Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

с Терренсом и подругами Питера есть предположение, что проблемы Питера могли начаться в старшей школе. — Даниэль проводит рукой по своим волосам. — Там его не очень любили и даже издевались… Подружки блондина рассказали об этом…

— В старшей школе? Но ведь прошло уже много времени! Почему вы думайте, что его попытка самоубийства связана с какими-то школьными воспоминаниями?

— Питер начал резаться как раз в старших классах. Правда сначала об этом знала лишь одна подруга, с которой он учился. Она поймала его на самобичевании после того, как блондин сбежал с урока, на котором все над ним издевались.

— А над той девушкой не издевались? Ведь если она дружила с Питером, то ее тоже должны были обижать.

— Она говорит, что поддерживала Питера втайне. Та девушка прекрасно понимала, чем ей может обернуться такая дружба. Поэтому она поддерживала Роуза вне школы и после ее окончания. В школе она старалась держаться от него подальше, но всегда давала понять, что он может рассчитывать на нее.

— Ничего себе… — с грустью во взгляде произносит Наталия. — Не знала, что у него были проблемы в школе…

— И знаешь, лечащему врачу Питера тоже не очень-то нравится это предположение.

— Почему?

— Тоже считает, что прошло много времени. Того врача больше интересовало другое. Он расспрашивал нас о том, какие отношения связывают Питера и одну из его подруг.

— А какие у них могут быть отношения?

— Просто его смутило то, что та девушка слишком уж сильно переживала за Роуза. А она правда слишком переживает за него… Даже впала в истерику, когда Терренс сообщил ей о попытке блондина умереть.

— Надо же… Неужели та девушка влюблена в него?

— Думаю, у нее вполне могут быть чувства к Питеру. Другая подруга Роуза рассказала нам с МакКлайфом об этом.

— А он?

— Не исключаю, что он тоже может что-то чувствовать к ней… Очень уж он смущался, когда я заговаривал о той девушке… Стоило только ее имя произнести, как Пит скромно улыбался.

— А ты знаешь тех девушек, с которыми он встречался?

— Нет, за те годы, что мы знакомы, девушки у него никогда не было, да и объекта симпатии тоже.

— Вообще ни одной?

— Вообще! Но с той девчонкой его точно связывает нечто большее….

— Хочешь сказать, он мог пытаться покончить с собой из-за несчастной любви?

— Врач Питера считает это вполне объяснимым и реальным. Да и Джордж тоже так посчитал, когда мы рассказали ему, что произошло. И теперь лично я сам начинаю все больше верить, что он все это время страдал из-за любви к девчонке, в которой никак не может признаться.

— Но если он пытался умереть из-за любви к какой-то девушке, то почему никогда ничего не рассказывал об этом? Она что, отказала ему? Или встречается с другим?

— Не знаю, Наталия… — тихо вздыхает Даниэль. — Я думал, что знаю блондина как облупленного, но оказалось, что он о многом не рассказывал.

— Кто знает, Даниэль, кто знает… — качает головой Наталия и откидывается на спинку дивана.

— Ладно, Блонди, не бери в голову, — машет рукой Даниэль. — В конце концов это не твои проблемы. Нечего грузить себя тем, к чему ты не имеешь отношения.

— Однако я искренне переживаю за вас и очень хочу, чтобы все было хорошо. Вы ведь так хотели стать музыкантами.

— Если этому не суждено сбыться – ничего страшного. Мы уже получили прекрасный опыт, который никогда не забудем. Наша группа успела многого добиться за несколько месяцев совместной работы.

— Уверена, что я не одна хочу, чтобы вы спасли группу. Не сомневаюсь, что Анна поддержит тебя в любом случае, да и Ракель не оставит Терренса без заботы.

— Я искренне ценю то, что ты переживаешь за нас и хочешь как-то помочь. Но мы переживаем и за тебя. Знаешь, как все были напуганы твоим состоянием! Я был в шоке , когда увидел тебя у себя дома впервые за долгое время!

— Я так и поняла, — скромно хихикает Наталия.

— Неужели ты так сильно переживала из-за расставания с Эдвардом?

— Не буду скрывать – я и сейчас переживаю из-за этого. Хотя кое-как смогла найти в себе силы начать потихоньку принимать этот факт и переставать верить в чудо.

— Ты все еще любишь этого человека?

— Да, я все еще люблю его, — чувствуя, как вокруг ее глаз собираются слезы, кивает Наталия. — И я никогда не прощу себе того, что полюбила такого ужасного человека, как он. Я думала, что Эдвард сделает меня счастливой, но я была не нужна ему. Уже практически отчаявшись встретить хорошего парня и влюбиться, я повстречала его и подумала, что вот она – моя судьба. Но к сожалению, все мои мечты разбились вдребезги…

— Неужели ты никогда не думала попробовать вернуть его?

— Нет, Даниэль, у нас ничего не получится, — тихо вздыхает Наталия, опустив грустный взгляд на свои руки. — Наши отношения уже исчерпали себя.

— Надежда умирает последней, Наталия. Я считаю, что тебе просто нужно рассказать Эдварду всю правду. Не важно, поверит он тебе или нет, но ты должна все объяснить. А он уже пусть сам решает, верить твоим словами или нет.

— Ничего не изменится от того, что я скажу, что не изменяла ему. Ему будут нужны доказательства, а я не смогу доказать свою невиновность лишь на словах. Для него все мои слова могут оказаться ложью и желанием оправдать измену. Локхарт считает меня мерзкой шлюхой только потому, что я никогда не скрывала то, что у меня до него было много парней, и мне было в удовольствие пофлиртовать с красавчиками.

— Он так и сказал – что ты – шлюха?

— Именно! И сейчас он как раз говорит это абсолютно всем, оскорбляя и унижая меня в глазах других людей. Хотя ты можешь спросить Анну или Ракель, и они подтвердят, что я ни разу никому не изменила и не спала с кем-либо, находясь в отношениях.

— Да, а