Сожгу мир ради тебя - Таня Кель

ничего не чувствую.

Глава 12

Глава 12

Арканис

Из храма мы отправились домой. Вивиан ушла в душ, я засел за компьютер, девушка не

отвлекала, с кем-то переписывалась. Наверное, с подругой Ирминой.

Часа два каждый занимался своими делами. Но потом захотелось есть, и я пошел на кухню.

— И что теперь? — Увидев, что я освободился, она последовала за мной. — Расскажем

родственникам? Будем жить долго и счастливо?

— Можешь рассказать своим, у меня нет никого. Но я бы хотел поговорить о другом. А именно о

твоем сердце. Ты же знаешь, что я от тебя не отстану?

— Тебя это не касается, — махнула она рукой.

— И что ты сделала? — Теперь уже я обернулся и медленно наступал.

— Неважно, — буркнула девушка и попыталась улизнуть.

Но я выставил одну руку, упер ее в столешницу, перекрывая путь.

— Скажи, Вивиан…

Несколько секунд молчания, слышно лишь бульканье бульона на плите. И ни одного взгляда в

мою сторону, будто она о чем-то вспоминала. О какой-то грусти, что осталась далеко в

прошлом.

— Ты уничтожил меня, Ксантир! — наконец подняла она глаза, от которых повеяло морозной

стужей. — В тот день, когда я увидела тебя с той девицей, мое сердце перестало биться.

— Это же не фигурально? Саймонд сказал…

— Плевать, что он сказал. Плевать, что ты думаешь и хочешь выяснить. Я больше не люблю

тебя. И никогда не полюблю, слава богам.

— Что. Ты. Сделала? — уже грозно повторил я.

— Какая разница? — произнесла она тихо, и от этого по позвоночнику пошел холод. — Серьезно?

Ты сейчас стоишь здесь и смеешь допрашивать меня?

Она, не спеша, вытерла руки о полотенце. Задумалась. А после набрала в грудь воздуха и

посмотрела на меня.

— Хочешь поговорить? Хорошо...

Девушка прислонилась к столешнице, и она была до того спокойная, что стало страшно.

— Начнем с самого начала, раз уж мы вышли на честный разговор. Через несколько дней после

того, как ты выкинул меня из своей жизни, мне пришла бумага с аннулированием брака. Помнишь

ведь? Я ее даже не сразу открыла. Все думала, это ошибка и я что-то не то поняла.

Я ничего не говорил, но в душе от воспоминаний леденело.

— Через какое-то время я пришла к тебе домой. И все представляла, как я бесконечно буду

говорить, что люблю тебя. А мне открыла мокрая девица в одном полотенце. За ее спиной стоял

ты. Помнишь?

Такое не забывается. И от этого становилось дурно.

— Так вот, тогда я узнала, что любить можно до тошноты. Меня всю обратную дорогу

выворачивало.

Мне бы хотелось прокрутить этот не самый лучший день в жизни, потому что он отдавался

болью.

— А через несколько месяцев девочки вытащили меня в ресторан. Я убедила себя, что

справилась. Но когда мы вышли, ты залезал в машину с какой-то очень красивой женщиной. И

явно не сотрудницей. Даже не посмотрел в мою сторону. Просто сел и уехал.

Так, а вот это интересно. Я с той дамой не спал, но перебивать Вивиан не хотел.

— Самое ужасное — это были слухи о тебе. Я не желала их слышать, но Ирмина не из тех, кто

умеет молчать. И знаешь, что самое жуткое? — Она наклонила голову. — В какой-то момент я

сама стала спрашивать, потому что когда болит сердце, иногда хочется сделать еще больнее в

надежде, что все умрет само собой окончательно. Я спрашивала, и мне рассказывали. Про

блондинку из министерства. Про художницу. Очень тебя любили женщины, Ксантир.

Каждое слово врывалось мне в душу и терзало ее, и я не двигался. Слушал Вивиан, и горло

сжималось.

— Я лежала и не вставала. Не могла. Ела через раз. Девочки приходили ко мне по очереди,

заставляли пить воду, выводили на воздух. Ирмина однажды вытащила меня в парк силой, а я там

села на лавочку и не могла встать обратно. Ноги не слушались. Она меня волоком тащила до

такси. — Девушка пожала плечами. — А ты спокойно жил. Работал. Спал с кем хотел. У тебя все

было в порядке, Ксантир, в то время как я не могла дышать.

— Вивиан…

— Я не закончила, — резко перебила она. — В какой-то момент я поняла, что больше не вытяну.

Либо я делаю что-то, либо так и буду лежать. Я выбрала первое и пошла к Мильне.

— Что ты сделала, Вивиан?

Она посмотрела на меня с разочарованием в глазах.

— Вивиан. Каким заклинанием? Скажи мне.

— Нет.

— Какой ритуал, Вивиан? Какие компоненты?

— Не скажу, — устало покачала девушка головой.

— Я найду.

— Ищи.

Потом во мне что-то сорвалось.

— Думаешь, у меня все было хорошо?! — рявкнул я так, что бульон на плите едва не

выплеснулся. — Думаешь, я тут жил счастливо, пока ты лежала?! Но я с ними не спал, потому

что не мог. Я сходил с ума! С той, в мокром полотенце, которую ты видела, я ее специально

приволок, чтобы заставить тебя уйти. А та у ресторана — это мой информатор.

Я навис над ней. Дракон выл, и я уже не мог обманывать девушку. Да и себя тоже. Просто

устал.

—