В активном поиске раба - Лисавета Челищева

Она моя. Вся моя.

Наши лбы соприкасаются. Большие голубые глаза распахиваются и затуманено смотрят на меня.

— Ты так красива, — говорю я, и это вырывается само, без спроса.

Она усмехается:

— То есть теперь ты весь в цветочках и конфетках?

— О, ничуть. — Я усмехаюсь в ответ, чувствуя, как член снова твердеет внутри неё. — Наказание может состояться прямо сейчас, если хочешь.

Её глаза чуть расширяются, когда она чувствует это.

— Нет, спасибо. — Она пытается отстраниться. — Я бы хотела, чтобы ты слез с меня, и я пошла в душ.

Я выхожу из неё. Она морщится, шипя сквозь зубы. Я никогда не оставался с кем-то после секса. Либо был неудовлетворён, либо хотел спать один. Сейчас я не хочу уходить.

Она садится, тянется на пол, поднимает мою футболку и натягивает на себя. Футболка доходит ей до середины бедра, и это чертовски сексуально.

— Тебе пора, — бормочет она, вставая.

Уйти??

— Ты меня выгоняешь? — спрашиваю я в шоке.

Меня никогда не выгоняли женщины. Никогда.

— У меня завтра бой. Мне нужно поспать. Одной.

А почему не со мной? Думает, я снова её трахну? Ухмыляюсь про себя. О, дорогая, ты меня хорошо знаешь.

— Хочешь, приду на твой бой?

— Что?.. Ты сейчас пытаешься завязать со мной отношения? — Она ставит руки на бёдра, и футболка задирается ещё выше.

Может быть.

— А если да?

— Я же говорила: я не создана для отношений. — В её голосе звучит легкое раздражение. — Особенно таких, где нужен контракт.

Ладно. Не хочу начинать ссору после такого потрясающего секса. Я уйду.

Нахожу боксеры и джинсы. Одеваюсь. Медленно. Специально, чтобы её позлить.

— Мне нужна моя футболка, — усмехаюсь я, кладя руки ей на бёдра и приподнимая край, чтобы ещё раз увидеть её тело.

Она шлёпает меня по рукам.

— Я, пожалуй, оставлю её себе.

Она быстро собирает остальные мои вещи, пихает в сумку. Её рука натыкается на анальную пробку. Она хмурится, поднимает бровь.

— Я надеялся, — пожимаю я плечами.

Она брезгливо бросает её обратно, застёгивает молнию и швыряет сумку мне в грудь.

Кладёт руки мне на грудь и выталкивает из комнаты, по коридору к двери. Я даю себя вытолкнуть, наслаждаясь каждым прикосновением.

У двери беру её за подбородок, притягиваю к себе.

— Увидимся завтра вечером. — Это не вопрос. — Отметим твою победу.

Она смотрит на меня долгим взглядом.

— Ладно, — просто отвечает.

Я прижимаюсь к её губам, целую быстро, но глубоко. Открываю дверь и выхожу.

Когда дверь за мной закрывается, пытаюсь стереть с лица эту дурацкую ухмылку. Но не могу.

Пока не приходит сообщение от Габриэля.

Габриэль, 1:07

Надо поговорить. Хочу кое-что, что есть у тебя. Бар «Медуза».

Чёрт, я и не знал, что уже так поздно. Хм, хорошо провёл время в раю.

Я, 1:08

Ладно.

Что ему, чёрт возьми, нужно? Знаю, если не пойду, он просто заколебёт. Но сейчас, признаюсь, мне плевать. Я всё ещё чувствую её запах на своей коже, её вкус на губах.

Глава 37

НАЭЛЬ

* * *

Бар «Медуза» встречает меня привычным полумраком и запахом дорогого алкоголя. Здесь всегда приглушённый свет, чтобы никто не видел чужих лиц слишком хорошо, и тихая музыка, чтобы не мешала разговорам, которые не предназначены для чужих ушей.

У стойки сидят несколько человек — потягивают, судя по виду, хорошо приготовленные коктейли. Другие самозабвенно тискаются у стен, сплетаясь в страстном танце. Когда я прохожу дальше, женщины пялятся и хлопают ресницами. Одна даже проводит рукой по моей груди, но я даже не смотрю в её сторону.

Меня бесит, что я здесь. Я мог бы сейчас быть у Вики. Лежать в её фиолетовой спальне, вдыхать запах лаванды, слушать её дыхание. Но она меня выгнала.

Эта мысль заставляет улыбнуться. У девчонки есть характер. Я и так это знал, но каждый раз, когда она бросает мне вызов, это забавляет. В ней столько новизны и свежести, и я не хочу, чтобы это прекращалось. Хотя с кляпом во рту она выглядела прелестно — злая, беспомощная, но всё равно готовая убить меня взглядом. Ей, конечно, не понравилось. Но мне понравилось всё.

Замечаю Габриэля в дальнем углу и мрачно направляюсь к нему. Он сидит за столиком, попивая виски, и смотрит на меня с предвкушением.

Габриэль — жадный маленький ублюдок. Он мой друг, но если честно, я бы предпочёл не иметь с ним дел. Он никогда не говорит правду, всегда ищет выгоду, и от него вечно пахнет гнильцой, как от просроченного мяса.

Он поднимает взгляд от своего стакана и расплывается в самодовольной ухмылке. Придурок.

Подхожу к стойке, заказываю бурбон у барменши. Та хлопает ресницами, закладывая светлую прядь за ухо — кокетливый жест, который должен, видимо, меня заинтересовать. Я игнорирую это и сажусь на соседний стул рядом с Габриэлем.

— Ну, как день прошёл? — ухмыляется он, поднося стакан к губам.

— Кончай эту херню. — Я даже не пытаюсь скрыть раздражение. — Что тебе надо?

Он допивает остатки виски и с грохотом ставит стакан на стойку. Театрально, как в дешёвом спектакле. Барменша ставит передо мной мой стакан, но я даже не смотрю на неё.

— Ну, если честно, я ищу обмена.

Мне хочется рассмеяться ему в лицо. У него нет ничего, что мне нужно.

— Обмена чего?

— Я хочу Вику.

Что?

Я сжимаю кулаки под стойкой так, что костяшки хрустят. Ни за что. Ни за что он её не получит. У него ещё наглости хватило спросить.

Она моя. Вся, целиком моя. Она, может, так не считает, но после сегодняшней ночи её тело принадлежит мне. Её стоны, её крики, её оргазм — всё это было для меня. Только для меня.

Перед глазами проносятся картинки: она на моей кухонной стойке, она подо мной на кровати, она выгибается, когда я вхожу в неё. Я понимаю: только из-за неё я не вырубаю его прямо сейчас. Ну и ещё потому, что потом пришлось бы оплачивать здесь всё, что разнесу. Не то чтобы он не мог дать отпор — он может, — но не мне.

Наконец отпиваю глоток бурбона, сверля его зловещим взглядом. Вкуса почти не чувствую — всё тело сосредоточено на том, чтобы сдержаться и не врезать ему по этой самодовольной роже.

— И с чего бы мне отдавать её тебе? — решаю подыграть этой дурацкой игре. Надо понять, что у него