Душа ведьмы. Начало - Анита Милаева

— Но как слуги будут понимать, что пора лить смолу?

— Благодаря специальной системе оповещения, — улыбнулась девушка. — В этой комнате будут небольшие углубления, которые представят собой специальный лабиринт, доходящий до самого верха. Так как эта комната – предбанник, она станет первой преградой для тех, кто попытается сюда войти. Слуги услышат шум и голоса тех, кто будет пытаться взломать внутренние ворота, подождут, пока врагов набьется как можно больше, и тогда смола польется на головы вошедших.

— Это жестоко.

— Я сделаю все возможное, чтобы до этой комнаты враг не дошел, — последовал уверенный ответ.

— Для этого наши люди копают ров вокруг наших владений?

— Именно. Это займет много времени, но будет хорошая защита. Как только рабочие выкопают его достаточно для того, чтобы выполнял оборонительную функцию, мы соединим его с рекой, и он наполнится водой. Нам, конечно же, понадобится создать навесной мост.

— Навесной мост?

— Я бы сказала, что это будет больше, чем мост. Мы должны создать навесную конструкцию, которая будет подниматься и опускаться, впуская людей внутрь. К сожалению, мы не сможем оградить все княжество, но наша крепость станет одной из самых неприступных сооружений.

— Я в который раз восхищаюсь твоей смекалкой и воинственностью.

— Муж мой, вам стоит подумать о наборе юношей в наш легион. Пока на границах королевства тихо, у нас есть время, чтобы подготовиться, но порой, врагами могут стать даже свои. Вы не откажите своей жене в этой просьбе?

И Владимир, конечно же, не мог отказать. Рядом с женой он оживился, расцвел. Ее энергия, идеи и воплощение в жизнь казалось несбыточных когда-то мечтаний, будили в нем юношескую энергию. Хотелось поддержать каждую ее безумную идею, потакать любой прихоти и просто быть рядом с ней. Она не будила в нем плотских желаний, он не мог видеть в ней супругу. Для него она была дочкой, которой никогда не было у князя Острожского. Алессандра была его лучиком надежды, освещающим путь среди непроглядной тьмы.

Но если в семье Острожских все было прекрасно, то вне княжества все было весьма напряженно. Очень скоро стало понятно, что Алессандра нажила себе сильного врага в лице Яна, который не мог простить ей неожиданного выбора избранника. Его мелкие пакости встречались на каждом шагу. Хотя Острожские всё пытались делать без огласки, королю, все же, вскоре стало известно о причудливых запросах новой княгини. Острожских пригласили ко дворцу для объяснений.

На все разумные объяснения и доводы он дал один лишь совет:

— Вам следовало бы заняться другим своим будущим! И сейчас я имею в виду наследника рода Острожских. За год, проведенный в супружестве, Алессандра округлилась, стала более женственной. Думаю, ее чресла готовы произвести в мир ребенка.

— Мы прислушаемся к вашему пожеланию, — склонил голову князь Острожский, который больше всего хотел оградить свою супругу от всех бед.

— Нам нужно ускорить процесс постройки обороны замка, — это была первая фраза княгини, когда чета покинула дворец короля.

— Я думал, наша первоначальная задача – это наследник. Ты же слышала короля.

— Наш король сам до сих пор не имеет внука. Думаю, проблема с наследником еще не стоит остро. Хотя через несколько лет нам нужно будет подумать и об этом.

— Ты хочешь подумать о наследнике? С этим я не помогу тебе, прости родная.

— Я хочу продумать тот вариант, где мы сможем обойтись без наследника, — уверенно сказала княгиня Острожская. — Наш легион следует засекретить, полигон перенести в густой лес, и набрать еще большее количество воинов. Пришло время создавать непобедимую армию.

— Слышу в твоем голосе кровожадность.

— Это вынужденная мера. Когда мы создадим непобедимую армию, которая по численности и умениям превзойдет любую армию в королевстве, с нами будут считаться.

И эти слова не были пустой болтовней для сотрясения воздуха. Князь нашел лучших мастеров, владеющих разными техниками боя, которых только можно было найти. И княгиня вместе со своим войском перебралась в лес, чтобы улучшать свои навыки и тренировать верных воинов. Долгими неделями она находилась вне стен замка, создавая непобедимую армию.

Княгиня Острожская, облаченная в доспехи, стояла на тренировочной площадке, сражаясь с одним из своих генералов, как вдруг она услышала тихое: “Алессандра”. Веновение ветра принесло ей весть.

Взмахом руки она остановила бой, сердце заболело, как будто кто-то сильно сжал его. Княгиня схватилась за сердце и опустила меч.

— Главнокомандующий, — тут же кинулись к ней братья по оружию. — Что с вами?

Она молчала, прислушиваясь к шепоту ветра. Сердечная тоска охватила ее душу. Княгиня оставила свой меч на поле брани и растерянно направилась за пределы своего легиона.

— Оставьте меня, — остановила она движением руки воинов, последовавших за ней.

Ей хотелось остаться одной, наедине с лесной природой и с родным голосом, который звал ее. Сомнений не было, это Анна звала ее сейчас, сквозь расстояние.

Пришло острое осознание — случилось что-то плохое.

Алессандра припала к земле, пытаясь понять что происходит. И очень скоро все стало понятно — ее наставница, ее любимая бабушка умирает. Сердце замерло, а душа будто забилась в клетке, спеша коснуться другой души.

— Седлай Грома, — отдала быстрый приказ девушка. — Айда, Лот, ко мне.

Собаки после зова примчались к ее ногам.

Отдавая быстрые и уверенные приказы, главнокомандующая великой армии вскочила на коня. С ней поехало несколько человек, самых приближенных и преданных.

Лошадь девушка гнала галопом изо всех сил. Животному передалось волнение хозяйки, и оттого оно было встревожено так же, как и девушка.

Мысли княгини было полны сожаления и грусти. Она так уверенно шла к своей цели: создать могущественную армию и неприступную крепость, что вовсе забыла о самом родном и близком человеке. Все ее время было посвящено строительству и тренировкам.

За четыре года замужества наружные сооружения крепости уже были достроены, ров заполнен водой, а подвесной мост создан по чертежам великого архитектора тех времен. Не было ни единой крепости, которая хоть немного походила на ту, которую выстроила Алессандра. Она продумывала каждую деталь, каждое оборонительное приспособление, но всю картину видела только она, одну работу княгиня делила на части, и каждой частью занимались разные люди. Не видя всей картины в целом, ее считали сумасбродной и слегка не в своем уме.

Армия, созданная ею, была ее