Целительница. Выбор - Наталья Владимировна Бульба

И ведь не ошиблись. Лично я тот участок, на котором работали, простым не считала.

Думаю, парни – тоже.

- Теперь о плохом, - тут же став серьезным, продолжил Орлов. – В северной группировке была попытка выкрасть целителя-поисковика.

- Ни хрена себе! – опять возмутились слева.

Этот голос я узнала. Юрий. Из четверки.

- Во-первых, не забываем, что среди нас девушка, - предупреждающе качнул головой Орлов.

- Пардон, - тут же вроде как раскаялся Юрий.

- А во-вторых, - сделав вид, что его никто не перебивал, продолжил Орлов, - с такой трактовкой я полностью согласен. Если бы не четкая работа старшего группы, все могло закончиться плохо.

- Нападавший? – подал голос Трубецкой.

- Нападавшие, - поправил его Орлов. – Двое. Судя по внешности, местные. Убиты. И на этом с новостями заканчиваем, - обрубил он возможные комментарии. - Тридцать минут на прием пищи и за работу.

Я даже расслабиться не успела, когда Трубецкой, шагнув вперед, тут же развернулся ко мне:

- От нас ни на шаг! – буквально нависнув надо мной, рыкнул он.

В ответ только тяжело вздохнула. Отстаивать собственную свободу в подобных обстоятельствах точно не стоило.

Но я все-таки попыталась. Хмыкнула, твердо посмотрела в глаза Сашки.

Надолго меня не хватило. И дело было не в неуютной жесткости взгляда Трубецкого, а в том, что он был прав. И не только в том, что отвечал за меня перед своим и моим отцом, хоть тот ему этого и не поручал.

Ситуация действительно, мягко говоря, выглядела не очень. Попытка похищения целителя…

О том, насколько ценной добычей здесь были люди с подобным даром, отец мне рассказывал не раз.

- От вас ни на шаг, - подтвердила я, не пропустив сочувственных взглядов, которые бросили на меня несколько парней из других групп.

Зря! В сочувствии я точно не нуждалась. Обо мне беспокоились, а это дорогого стоило.

Но, тем не менее, до уже накрытых столов шла молча, демонстративно не принимая участия в разговоре.

Впрочем, слушать мне это не мешало, тем более что сведения, которыми делился Трубецкой, были весьма интересными.

Не знаю, какие именно каналы он использовал – телефоны и планшеты у нас забрали еще в самолете, но все новости были из столицы. И об арестах, которых шли в городе, в том числе и среди родовитой молодежи. И о «Валите в свою провинцию» - организации, ратовавшей за Москву для москвичей, как оказалось, активно финансировавшейся за счет наркотрафика. И о покаянии нового главы рода Ушаковых, извинявшегося за действия брата, каким-то образом причастного к теракту.

Очень хотелось уточнить про Андрея, но…

Когда устроились за столом, я уже практически убедила себя, что Сашка об Андрее точно должен был спросить, но не успела.

- Александра Игнатьевна, – окликнули меня из-за спины.

Я резко обернулась, даже не вспомнив, что по документам я теперь не Игнатьевна, а Андреевна, и несколько растеряно посмотрела на стоявшего в нескольких шагах от нас мужчину.

Трубецкой с Игорем и Тохой отреагировали быстрее.

Один успел придержать меня за плечо, не позволив встать, а Сашка с Тохой поднялись, загородив собой.

А вот это было глупо. Мало того, что мужчина всем нам был хорошо знаком, так и его появление здесь было более чем оправданно.

Вот только сказать об этом мне не удалось. Трубецкой «включил» княжича, заговорив раньше, чем я его остановила:

- Александра Андреевна, - таким… снисходительным тоном поправил он. – Если не ошибаюсь, Роман Сергеевич Углев?

Мысленно тяжело вздохнула. Во-первых, его данные были на бейдже, прикрепленном к халату. Во-вторых, хирург, с которым познакомилась в больнице, где сдавала зачеты по подготовке младшего и среднего медперсонала, за словом в карман тоже не лез.

Все именно так и оказалось:

- У вас хорошая память, Ваше сиятельство, - с подчеркнутым пиететом произнес Углев, чуть склонив голову. – Впрочем, что не удивительно, учитывая тысячелетнюю селекцию.

- Роман Сергеевич…

Хорошо еще, остальные не вмешивались, только наблюдали. Но с явным любопытством.

- Вы же не просто так, Роман Сергеевич? – мягко убрав ладонь Игоря со своего плеча, поднялась я.

Как ни странно, но и сейчас Трубецкой отреагировал первым, сделав шаг в сторону.

Пообещав себе позже подумать об этом, встала рядом с тезкой.

- Не просто так… - чуть замялся Углев. – Александра Андреевна, - не пропустив намека Трубецкого, продолжил он уже другим тоном, - если признаться честно, нужна ваша помощь. Как целителя.

Поворот был весьма неожиданным, но только на первый взгляд. О моих… талантах Углев знал. И раз обращался именно ко мне…

Этим точно стоило заняться. Вот только…

Там, среди развалин, я тоже приносила пользу. И с этим трудно было поспорить.

***

Разговаривали в стороне от остальных. Наша четверка, хирург и… Орлов, присутствие которого всеми было воспринято, как само собой разумеющееся.

- Александра Андреевна, - без напоминаний о том, что во времени мы ограничены, начал Углев, как только отошли, - вы знакомы с препринтом статьи профессора Соколова о низкодозированном воздействии при поражении энергетических каналов?

В первый момент я даже растерялась, но тут же сообразила, что едва сама себя не обманула.

Да, я считала, что неплоха в диагностике, но вряд ли здесь не хватало своих диагностов. А вот все остальное…

Нужна ваша помощь… как целителя…

Эти слова смутили, заставив переоценить собственные таланты.

- Да, знакома, - теперь уже почти уверенная в том, что именно стало причиной подобного вопроса, подтвердила я.

- Может, вы и методику изучали? – уже несколько осторожнее, словно боясь спугнуть появившуюся надежду, уточнил Углев.

- Да, изучала, - чуть улыбнулась я. – И даже работала с низкодозированным воздействием. На обоих этапах, - опередила я Углева, имея в виду и капелюшечки, и капельки.

В ситуации травм у одаренных поражения энергетических каналов в полевой структуре были не редкостью. Большинство из них обходились без серьезных последствий, влияя только на эффективность тех или иных действий с магемами, но, практически не меняя физических данных.

Все происходило совершенно иначе, когда речь шла либо о глубоких длительных поражениях или о воздействии на центральные каналы. Особенно, ног и спины.

Тамара Львовна, мама