Магическая империя попаданки - Наталья Нежданова

Я же голая! Хватаю и надеваю протянутую мне одежду.

Резкая боль пронзает руку. Значит, этот огонь не был иллюзией!

Серая муть заволакивает сознание. Я успеваю почувствовать, как подгибаются ноги и всё вокруг начинает расплываться.

Прихожу в себя от боли в руке. Моё тело сотрясается в такт шагам. Кажется, меня несут на руках. Точно. Это Рикиан! За его головой узнаю лепные барельефы особняка.

Лежу в постели в своей роскошной спальне. Не понимаю, что со мной творится. Почему так плохо-то?

На руке красуется приличный ожог. И болит страшно. Но от него такого не может быть, это точно. Возможно, тот маг ещё что-то со мной сделал.

Значит, чёрная магия действительно существует? Ну да, своими глазами же видела! Никогда не забуду эти вертикальные зрачки. Хорошо, что Рикиан его убил. Надеюсь, вместе с той тварью. Хотя, кто его знает?

Но ведь я сама маг! Тоже умею огоньки зажигать, хоть и совсем крошечные. И лечить. Вот, кстати, надо бы рукой заняться.

Вовремя соображаю, что рядом с инквизитором лучше потерпеть. Вдруг он как-нибудь это отслеживает?

Но ведь у меня всё само происходит. Я точно знаю, что ни с какими тёмными силами не общаюсь.

Ага, попробуй, докажи! Да никто разбираться не будет. Маг — значит, умри!

Ладно, в этот раз, кажется, выкрутилась. Но больше такого ужаса точно не переживу. Наверное, поседела даже. Да ну, глупости! Я же блондинка!

Раздаётся лёгкий стук, потом дверь открывается и в комнату входит Рикиан.

А ведь он меня голой видел. Стыдно. И страшно, как бы приставать не начал.Я же знаю, фигура у меня — что надо.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он.

— Так, более-менее!

— Сможешь рассказать, что с тобой было?

— Да, конечно!

Инквизитор пододвигает стул и садится рядом. Смотрит на меня, пока я рассказываю.

— Что он со мной сделал? — спрашиваю я. — Голова до сих пор кружится!

— Трудно сказать. Внешних повреждений, кроме ожога, я не нашёл.

Он что, меня рассматривал? Чувствую, как заливаюсь краской. Он же сидит как ни в чём ни бывало, делает вид, что не замечает.

— Магия бывает разной. Одна из самых неприятных разновидностей — ментальная. Один из возможных эффектов — подавление воли. Возможно, он попытался её использовать.

— Я даже пошевелиться не могла. Сама не понимаю, как получилось это с себя стряхнуть! — недоумеваю я.

— Ты очень сильная!

Наверное, лучше не углубляться во всё это. А то заподозрит ещё... — соображаю я.

— Отдыхай! Завтра будет трудный день! — улыбается Рикиан и встаёт, чтобы уйти.

Что он имеет в виду? Зачем меня пугает?

Глава 22

Наутро чувствую себя намного лучше. Прислуга помогает мне одеться, расчесать и убрать волосы, после чего я спускаюсь к завтраку.

Рикиан со своими помощниками уже там. После еды просит меня повторить вчерашний рассказ уже на тарианском. Ничего, для меня это не проблема.

Наконец, его помощники уходят и мы остаёмся наедине.

— Зачем ты начала с ними драться? — спрашивает он.

— Я..., — задумываюсь, но в итоге говорю как есть, — испугалась! Вдруг меня не найдут.

— Я всегда держу своё слово!

— Но вы же сами говорили...

— Никаких «вы», давай на «ты»!

— Зачем?

— Так будет лучше!

Сижу в полной растерянности и недоумении. Что ему от меня надо?

— Ты не была ещё в здешнем саду, — произносит он. — Идём, покажу!

Сад действительно великолепен. Настоящее буйство зелени, цветов и плодов.

— Можешь гулять здесь в любое время!

Впереди открывается увитая лианами беседка. Рикиан отодвигает спускающиеся сверху побеги и пропускает меня вперёд. На белых скамьях лежат бархатные подушки. Здесь очень уютно.

— Расскажи мне о себе! — просит он.

— Мне нечего рассказывать, — начинаю я. — Осталась сиротой, попала к господину Витару.

Грустно всё это. Неужели я никогда не встречу человека, которому могла бы доверить все свои тайны? Тяжело очень так жить.

— Ты боишься меня? — спрашивает Рикиан.

Молчу. Не знаю, что ответить. Опять лгать?

Он наклоняется вдруг и касается моих губ своими. Сначала нежно, потом всё более властно. Это так неожиданно, что я словно впадаю в какое-то оцепенение. И время как будто останавливается. Я даже не осознаю, сколько это длится.

— Прости! Трудно удержаться, когда рядом такая, как ты! — произносит, наконец, он.

Что мне ему ответить? Это мой первый поцелуй. В новом мире меня ещё никто не целовал.

А в прежнем... Не хочу вспоминать! Клеймо девочки из неблагополучной семьи подразумевает, что она готова давать всем и каждому. Мне приходилось постоянно отбиваться от посягательство на моё тело.

— Знаю, то, чем я занимаюсь, овеяно ужасом, — продолжает он. — Но ведь ты сама видела, кому нам приходится противостоять!

Молча киваю. Мне не найти слов, чтобы ему ответить. Не понимаю, что со мной происходит. Он вызывает у меня страх. И что-то ещё. Не знаю, как это сформулировать даже.

Рикиан поднимается и говорит:

— А теперь вернёмся к нашим делам. Ты должна официально опознать арестованных!

Вместе с представителями городской стражи Лаисса спускаемся в подвал, где содержатся приспешники покойного мага. Трое выживших мужчин и та девушка, что заманила меня в ловушку. Правда, миловидной её уже не назовёшь. Этот мир далёк от гуманизма.

Прогоняю жалость, напоминая себе, что на их совести больше десятка жертв. Наконец, ставлю подпись под своими показаниями, зафиксированными писарем городской стражи. Потом ещё одну, уже под тарианским документом.

Только их ещё Витар должен заверить, потому что я числюсь его подопечной. Хорошо хоть не рабыней. Хотя по факту это одно и то же.

— Что будет с этими людьми? — спрашиваю я Рикиана, когда мы выходим.

— Мужчин казнят, потому что они принимали непосредственное участие в убийствах. Женщину отправят на каторгу.

В общем-то, заслужили. Но всё равно неприятно.

Вот ведь странно, я здесь уже столько лет, да и пережила много всякого разного, но до сих пор не могу привыкнуть к таким вещам. Не могу воспринимать насилие, жестокость, порабощение как нормальный и естественный уклад жизни. Правда, отдаю себе отчёт, что моё мнение здесь никого не интересует.

— Идём обедать! — говорит Рикиан.

— Я не хочу!

— Надо! У нас ещё много работы