Замуж за Орка (не) по своей воле - Мари Александер

Мысли сами складывались в слова, пока я намыливала отрез ткани, который собиралась использовать как мочалку, и старалась не смотреть на орка и не думать о том, что буду сейчас делать.

— Моя Вторая Мать! — исправил меня орк.

Видать, для него было важно именно такое обращение к жене своего отца. Ещё там, у ворот, я поняла это. Но попросить объяснить, что к чему, не могла. Поэтому сейчас пришлось лишь согласиться.

— Да, твоя Вторая Мать. Она даже с размером угадала. Платье будто по мне шили, — ответила я и, поняв, что дальше мылить тряпицу уже бесполезно, повернулась к орку.

На лицо его не смотрела, оценивала масштаб предстоящей работы и повторно пришла к выводу, что зря выгнала тех орчанок. Тут работы непочатый край! Но как говорится, глаза боятся, а руки делают.

Придвинувшись поближе, я начала водить мочалкой по широкой мужской груди. Старалась убедить себя, что это просто тело, которое мне нужно помыть. Ну так, будто я доктор, а это мой пациент. Я же лечила его там, на берегу, и ничего в тот момент не чувствовала такого особенного к нему.

Вот и сейчас: я лишь мыла его!

Но сколько бы я себя ни убеждала, а вот ниже пояса не смотрела, да и руки не опускала, а наоборот — с грудной клетки перешла на шею и, подняв голову, встретилась с ним взглядом.

— Она не угадывала с размером! — процедил орк, и снова в его взгляде сквозили холод и ненависть. — Моя Вторая мать заранее приготовила для тебя этот дар. Но ты отказалась от него в день нашей свадьбы! Ты не приняла ни один дар от моих сородичей! Ведь ты была уверена, что очень скоро сможешь вернуться к своему отцу, и уже сама выберешь себе нового мужа!

Его ярость была почти осязаема. Я хотела отпрянуть, но не успела — рука орка снова была на моей шее. Но в этот раз он не ласкал, а душил меня. Мыльными руками я пыталась освободиться от этой живой удавки, но безуспешно — мои пальцы соскальзывали. Пыталась хватать воздух ртом, но не могла сделать и одного вдоха.

Орк же наблюдал за моими трепыханиями и задавал дурацкие вопросы:

— Сознайся, что за игру ты затеяла, женщина? Зачем пытаешься соблазнить меня, если не желаешь быть моей?

Пальцы зелёного громилы сжимались на моей шее, и я понимала, что вот-вот отключусь.

Глава 16

Мне вот всегда было интересно: это кто придумал, одновременно душить и задавать вопросы? Ведь дураку понятно, что ответить что-либо в такой момент невозможно. Во-первых, я просто не могла произнести хотя бы одно внятное слово, не говоря уже о нескольких словах, собранных в одно предложение. А во-вторых, при нехватке кислорода мозг просто отключается, и я вообще перестала соображать.

В какой-то момент мелькнула мысль о кинжале, но было уже поздно. Орк, видать, перестарался, и я реально отключилась. Уже потом осознала, что это было моё спасение. Ведь ответа на дурацкие вопросы у меня не было, а схватись я за оружие, то неизвестно, чем бы всё закончилось.

Пришла в себя, уже лёжа на шкурах и шёлковом покрывале. Этот контраст меня поразил. И на какое-то время я залипла на мысли, откуда у орков шёлк? Но долго размышлять на эту тему мне не дали.

— Очухалась? — послышался откуда-то со стороны уже знакомый голос зелёного громилы, то бишь мужа-орка.

И тут же он навис надо мной.

— Вы, эльфы, такие слабые? Я слегка придавил шею, а ты тут же — шмяк! — высказал мне претензию зелёный муженёк. — Вставай, нечего валяться просто так!

Отдав приказ, громила не спешил отходить от ложа, а всё так же возвышался надо мной. За время моей отключки он успел помыться и даже надел новые чистые штаны и сапоги. Вид снизу был устрашающим. Ложе хоть и было выше уровня пола, но орк возвышался надо мной, как гора.

Я же не спешила вставать: казалось, что он специально не отходил от ложа и загораживал собой всё. Поэтому я лежала и ждала кого-то подвоха. Мало ли что у него на уме. Вдруг снова решит устроить мне допрос в своей орочей манере, только в этот раз душить будет «помягче», делая скидку на то, что я эльфийка.

Но я ошиблась, планы на этот вечер у моего мужа были другие.

— Вставай! — повторил он и оценивающе посмотрел на меня, затем ухмыльнулся. — Потом вернёмся и уже вдвоём поваляемся, а сейчас я жрать хочу! — Сказав это, он клацнул зубами и оскалился. — А ты слишком тощая, чтобы тобой насытиться!

Говорил так, будто реально собирался меня съесть. Ну или чувство юмора у него было таким. О том, что он говорил о другом виде голода и хотел меня тем самым оскорбить, намекая, что я не настолько привлекательна, как орчанки, я не успела подумать. Да и времени на это не было.

Орк протянул мне руку, пришлось принять его помощь и протянуть свою в ответ. Рывок — и вот я уже стояла ногами на шкурах, прямо напротив него. Чуть пошатнулась из-за резкого подъёма, но орк успел второй рукой обнять меня за талию, не давая упасть. Высота спального ложа немного компенсировала разницу в росте между нами, и поэтому наши лица оказались почти напротив друг друга.

Мне не пришлось задирать голову, чтобы видеть снова недовольное лицо мужа. Он втянул воздух носом, зло посмотрел на меня и вдруг заявил:

— Запомни: тут у нас свои правила. От меня ни на шаг не отходи, женщина!

В ответ я лишь кивнула. Горло ещё саднило. Но моя покорность почему-то опять вызвали недовольство орка.

— Здесь я твой муж, а ты моя жена! Ты подчиняешься мне, я сказал — ты сделала! Ты поняла это, женщина?

В ответ орк получил снова лишь кивок. Его рука на моей талии, казалось, стала тяжелее. А та, в которой он всё ещё держал мою ладонь, сжалась сильнее, и, не сводя с меня взгляда, громила добавил:

— Мы оба знаем, что только ты сможешь вернуть Карате то, что забрала у неё. Её магию! Лишь поэтому ты всё ещё жива, женщина! Но если достанешь кинжал, тебе придётся принять бой. А ты слабая, и тогда мне придётся убить кого-то из своих, защищая тебя. Но я этого не хочу делать. Ты всё поняла?

И в третий раз я