Мороз и Солнце(ва). Проект Северное сияние - Татьяна Любимая

— А можно… — прочищаю горло, — подробности?

— Конечно!

Мария усаживается на стул, расправляет складки на платье и складывает руки на коленях как примерная ученица.

— Только из уважения и добрых чувств к вам я расскажу вам все. Моя сестра, Настя, выбирает себе жертву, простите, что приходится так называть мужчин, но по — другому никак. Итак, она выбирает себе богатенький объект, подстраивает случайную встречу, притворяясь бедной несчастной девушкой, попавшей в беду…

Хм…

— Затем попадается на глаза еще раз — два, потом завязываются отношения, она выдаивает из бедолаги все, что можно, затем скандал, ловля его на измене. Да, и это она легко может подстроить, даже меня раз просила помочь, но я отказала, я не такая.

Киваю, конечно, не такая.

— В общем, схему вы поняли. Ее пластический хирург в последний раз очень сильно ругался…

— Почему?

— Восстанавливать больше нечего, — понижает голос до интимных ноток. Понимаю о чем она.

— Стерлось?

Медленно смыкает и размыкает ресницы, едва заметно кивая.

— Поэтому сейчас для нее лучший и последний вариант — удачно выйти замуж. За вас. Вы ведь богаты, а ей нужны большие средства, чтобы поддерживать образ милой девушки. Вы мне не верите? — ахнув, прикладывает ладони к декольте и смотрит на меня большими влажными глазами.

— Видите ли, Мария, — медленно проговариваю я, находясь под огромным впечатлением от услышанного. — Я человек взрослый, опытный, — Настина сводная сестра понятливо кивает, соглашаясь с каждым моим словом. — И я гуру в сфере IT — технологий. В первый же день нашего с Настей знакомства, — умалчиваю, что это вообще — то была ночь, как раз та, когда Настя угорела и отсыпалась в соседнем с моим номере, — я прошерстил весь интернет, узнал о девушке все от рождения до момента появления в «Северном сиянии». И ни слова из того, что я только что услышал от вас, там не было. Безупречная репутация.

— Артем, — Маша усмехается, ни капли не смущаясь, — вы хоть и взрослый и опытный, а не понимаете элементарного. Нам с мамой приходится отваливать кучу бабок, чтобы подчищать Настины похождения. Она нас разорила. Если бы вы знали, сколько стоит вычистить интернет от компрометирующих нашу семью историй и фотографий! Какие бешеные деньги приходится нам платить, чтобы выкупить фотографии и заставить людей молчать… Ее безупречная репутация — наша с мамой заслуга. Ведь Настя нам не чужая… Я вижу, Артем, что мои слова не убедили вас. Тогда… остается только один способ, чтобы вы поверили мне.

— ?

— Вы можете позвонить ее хирургу. Уверена, он подтвердит мои слова.

— Как его зовут? — достаю из кармана телефон. Если дама просит, не стоит ей отказывать.

— Карпатов Евгений… м — м… отчество не помню. В интернете есть адрес и телефон его клиники.

— Я найду, — ищу в сети данные. — А вот, нашел. Карпатов Евгений Степанович. Так, в Москве еще рабочий день, позвоню прямо сейчас.

Набираю номер, сам глаз не свожу с Марии. У нее о — очень честное лицо. Напряжение выдают только побелевшие сцепленные пальцы.

— Клиника доктора Карпатова, добрый вечер, слушаю вас, — после небольшого ожидания льется из динамика красивый мелодичный голос.

— Добрый вечер, я могу услышать доктора Карпатова?

— Кто его спрашивает?

— Это из отеля «Frost Lodge». Евгений Степанович забронировал у нас номер на новогодние выходные, мне нужно подтвердить бронь.

— Минуточку.

Голос сменяется незатейливой мелодией.

— Правда? — округляет глаза Мария. Лицо идет контрастными пятнами. — Он правда приедет к вам?

— Нет. Но это единственное, что пришло мне на ум и, надеюсь, доктор сам лично мне ответит.

— Вы такой умный! — с ноткой восхищения.

— Алло? Слушаю вас, — вместо музыки раздается мужской голос с возрастной хрипотцой.

— Здравствуйте, Евгений Степанович. Меня зовут Артем Морозов. Анастасия Сергеевна Солнцева — вам знакомо это имя?

— Конечно, Настю знаю лично, она моя пациентка. А что случилось?

Динамик у меня хороший, голос доктора доносится до Марии, она на глазах меняется. Ликует.

А я на какое — то время выпадаю из реальности.

— Я ее жених…

— Поздравляю.

— Скажите… это правда, что Настя… пользуется вашими услугами как пластического хирурга для восстановления… хм…

— А, вы об этом… Послушайте, молодой человек, — в трубке раздался усталый вздох, — я многое повидал за время своей работы, и понимаю, что люди есть разные, с разными, так сказать, увлечениями… Но заставлять свою девушку раз за разом ложиться под скальпель, чтобы восстановить девственность, — это, как говорит молодежь, зашквар. Подумайте о ее здоровье, если ваша невеста вам дорога.

— М — м… я вас понял, Евгений Степанович. Спасибо за консультацию, — растеряно прощаюсь и отбиваю звонок.

Глава 22

Мороз

Мозг отказывается переваривать информацию. Красными строчками перед глазами несется «Не верь! Не верь! Не верь!». Машке я не верю, но как ей удалось подговорить доктора? Или он не врал?

Тогда, возможно, мы говорили о разных Настях?

А много ли Анастасий Сергеевн Солнцевых? Когда я искал информацию о соседке, только одна подходила по возрасту, внешности и биографии. Плюс фото видел тоже. Остальные Солнцевы — мимо.

У меня никак не вяжется образ моей девочки с той, которую мне только что описали.

— Артем? Артем Викторович? — дергают меня за рукав. — С вами все хорошо? Может быть воды?

Отмираю. Перевожу взгляд на лицо Марии. Уголки губ скорбно опущены вниз, но скрыть торжество в глубине глаз ей сложно.

Да врет она! Как я только мог допустить мысль, что моя Настя не честна со мной? А сестрица хороша — подготовилась.

— Вот ссу…

— А я о чем! — «благодетельница» обрадовалась, приняв мое ругательство на счет сестры. — Но теперь вы все знаете! Уф, у меня камень с души упал.

— Благодарю вас, Мария, за то, что открыли мне глаза.

На свою гнилую душонку. Теперь с чистой совестью могу вас топить по полной.

— Это потому что вы хороший человек, — улыбается счастливо. — Вы мне понравились. Если вам потребуется помощь, поддержка, или просто поговорить, я всегда к вашим услугам… — ее пальцы дотронулись до лацкана моего пиджака, заскользили вниз.

Перехватываю ее руку.

— Вы ошибаетесь, Мария, — добрых ноток в моем голосе больше нет. Сам себе я напоминаю дракона, который еще мгновение и зальет тут все вокруг пламенем. — Я очень плохой человек. Вам лучше уйти. От греха подальше.

— Понимаю, вы хотите остаться один, подумать. Конечно, нам лучше выйти по раздельности, чтобы о нас чего не подумали, — она хихикнула, кокетливо стрельнула лягушачьими глазами и взялась за ручку примерочной.

— Мария.

— Да? — с