В активном поиске раба - Лисавета Челищева

Она стонет, брови хмурятся, рот открыт в беззвучном крике. Ноги напрягаются, бёдра приподнимаются — я знаю, она близка.

Но не сейчас.

Я отпускаю сосок, переключаясь на другой, такой же твёрдый и умоляющий.

— Хочешь кончить? — шепчу я, обжигая дыханием её кожу.

— Д-да! — выкрикивает она.

Боже, если я услышу, как она умоляет, я буду счастливейшим мужчиной на Земле.

Мои пальцы скользят под её трусики — мокрые, горячие — и резко входят в неё.

— Кончай.

Она вскрикивает от неожиданности и удовольствия, дёргает путы, выгибается, и я чувствую, как её внутренние мышцы сжимаются вокруг моих пальцев. Второй оргазм за вечер. Подаренный мной.

Я торжествующе улыбаюсь, но когда вытаскиваю пальцы, вижу кровь.

Чёрт! Я поранил её?

Глава 35

Срываю маску. На её глазах слёзы — не от боли, кажется, от переполняющих эмоций. Наклоняюсь, целую её веки, щёки, губы. Развязываю руки. Она трёт запястья, смотрит на меня с недоумением.

— Ты этого хочешь? — спрашиваю я, глядя в её глаза.

Умоляю, скажи «да».

Она молчит, и я понимаю: минуту назад я силой привязал её к кровати, а теперь спрашиваю, хочет ли она секса. Нужно объяснить.

— Говорят, женская девственность — это важно. — Мой голос звучит хрипло. — Я не возьму её, если ты сама не захочешь.

Секунду она смотрит на меня, и на мгновение на её губах появляется улыбка. Тёплая, почти нежная. Но она гаснет так же быстро, как зажглась.

Я вздыхаю, закрываю глаза. Если она скажет «нет», я уйду. Честно. Это будет больно, но я уйду.

И тут происходит невероятное. Она сама набрасывается на меня.

Её губы прижимаются к моим с такой силой, что я чуть не падаю на спину. Руки зарываются в мои волосы, дёргают так, как она умеет — больно, сладко, сводя с ума.

Я стону в её рот, готовый взять её сию секунду прямо здесь, не сходя с места.

Отстраняюсь и встаю.

— Не двигайся.

Она приподнимается на локтях, тяжело дыша. Я расстёгиваю джинсы, стягиваю их вместе с боксерами. Смотрю, как она смотрит на меня — взгляд полный желания, голодный, жадный. Самый сексуальный взгляд, который я когда-либо видел.

Решаю не дразнить. Стягиваю боксеры полностью.

Её глаза расширяются. Рот приоткрывается.

Не буду хвастаться, но мой член больше, чем у среднестатистического мужчины. Она пялится на него, не отрываясь. Я обхватываю себя рукой, провожу по длине. Она сглатывает.

Забираюсь на кровать, раздвигаю ей ноги. В её глазах — сомнение, но уже не страх.

— Доверься мне, тебе понравится.

— Это после того, как ты меня насадишь на кол? — Она сжимает губы, хмурясь. Нервничает.

Мило.

— Знаешь, если ты продолжишь закатывать глаза, я тебя выпорю.

— То, что я тебя хочу, ещё не значит, что я согласна на наказания.

— Думаешь?

Она хмурится, но я затыкаю ей рот поцелуем. Её руки обхватывают моё лицо, углубляя поцелуй. Мой язык скользит в её рот, и она отвечает — неуверенно, но с каждым мгновением всё смелее. Не бойся, детка.

Мои руки стягивают с неё трусики, бросают на пол. Губы путешествуют от её губ к челюсти, шее, грудине, между грудей и вниз, к моему любимому месту. Кладу руки на внутреннюю сторону бёдер, раздвигая их шире. Целую чуть выше клитора и начинаю атаку языком.

Её тело выгибается, руки впиваются в простыни. Голова запрокинута, рот приоткрыт в изумлении.

Правильно. Чувствуй это.

Я не хочу, чтобы она кончила сейчас. Я хочу, чтобы она разлетелась на части вокруг меня. Хочу чувствовать, как она сжимается, когда я буду внутри.

Поднимаюсь к ней, нависаю. Смотрю в глаза.

— Ты пьёшь таблетки?

Она кивает.

Какого чёрта? Я, конечно, рад, но если она ни с кем не спит, зачем? Я поднимаю бровь, и она, блин, снова закатывает глаза.

— Ты не первый, кто пытался затащить меня в постель. — В её голосе звучит вызов. — Тогда я думала, что это разумно.

Меня дико бесит, что я не первый, кто пытался, но, глядя на неё, любой бы захотел. Я торжествующе улыбаюсь — я буду единственным, кто это сделает.

Снова целую её и встаю в позицию. Время показать класс.

Одним глубоким, сильным толчком я вхожу в неё.

ГОСПОДИ.

МАТЬ МОЯ ЖЕНЩИНА!

Она такая узкая, такая горячая, такая влажная. Боже, это рай.

Она вскрикивает, зажмурившись, и я вижу, как слёзы текут по её вискам. Ладно, мог бы и помягче.

Наклоняюсь поцеловать её, не двигаясь, давая привыкнуть. Прикусываю нижнюю губу, она стонет мне в рот. Думаю, готова.

Выхожу из неё — она всхлипывает от пустоты, — и снова вхожу в это восхитительное тело. Чёрт, неужели так бывало когда-то? Да ни разу. Я бы точно запомнил и оставил бы эту сабу себе. Она идеальна для меня. И я для неё.

Глава 36

— Я начну двигаться, — шепчу я, и голос срывается на хрип.

Начинаю медленно входить и выходить. Она такая узкая, стонет при каждом толчке. Такая сладкая. Одна её рука у меня на затылке, другая царапает спину, оставляя следы. В этот раз я вхожу глубже, она вскрикивает, ноги напрягаются, и я чувствую, как её тело сжимается вокруг меня.

Да, детка, ты близко. Потому что я тоже. Я хочу, чтобы она кончила для меня, только для меня. Хочу, чтобы она разлетелась на части вокруг меня. Но я хочу, чтобы она умоляла об этом.

Смотрю на неё — одного её тела достаточно, чтобы я взорвался. Нужно сосредоточиться.

— Хочешь кончить, детка? — шепчу я, почти не двигаясь.

— Да, — стонет она, и этот стон — чистое золото.

— Умоляй меня.

— …Нет. — Но это звучит не как отказ, а как последний рубеж обороны.

— Умоляй, детка.

Я замираю. Полностью. Останавливаюсь внутри неё.

Она разочарованно скулит, дёргает бёдрами, пытаясь насадиться самой. Я не даюсь. Я долго не продержусь, но она должна сделать этот шаг.

— Пожалуйста... — выдыхает она.

— Что ты сказала?

— Пожалуйста, Наэль.

Испытываю огромное счастье и начинаю двигаться — быстро, глубоко, яростно. Её тело пульсирует вокруг меня, ноги напрягаются, она запрокидывает голову, и ногти впиваются в мою спину с такой силой, что, наверное, останутся шрамы. Из её горла вырывается самый сексуальный стон, который я когда-либо слышал, и это толкает и меня за край.

— Да, детка! — кричу я, изливаясь в неё.

Моё тело падает на её обнажённое тело. Наш