Снежная лавка госпожи Дюваль - Анастасия Эрн

— Здорово. Эти со звёздами и солнышком для мужчин, а в виде сердечка для девочек? — Лео потрогал и даже понюхал мешочки, набитые рисом и лавандой. — О, они ещё и пахнут приятно!

— Всё верно! Нравится?

— Ага, идея очень хорошая. О таких маленьких, безопасных грелках, я ещё никогда не слышал, — восхищённо протянул Лео. — А ты ещё что-то будешь делать? — он посмотрел на лежащие на столе открытые тетради.

— Собираюсь делать другой тип грелок — самонагревающиеся. Но из-за того, что внутри них будет жидкость, не могу придумать, какую ёмкость использовать для них.

— Фляжки? — тут же предложил Лео.

Я выгнула бровь, не понимая, о чём он говорит. Братишка же быстро ринулся к стеллажу и вытащил оттуда несколько небольших кожаных фляжек с деревянной пробкой.

— Вот, это заготовки! Вероятно, с ними что-то хотели сделать, но так и не пустили в дело.

Я тщательно осмотрела их и пришла в восторг. Они идеально подходили для моей задумки!

— Ты гений, Лео! — я не удержалась, потрепала его по голове и звонко чмокнула в щеку.

Леонард покраснел и довольно заулыбался.

— А можно я тебе ещё чем-нибудь помогу? — осторожно спросил мальчуган, комкая края своей рубашки.

— Можно! Будем делать грелки вместе. Тащи все бутылки, завяжи на лице платок и вперёд!

Химическая реакция — это всегда весело и кажется настоящим чудом, если видишь её впервые. Поэтому когда я принесла все ингредиенты, нашла необходимые ёмкости и весы, то Лео, который вовсю помогал мне, пришёл в искренний восторг.

— Сестрёнка! Сестрёнка, как ты до того додумалась? — не унимался он.

— Это всё моя амнезия и поход в храм. Боги были милостивы ко мне. Я усердно молилась, и меня на обратном пути осенила эта идея, — приврала я.

Но в самом деле не могла же я рассказать, что знаю это из своей прошлой жизни?

— Здорово! Я бы тоже так хотел, — с лёгкой грустью произнёс мальчуган, и на его лицо, словно наползла мрачная тень.

— Эти солевые грелки, ты можешь делать и сам. Здесь нет ни крупицы волшебства, это просто химия. Следуя правилам и рецепту, подобную вещь может изготовить любой человек, — тут я вспомнила, что в этом мире живут и иные расы, поэтому поспешно добавила, — или другие разумные существа.

— Значит, даже такой бесталанный, никчёмный пацан как я, может сделать подобное чудо? — Лео с надеждой посмотрел на меня.

А мне вдруг стало страшно. Что же творится в голове у брата? Какие демоны терзают его? И кто вложил в его голову такие ужасные мысли?

Я обхватила лицо Лео ладонями, чуть подняла и посмотрела ему в глаза.

— А разве ты сейчас уже этим не занимался? И кто тебе сказал, что ты никчёмный и бесталанный?

Лео отвёл взгляд и опустил ресницы.

— Ты сейчас издеваешься? — обиженно произнёс он, вырвался из моих рук и побежал к выходу.

Моё сердце будто сжали ледяной рукой. Чёрт! Ошиблась! Я должна была выразиться мягче. Пульс подскочил, и я сама, не ожидая от себя такой прыткости, быстро догнала Лео. Обхватила его острые плечи и остановила.

— Да погоди ты! Давай поговорим. Извини, если обидела. Ты же знаешь, что моя память подводит меня. Что ты имел в виду, говоря про себя такие слова.

Лео попытался снова вырваться. Рассказывать о своих недостатках не очень хотелось. Как и показывать слабость. Лишь в первый день он позволил себе плакать, а сейчас отчаянно не хотел показывать влажные глаза. Но глядя на мою решимость, он понимал, что я его не отпущу, поэтому шумно хлюпнул носом и еле слышно пробормотал.

— Ирвин великолепно фехтует, считает и пишет. Отец хотел купить ему офицерский чин через пару лет. Ты одарена родовой магией, наверняка закончишь академию и станешь квалифицированным магом-артефактором, а я... Я ничего могу!

Столько надрыва слышалось в тихих словах, столько боли и отчаяния, что внутри всё переворачивалось.

— Сегодня, Густав, сын мясника хвастался, что его отправили в школу. Я знаю, что это обычная школа для горожан… Но мне недоступна даже она, не говоря о гимназии, куда ходит Отилла и Лукаш. Они красовались и начали вслух считать, спросили меня, а я… я ошибся. Тогда все захохотали. Громче всех Сигард, сын управляющего на шахте. Они смеялись и говорили, что я за барон, если хожу в обносках и не могу даже выучиться грамоте. Я хотел ударить Сигарда, но сам получил по шее…

Кошмар! Бедный ребёнок. Я обняла Лео, как можно крепче, и, еле сдерживая слёзы, прошептала:

— Прости! Это всё из-за нашей бедности… Потерпи немного, и у тебя будет всё и гимназия, и одежда. Однако пойми, те ребята, что так говорят, уж точно не друзья тебе! Те, кто судит всех по одежде, недостоин тебя! Ведь главное вовсе не тряпьё, а то какое у человека сердце и душа! У тебя огромное доброе сердце, братишка. И тебе совершенно нечему завидовать. Считать, писать и читать может научиться кто угодно. Тут не надо обладать талантом, главное усердие. Магия? Но ты и без магии сможешь неплохо устроиться в жизни. Сила и мускулы? Так, ты ещё маленький и скудно питаешься. Вот как начнёшь регулярно есть, тренироваться и заниматься непременно вытянешься и станешь гораздо сильней. У тебя ещё всё впереди. Ирвин, знаешь ли, тоже не стал сразу сильным. Уверена, даже драконородные рождаются маленькими и слабыми. А сила и умения, нарабатываются годами усердных трудов. Поэтому Лео у тебя всё впереди и всё обязательно получится, главное — верить в себя и ни за что не сдаваться!

— Ты, правда, так думаешь? — Лео с надеждой посмотрел на меня.

Я улыбнулась и погладила его по волосам.

— Не думаю, знаю! — авторитетно заявила я.

Лео прижался ко мне ещё сильнее.

Мы закончили работать глубокой ночью. Вернее, я отправила Лео спать, а сама слегка схитрила. Взяла записи предков Дюваль и лекции Абигейл и пошла изучать их в постель. Конечно, воспоминания предыдущей хозяйки тела мне помогали, но я боялась что-то упустить и хотела полностью удостовериться во всём. Помимо прочего, в заметки своих предков, оставленные в мастерской, Абигейл не лезла. Считала себя недостаточно талантливой. Хотя судя по её воспоминаниям и записям, начала уже пытаться разрабатывать новую модель холодильного шкафа.

Я долго читала, но мыслями постоянно возвращалась к Реджинальду. Этот чёртов мужчина, почему-то настойчиво лез мне в голову. Брр! Мне не ведь не показалось, что его пренебрежительное отношение ко мне резко изменилось после его пощёчины? Это его “Интересно”, прозвучало с такими