Безумие - Шанталь Тессье

— Ладно, пойдём.

Уэсли берёт меня за руку и тянет через толпу к бару, где стоят несколько его друзей. Он прощается с остальными друзьями, а затем выводит меня через заднюю дверь на парковку.

Я не планировала выходить сегодня вечером. Мы с подругой пили «маргариту»7, когда он позвонил и спросил, не хочу ли я пойти с ним. Я подумала: «Почему бы и нет?»

Уэсли открывает для меня пассажирскую дверь, и я падаю в тачку. Закрыв дверь, поднимаю взгляд, и моё внимание привлекает чёрный мотоцикл на другой стороне парковки. Он стоит спиной к машине, и я прищуриваю пьяные глаза, чтобы разглядеть мужчину, сидящего на мотоцикле.

Моё сердце учащённо бьётся, когда я вижу, что это Хайдин. Даже мои затуманенные глаза не могут его не заметить. Он наклоняет мотоцикл вправо и поднимает подножку, прежде чем завести его. Рёв двигателя наполняет машину, когда Уэсли открывает дверцу со стороны водителя и садится внутрь. Когда он закрывает дверь, Хайдин трогается с места и выезжает с парковки.

Твою мать! Я откидываюсь на спинку сиденья, сдувая с лица выбившуюся прядь волос. Закрыв глаза, я провожу вспотевшими руками по бёдрам, чувствуя, как покалывает кожу.

— Ты в порядке? — Уэсли касается моей руки, и я подпрыгиваю.

Я открываю глаза и делаю глубокий вдох.

— Ага, — одариваю его пьяной улыбкой. В этот момент я не чувствую своих губ. — Просто устала.

Мокрое пятно на моих стрингах говорит о другом. Я всегда интересовалась сексом, но с тех пор как я начала встречаться с Хайдином, моё тело как будто ожило так, как я никогда раньше не знала, и, честно говоря, не знаю, что с этим делать. Даже мастурбация не помогает.

— Давай отвезём тебя домой и уложим в постель, — заводит машину Уэсли.

Из-за Хайдина мой разум в полной жопе. Я могу только представить, что он сделал бы с моим телом, если бы у него была возможность.

Прошло ещё две недели. Я не могу решить, проходят они медленно или быстро. Мне кажется, что время между моими встречами с Хайдином тянется, но когда наступает день, думаю: «Чёрт, я же только что его видела».

Это потому, что я позволяю ему играть с моим разумом. При нашей последней встрече, он сказал мне, что свяжет меня, подвесит к потолку и трахнет во все дырки. Моё тело до сих пор не оправилось от тех образов, что он нарисовал в моём воображении.

Припарковав внедорожник, я выхожу и направляюсь к дверям «Бойни». Правая дверь открывается прежде, чем я успеваю дойти до последней ступеньки.

— Мисс Хьюетт? — Джесси удивлённо смотрит на меня в своём чёрном смокинге. — Хайдин попросил меня отменить его сеанс сегодня.

— Я получила сообщение.

Я проснулась в семь утра от сообщения Джесси о том, что Хайдин отменил встречу. Этот ублюдок даже не потрудился написать мне лично.

— Он что, помер? — спрашиваю я полушутя.

Джесси хмурится, но отвечает:

— Нет.

— Тогда у нас будет сеанс.

Направляюсь к коридору, где, как я знаю, есть лифт, ведущий на седьмой этаж, но он останавливает меня.

— Хайдина там нет.

Я фыркаю.

— Тогда где он?

Хайдин не может просто так меня отшить. Я здесь, чтобы выполнить работу, и добьюсь своего.

Джесси достаёт мобильный из кармана и подносит к уху.

— Извините, что беспокою вас, сэр...

Я закатываю глаза.

— Но мисс Хьюетт здесь... Я знаю, сэр. Я сделал... — Джесси делает паузу и несколько раз кивает. — Да, сэр.

Закончив звонок, он убирает телефон в карман и жестом указывает на лифты.

— Он вас примет.

Я опускаю голову, чтобы скрыть улыбку, направляюсь к лифту и захожу внутрь. Это маленькая, но всё же победа. Я не позволю Хайдину думать, что он может мной командовать. Я всё равно пойду. Независимо ни от чего. Он может сколько угодно говорить о том, что хочет трахнуть меня, но это всего лишь слова.

Джесси входит и нажимает кнопку «П», заставляя меня нахмуриться. Я поворачиваюсь к нему.

— Я думала, вы сказали, что он примет меня?

У нас было не так много сеансов, но они всегда проходили в одной и той же комнате на седьмом этаже.

— Он в подвале, — говорит Джесси.

Двери открываются, и нас мгновенно окутывает холодный воздух, от которого я вздрагиваю, а запах почти сбивает с ног.

— Иисусе, — шепчу я, прикрывая рот и нос рукой. Пахнет тухлыми яйцами.

Джесси невозмутимо выходит из лифта и ведёт меня по коридору. Он останавливается у пластиковых занавесок и раздвигает их для меня.

— Не хочу, чтобы вы испачкались, — кивает он на моё белое платье до колен и розовый блейзер.

— Спасибо, — бормочу я, поворачиваясь боком, чтобы не испачкаться. Занавески выглядят грязными, но это может быть и старая кровь.

Я слышу песню «Painkiller» группы Three Days Grace вдали, когда мы проходим через большое открытое помещение. В бетонном полу есть углубления в форме прямоугольников. Напоминает могилы — три рядом. Если бы у могил были пять металлических прутьев, идущих сверху вниз.

Музыка становится громче, когда мы подходим к другому коридору. По обеим сторонам расположены двери с металлическими прорезями на уровне бёдер.

Чем дальше мы углубляемся в подвал, тем сильнее становится запах, и я стараюсь дышать ртом, чтобы меня не стошнило, и я не опозорилась.

— Пожалуйста, мисс Хьюетт.

Джесси останавливается у чего-то, похожего на тюремную камеру с решёткой, и открывает её для меня.

— Спасибо, — бормочу я и захожу внутрь.

Кислый привкус усиливается, когда заглядываю в комнату, и я сразу же жалею, что не восприняла его сообщение всерьёз.

ХАЙДИН

— Мисс Хьюетт, сэр, — кричит Джесси, перекрывая мою музыку.

У меня чертовски паршивое настроение, и я не хотел сегодня терпеть общество Шарлотты. Когда утром Джесси напомнил мне о нашей встрече, то велел ему отменить её.

Обернувшись, я вижу её стоящую в камере. Её широко раскрытые глаза прикованы к окровавленному обнажённому мужчине, лежащему на полу.

Я позволяю себе рассмотреть Шарлотту. На ней белое платье до колен. Оно не похоже на то, в котором я видел её в первый раз. Это платье более строгое. Оно облегающее, но не настолько,