.

— Я донес до дезер'ры всю информацию, согласно инструкции. Но она оказалась крайне несообразительной и упрямой особой.

— Тебе могут попадаться разные дезер'ры: и глупые, и дерзкие, и кроткие. Ты должен уметь работать со всеми.

Конечно, король прав. И сейчас глупые попытки оправдать свой провал выглядят просто жалкими. Леонард это понимает.

— Больше такого не повторится, Ваше Величество.

— Конечно, не повторится, — король улыбается. — Я подумал, зачем запирать такой «бриллиант» в темнице? Такая сложная дезер'ра — редкость и настоящая находка для суб'баи. Работа с ней может многому научить.

Леонард тяжело вздыхает — он уже понял, к чему ведет король.

— Вы правы, Ваше Величество. Я возьму дезер'ру к себе и лично проведу воспитательную работу.

— Вот и хорошо. Не сомневаюсь, что после этой дикарки тебе любая дезер'ра будет нипочем. А там, может, и на повышение пойдешь. Но не будем забегать вперед, — король кивает в сторону тропы, показывая, что разговор окончен.

Леонард кланяется и идет к темнице, за своей «дикаркой». В душе у него сумбур. Это наказание. Хоть король и упомянул о повышении, Леонард знает: Его Величество наказывает его за оплошность. Но он пройдет этот урок достойно и в конце представит королю исправившуюся дезер'ру.

А пока ему понадобится много терпения. Потому что, едва он заходит в темницу, до него доносится тонкий голос дезер'ры. Она читает кому-то лекцию о правах человека. Противным тоном воспитательницы. Как всегда.

Глава 14

Виктория

— Вы не волнуйтесь, Леонард, я вас не стесню, — я вхожу за ним в калитку и оглядываю небольшой сад с яблоней и парой кустов. — Вы даже не заметите моего присутствия.

Как бы я ни злилась на Леонарда, я стараюсь забыть о нашем конфликте. Нам предстоит провести вместе несколько дней, пока я не найду способ вернуться домой.

Я уже поняла, что просьбы и требования здесь не работают. Нужно действовать хитрее.

— Симпатичное у вас жилище, Леонард, — говорю я, переступая порог одноэтажного каменного дома.

Честно говоря, я ожидала, что суб'баи живут в особняках, учитывая, что они служат у самого короля, и считаются чуть ли не элитой среди местных. Дом же Леонарда скромный: деревянные стены, простая мебель, несколько комнат. Но здесь чисто, тепло и пахнет едой — не то, что в темнице.

— Слушай внимательно, дезер'ра, — Леонард останавливает меня в прихожей. — В моем доме есть правила. Первое: когда я дома, ты меня не беспокоишь. Второе: ты меня слушаешься во всем. — Я открываю рот, чтобы спросить, что он имеет в виду под «во всем», но он предупреждающе поднимает ладонь. — Третье: тебе запрещено заходить в западную часть дома. Четвертое: никаких попыток к бегству. Помни, на тебе мои путы. Если нарушишь что-то, отправишься в темницу. Понятно?

Я складываю руки на груди и хмурюсь.

— Понятно. Только один вопрос: что вы прячете в западном крыле, что мне туда нельзя?

— Тебя это не касается. Твое дело — сидеть тихо и не доставлять мне хлопот. Главный суб'баи скоро вернется, и я сброшу с себя эту рыжую ношу. А до этого проведу с тобой воспитательную работу.

— Какую еще работу? — я настораживаюсь и отступаю. — Я… возражаю.

— Второе правило, дезер'ра.

— Имейте в виду, Леонард, если вы хотите заставить меня делать что-то, что противоречит моим моральным принципам, то…

— Угомонись, дезер'ра. Тиша! — кричит он вглубь дома.

Из кухни выбегает румяная девушка и приносит с собой умопомрачительный запах выпечки.

— Суб'баи, — с трепетом говорит она, поправляя чепец. Подол длинного коричневого платья испачкан в муке. — Вы вернулись. А я тут пирожки готовлю. С яблочным джемом, как вы любите.

Она так рада его возвращению, что не замечает меня.

— Спасибо, Тиша, — Леонард улыбается, и его голос становится мягче. Девушка смущенно опускает глаза. — Я ненадолго, чтобы оставить дезер'ру.

Тиша оглядывает прихожую и наконец видит меня. Ее глаза краснеют, будто она вот-вот расплачется.

— Здравствуйте, Тиша, — я делаю шаг вперед и улыбаюсь, протягивая руку. — Я Виктория. Приятно познакомиться. Я не опасна, уверяю вас. Надеюсь, мы поладим. Я тоже люблю пирожки с яблоками.

Тиша с опаской смотрит на мою руку и молча отступает.

— Дезер'ра, — понижая голос, говорит Леонард. Его рука ложится мне на плечо. — Правило пятое: тебе запрещено общаться с моей домработницей.

Я с недоумением оборачиваюсь.

— Почему? С ней что-то не так? — смотрю на девушку, которая не сводит глаз с руки Леонарда на моем плече. К слову, его ладонь задержалась там неприлично долго, потому я изящно веду плечом и сбрасываю ее. Суб'баи, кажется, злится, потому что у Тиши округляются глаза, но я не оборачиваюсь. Ему назло.

— Всё с ней в порядке, — шипит он. — Не забывай второе правило. И ты, Тиша, запомни: с дезер'рой говорить запрещено.

Девушка покорно кивает.

— Я вернусь через пару часов, — он распахивает дверь. — Тиша, посели ее в дальнюю комнату в восточном крыле. И покажи купальню, пусть приведет себя в порядок.

Я хочу возразить, что выгляжу так ужасно из-за него, но Леонард предупреждающе зыркает на меня и скрывается за дверью.

— Да, суб'баи, — бормочет девушка ему вслед, затем вскидывает на меня глаза, полные ревностного огня.

— Наконец-то ушел, — с облегчением выдыхаю я. — Такой ворчун. Как вы с ним работаете?

Я снимаю босоножки и под испепеляющим взглядом Тиши иду в гостиную.

— Ваша комната в конце коридора, — слышу я за спиной.

Оборачиваюсь и внимательно смотрю на девушку. Она явно влюблена в Леонарда, а меня считает соперницей. Мысленно фыркаю. Не нужны мне конфликты с влюбленными ревнивицами, у меня есть дела поважнее: забрать подвеску и вернуться домой. А все эти любовные интриги пусть оставят себе. Я в это ввязываться не собираюсь.

— Послушайте, Тиша, не волнуйтесь. Я понимаю, вы влюблены в