Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Красивый внешний вид – не всегда гарантия того, что внутри все так же прекрасно. Ты поймешь, насколько фрукт гнилой только тогда, когда хорошо распробуешь его и почувствуешь противную горечь. Вот мы также думали про этого ублюдка, но он разочаровал нас.

— Неужели Эдвард и правда никогда не уважал своего друга? Неужели он все это время хотел лишить его всего и грохнуть? Этот парень искал свою семью ради выгоды?

— Не удивлюсь, если он втерся в наше доверие с надеждой, что мы поможем ему. Что я поговорю с родителями и уговорю их взять его к себе на работу… Что Терренс воспользуется своими связями и найдет другу что-нибудь или даже продвинет его в шоу-бизнес…

— Ничего себе… А сам Терренс знает о намерениях своего дружка? И что насчет его матери, которая привязана к этому парню?

— Да, Терренс знает. И он очень разочарован и расстроен. Не может поверить, что его предал человек, к которому он так успел привязаться. — Наталия тяжело вздыхает. — Однако я его прекрасно понимаю. Потому что и сама оказалась преданной этим мерзким гаденышем.

— Согласен… Вот так разочарование…

— Кстати… А почему ты так удивляешься? Я думала, Анна рассказала тебе обо всем. Вчера я пригласила ее пройтись по магазинам и рассказала все, что произошло в доме Терренса и Ракель пару дней назад.

— Э-э-э… — Даниэль слегка вздрагивает с широко распахнутыми глазами. — Стоп, а ведь Анна и правда что-то говорила об этом! Вчера за ужином мы как раз обсуждали то, что ты ей рассказала!

Даниэль легонько ударяет себя по лбу.

— Черт, как же у меня это из головы вылетело? Она ведь говорила про то наследство и даже упомянула жестокую драку Терренса и Эдварда!

— Это правда, — кивает Наталия. — Терренс серьезно разругался с Эдвардом прямо на наших с Ракель глазах. И он в итоге не выдержал. Сначала обменялись пощечинами, а потом сцепились, как буйволы, едва не разнесли всю гостиную и сильно побили друг друга.

— Так вот откуда у Терренса было столько синяков на лице и руках! Это Эдвард так избил его! Я пытался спросить, откуда они взялись, но он отказался отвечать… Однако теперь я знаю, чьих рук это дело.

— Этот ублюдок и сам был весь в синяках после того, как ушел из дома МакКлайфа и Кэмерон. Однако он получил их заслуженно. Ему надо было навалять гораздо больше. Правда, даже это не поможет ему и не добавит мозгов, которых ему так не хватает.

— Поверить не могу… — качает головой Даниэль. — Вот что произошло между ними, и почему МакКлайф стал так резко реагировать на имя Эдварда и даже заявил, что он – не его друг.

— Сомневаюсь, что Терренс когда-нибудь назовет Эдварда своим другом после такого жесткого предательства.

— Оно и неудивительно. После такого я и Эдварда не могу считать порядочным человеком. Хотя мне будет намного легче принять это, потому что он никогда не был мне близким другом. Я просто общался с ним, но мы не успели стать едва ли не названными братьями. Хотя… Раньше и Терренс не был так близок мне, но в последнее время все изменилось.

— Ничего, мы как-нибудь справимся. Хотя ситуация с наследством и дядюшкой Локхарта меня пугает .

— Им надо срочно идти в полицию и заявлять на этого парня и его дядю. А иначе кто-то из них точно убьет Терренса и его мать. Да еще и за Ракель возьмутся.

— Хоть Эдвард и убеждал нас, что это не поможет, я уверена, что Ракель и Терренс не упустят такую возможность. И когда миссис МакКлайф узнает, что друг ее сына – подонок, то примет их сторону.

— Пусть срочно пишут заявление, а иначе кто-то точно может пострадать. Плевать на угрозы Локхарта – полиция обязана защитить их от опасности и посадить этих двоих за решетку. Они должны ответить за свои делишки.

— Несомненно. Пусть получат по заслугам и просидят там хоть всю жизнь. Я не буду жалеть этого подонка, несмотря на то, что все еще люблю его. Однажды я его забуду и встречу кого-то более достойного, кто будет намного лучше этой гадюки.

— Так и будет, — скромно улыбается Даниэль. — Через некоторое время тебе станет намного легче. А может, встретишь кого-нибудь и сама не заметишь, как этот плохой человек покидает твои мысли. Если повезет, то ты влюбишься в другого и будешь счастлива. А Локхарт будет один, с краденными деньгами и кучей грехов на душе. Если его такая жизнь устраивает – пускай! Всем будет чихать!

— Только я умоляю тебя, не говори с Терренсом на эту тему, пока он сам обо всем не расскажет, — с жалостью во взгляде умоляет Наталия. — Я не хотела сейчас говорить об этом, но опять не смогла придержать язык за зубами. Вдруг он не хотел говорить об этом, а я взболтнула лишнего.

— Не беспокойся, я ничего не скажу.

— Да уж, теперь не только Эдвард будет считать меня предательницей. Ведь я рассказала своей подружке и тебе о том, что между ними произошло. Хотя об этом стоило говорить только самому МакКлайфу…

— Нет, дорогая, не переживай! — Даниэль кладет руку на плечо Наталии. — Я обещаю тебе, мы с Анной никому ничего не расскажем. И я сделаю все, чтобы добиться от Терренса всей правды. Буду делать вид, что ничего не знаю, а сам послушаю, что он мне скажет. Может, рано или поздно он захочет поговорить об этом откровенно.

— Пожалуйста, Дэн, не выдавайте меня! — Наталия мягко берет Даниэля за руки и с жалостью во взгляде смотрит на него. — Может, ничего плохого не случится, но я не хочу, чтобы обо мне плохо подумали. Пусть лучше Терренс сам обо всем расскажет. Умоляю, даже не заикайся о том, то произошло между ним и Эдвардом.

— Обещаю, подруга, я не стану говорить об этом. До тех пор, пока это не станет всем известно. Если хочешь, то я даже могу сделать вид, будто