Мое так называемое лето - Лада Шведова

за парнем. Аврора была далеко, потому рядом с Ромой я рассмеялась, словно он выдал самую смешную на свете шутку, и ударила его по плечу. Затем это плечо любовно погладила и, помахав рукой, пошла дальше. И даже смотреть не стала, каким взглядом провожал меня бедный Роман – наверняка решил, что я спятила.

– До вечера! – Пришлось постараться, чтобы мой крик достиг нужных ушей.

Не стоило оборачиваться, но я это сделала. Аврора так и стояла за банановым деревом, и ее взгляд… полагаю, она мысленно жгла меня на костре и разрывала на тысячу мелких кусочков, которые потом спускала с высокой Красной горки в залитый хлоркой бассейн. И это я еще приуменьшила.

Что ж… кажется, я нащупала аквапарковую интригу – опыт смены школ всегда помогал мне быстро ориентироваться. Осталось придумать, что с этой интригой делать и стоит ли оно того. Гневные взгляды какой-то девчонки меня не пугали, но хорошего в них было мало. Чувствовалось в Авроре какое-то странное отчаяние и готовность пойти дальше, чем следует. И ее эмоции касались Романа Журавлева. Неужели у нас тут любовный треугольник с близнецами нарисовался?

Проблема в том, что один угол мне нравился, и я искренне не хотела причинить ему боль. Тимур, кажется, не подозревал о кипящих совсем рядом страстях, стоял себе на любимой горке и доставал всех по рации.

И со своей Авророй он общался мало, на самом деле. Возможно, Микаэлла Андреевна была права, когда говорила, что у Тимура не любовь, а щит, которым удобно прикрыться. Хотя какая мне разница?

Глава 16

– Пссс, Сибирь!

Сначала я решила, что мне показалось. Я лежала себе в Скворечнике, отдыхала после рабочего дня, ела купленную по дороге пахлаву и запивала ее горячим чаем – после захода солнца в моем странном домике становилось по-настоящему прохладно, и чай был очень кстати. Не прошло и недели, как у меня появились свои ритуалы: например, на пахлаву я подсела крепко. И по наводке Микаэллы Андреевны я знала, где можно купить самую лучшую, с терпким гречишным медом.

– Сибирь! – зов повторился.

Я отложила пахлаву, вытерла руку о полотенце и подошла к люку. Внизу у лестницы стоял Тимур собственной персоной и широко мне улыбался. Без песочно-белой формы спасателя он походил на дьявола – пришел весь в черном, и этот цвет шел ему до неприличия. У Тимура даже взгляд как будто изменился – с вечно ироничного на такой… с чертинкой.

– Погнали купаться? – предложил он.

– Сейчас?!

– Конечно! А то сидишь тут как баб Миша. Хотя ай-ой, даже она не сидит сейчас дома. Я знаю – проверял.

– Море ночью наверняка холодное.

– Море для подыхаек, тем более местный пляж. – Тимур пренебрежительно махнул рукой и оперся на кованые перила лестницы. – Погнали в аквапарк? Там есть серфинг.

– Аквапарк же закрыт.

– Для своих он всегда открыт.

– И Рус не против… такой доступности для посещений?

– Он не против. Потому что не знает. – Тимур легко взобрался на несколько ступеней, пока его макушка не выглянула из люка: – Только купальник прихвати. И надень что-то менее вызывающее, чем форма спасателя. Не хотел тебе говорить, но… в общем, раздевалки у нас – чтобы переодеваться. А ты сегодня пришла в рабочих шортах.

– Какой ты внимательный, – съязвила я.

– Прозвучало как минус.

– Просто твоя ненаглядная Аврора залила мои единственные шорты хлоркой и полностью их испортила. А купить новые я не успела – работала же! Завтра схожу.

Мне и самой осточертело ходить в синтетическом ужасе до колен, но на замену у меня были только джинсы – плотные, добротные и совсем не для южных прогулок. Выбирала из двух зол, и синтетика победила.

– Ты прям на минималках приехала.

– Ага. С рюкзаком.

– Да я помню. – Тимур подтянулся на руках, выбрался из люка и вскоре расхаживал по Скворечнику, хотя никто его не приглашал. Но чувствовал он себя по-хозяйски – его орлиный взор отмечал детали, что изменились с моим появлением. Так я сдвинула две узкие кровати, сделав из них одну двуспальную, переместила комод, в который затолкала модельки машинок, что пылились на полках и на самом комоде. А из комода я достала коллекцию книг – самых разных, от классики до всяких пиратских приключений и работ короля ужасов.

– Будешь чай? – предложила я. – У меня есть пара запасных чашек.

– Чай? – Парень выглядел так, словно я предложила ему яд.

– Зеленый. С бергамотом.

– Чай разве не старушки пьют?

– Какой-то у тебя странный стереотип. И что я, по-твоему, должна пить в свои почти девятнадцать, если меня мучает жажда? Хотя… дай угадаю: лимонад! И заедать его чипсами. Прямо-таки мечта пятилетнего мальчика.

– Можно кофе, – не поддержал он мою иронию. – На первый взгляд тебе подошел бы какой-нибудь лавандовый раф, но на второй… полагаю, должно быть что-то крепкое. Эспрессо. Я угадал?

– Угадал что?

– Твое предпочтение.

– Ты затеял очень странную угадайку, я же прямо тут перед тобой пью чай, а значит, его и предпочитаю. – Я покачала головой: – Роль Шерлока совсем тебе не подходит. Так что насчет чая?

– Ты налей, а я пока подумаю, готов ли принять его из рук предательницы. – Он ткнул пальцем в комод: – Куда ты дела мою коллекцию болидов? Ты хотя бы понимаешь, как сложно их было достать и насколько великая это ценность? И какого черта ты достала скучные книжки Приемника?

– Так это Ромины книги?

– Мы жили тут вдвоем – конечно, книги принадлежат скучному брату. Роль Шерлока тебе совсем не подходит, – торжествующе вернул он мою фразу. Сразу видно – ждал этого момента с нетерпением.

– И как он только терпит жуткую кличку?

– Внимания не обращает. Ты, к примеру, тоже быстро осознала себя Сибирью.

Я рассмеялась:

– Ты невыносим.

– Возможно.

– И абсолютно ужасен.

– И терпеливо жду чай. – Он приземлился рядом со мной на кровать. Может, даже чуть ближе, чем следовало, ведь я почувствовала его запах (это был гель для душа с типичным мужским ароматом) и немного – соленого моря. Или это был просто ветер, что дул из окна.

Я воспользовалась случаем – наливала чай – и отодвинулась от Тимура подальше. У него, судя по всему, вообще не было границ даже с первыми встречными, а у меня были даже не границы, а стены. Или этой стеной стала Аврора, о которой Тимур рассказал сразу и не таясь.

Тимур принял чашку из моих рук:

– Расскажешь, почему уехала из дома с одним рюкзаком?

– Расскажешь, почему весь аквапарк пляшет под дудку двух девчонок?

– Так это не тайна. «Дюна» принадлежит Китовым.

– Тот самый Кит, – догадалась я. – Он сын владельца аквапарка?

– Не только аквапарка, но и сети отелей на побережье.

– Поняла. А Аврора тут при чем?

– Аврора Китова. Что на это скажет твой внутренний Шерлок?

– Скажет, что теперь все стало… элементарно.

И теперь мне правда логичнее отступить и не связываться. Потому что тягаться можно не со всеми, и когда чихуахуа тявкает на