Порочный сексуальный полицейский - Эрика Уайлд

ни один пятилетний мальчик не должен был видеть или терпеть. Он похоронил все эти отвратительные, тревожные воспоминания так глубоко, как только мог, но они всегда оставались где-то в глубине его сознания, преследуя, словно призраки. Как бы он ни старался забыть, гнев и обида никогда не уйдут полностью, и он без сомнения знал, что действия его матери не раз разрушали его способность верить в любовь.

Но даже зная, что он несет с собой чертову тонну багажа, Леви все равно не мог заставить себя отпустить Сару. И он не был готов к мысли о том, что она бросит его, пока не придет время, и он не будет вынужден это сделать.

— Я готова, — возвестила Сара, возвращаясь на кухню. Она взглянула на его лицо, и ее брови сдвинулись от беспокойства. — Все в порядке?

Боже, она уже так чутко улавливала его настроение, тогда как обычно он очень умело скрывал свои эмоции.

— Да, в порядке, — солгал он, желая оставить прошлое там, где емусамое место. Он взял ключи от грузовика и улыбнулся ей. — Давай отвезем тебя домой.

Несколько минут спустя они уже сидели в машине и только что выехали из его района, когда он бросил на нее быстрый взгляд.

— Где находится твой дом?

Она заерзала на сиденье, не смея посмотреть на него.

— Эмм, можешь просто подбросить меня до магазина.

Он не удивился настойчивости Сары довезти ее до «Сёркл Кей», откуда он забрал ее пару часов назад, но в ту ночь, когда его ранили, он, будучи полицейским, заметил кое-что, прежде чем зайти в магазин. Ни рядом, ни за магазином не было припарковано других машин, и, поскольку в тот вечер работала только Сара, он вспомнил, как задавался вопросом: где ее машина. А потом ситуация так быстро обострилась из-за ограбления, что об этом он думал в последнюю очередь.

Но теперь он не повезет ее к магазину, пока сначала не разберется в нескольких вещах.

— Ты оставила там свою машину? — Она замешкалась, и хотя он предполагал ее ответ, все же настоял: — Сара, ответь мне.

Она повернула голову к окну.

— Нет, у меня нет машины, но меня заберет подруга.

Слова вырвались в спешке — точно такое же оправдание она дала Клэю той ночью в больнице, когда брат предложил подвезти ее до дома. Если бы она сделала хоть малейшее усилие посмотреть ему в глаза, Леви, возможно, поверил бы ей насчет подруги. Но он проработал полицейским достаточно долго, чтобы распознать признаки лжи — ее запоздалый ответ, нежелание смотреть ему в глаза, нетвердый тон голоса — все это инстинктивно подсказывало ему, что она что-то скрывает. У него не в первый раз складывалось такое впечатление, и он готов был поспорить, что какие бы секреты она ни хранила, все они связаны с ее ужасной работой, за которую, несомненно, платили по минимуму, и ее необходимостью поскорее покинуть город, а теперь ее нежеланием, чтобы он отвез ее к ней домой.

— Я позвоню подруге, как только зайду в магазин, чтобы тебе не пришлось ждать, — сказала она, нервно сжимая и разжимая кулаки на коленях.

— Не надо, — сказал он, и хотя его голос был мягким, в его тоне нельзя было ошибиться.

Наконец, она взглянула на него, язык ее тела и широко раскрытые глаза были полны явной настороженности.

— Что не надо?

Бл *ть. Леви крепко стиснул руль. Его терпение висело на волоске, поэтому он нашел место на улице, где можно припарковаться и остановился на обочине. Заглушив двигатель, он всем телом повернулся к Саре, пытаясь держать раздражение на приемлемом уровне.

— Не лги мне, Сара. Никогда, — резко сказал он, желая, чтобы она доверяла ему во всем, что происходит в ее жизни. — Начни говорить правду прямо сейчас и ответь на мой вопрос. Как ты добираешься до работы каждый день и домой каждый вечер?

Полные губы, которыми он не так давно восхищался, слегка поджались, и она посмотрела ему прямо в глаза.

— На автобусе. — Она пожала плечами. — В этом нет ничего такого.

Для него это чертовски много значило, раз она выходила на автобусной остановке в дерьмовом районе, и ей все равно приходилось идти пешком до магазина или туда, где она, черт возьми, жила.

— Я отвезу тебя домой, потому что не позволю тебе садиться в проклятый автобус так поздно ночью. — Его сводила с ума мысль о том, что после полуночи она в одиночестве ездит на общественном транспорте и с ней может случиться что угодно. — Назови мне свой адрес.

Она покачала головой с упрямым выражением лица.

— Нет. Я долгое время была одна и могу позаботиться о себе.

Леви это знал, основываясь на ее недавних откровениях, но не мог отрицать защитного инстинкта, который она пробудила в нем. Будучи сотрудником правоохранительных органов, его обязанностью было защищать людей, но он никогда не вмешивался в жизнь женщины, с которой встречался, и не диктовал ей, как поступать. И снова Сара быстро стала исключением из всех чертовых правил, которые он для себя установил.

— Сара, у тебя нет выбора. — Его упрямство и упорство превосходили ее, и он не собирался уступать. — Я хочу убедиться, что ты благополучно доберешься до дома, поэтому иного пути нет. Где ты живешь?

Девушка пристально посмотрела на него и оборонительно скрестила руки на груди.

— Хочешь знать, где я живу? — задала она вопрос как вызов. — Отлично. Я тебе покажу.

Она назвала ему адрес в Энглвуде, который он спокойно ввел в навигатор, хотя в его голове звучало: «Иисусе, гребаный, Христос». Леви знал, что тот район представлял собой дыру, где водились преступники всех мастей, и он не был предназначен для жизни одинокой, уязвимой женщины.

Когда он снова взялся за руль, Сара предпочла молчание и отвела взгляд. Да, она злилась на него за его настойчивость, но когда дело касалось ее безопасности, ему было плевать. Ее благополучие было его главной заботой и приоритетом.

Он следовал указаниям GPS, пока маленькая стрелка вела их через нищий район, кишащий бандами, и приближала к месту назначения. За квартал от него Леви остановился на красный свет и посмотрел в лобовое стекло на то, что их ждало впереди, с правой стороны. Его замутило от стоящего там двухэтажного мотеля «Слиппи Тайм» и ярко горящей вывески «СВОБОДНЫЕ МЕСТА». Ниже светилось предложение для любой проститутки, наркомана и других сомнительных личностей: «принимаем почасовую оплату».

Охренеть. В этом захудалом мотеле он поймал нескольких наркоторговцев и проституток, и, Господи, ему хотелось