Обесчещенная. Невеста по ошибке - Мила Реброва

Я осторожно провёл рукой по её волосам, наслаждаясь их мягкостью, и снова почувствовал, как сопротивление внутри меня ослабевает.

И хотя в моей голове по-прежнему царила путаница, в одном я был уверен точно: Айшат стала для меня намного важнее, чем я мог себе представить. Я знал, что отрицать это дальше бессмысленно, как бы сильно я ни пытался противиться этому чувству.

В тот момент я понял главное: что бы ни случилось дальше, я не позволю никому и ничему навредить ей. Даже если придётся бороться с самим собой.

Глава 9

Айшат

Клиника встретила нас белыми стенами, ярким освещением и прохладой коридоров. Мне было тревожно, и я крепко держала руку Имрана, боясь отойти от него даже на шаг.

Врач внимательно осмотрел меня, задавал вопросы, потом долго смотрел на результаты обследования и, наконец, сказал:

— У вас повышенное внутриглазное давление, Айшат. Это довольно серьёзно, но сейчас всё можно быстро исправить. Мы проведём лазерную коррекцию зрения. Это совсем не больно и занимает совсем немного времени.

Я почувствовала, как дыхание перехватывает от волнения, и невольно сжала пальцы на ладони Имрана.

— А это не опасно? — спросила я тихо, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

Врач улыбнулся, стараясь успокоить меня:

— Совершенно безопасно. Процедура длится буквально двадцать минут. После операции несколько часов зрение будет слегка мутным, возможно небольшое жжение или слезотечение, но к вечеру вы уже будете видеть гораздо лучше.

— Значит, завтра уже всё закончится? — тихо спросил Имран, внимательно глядя на врача.

— Да, завтра всё будет позади, и ваша жена быстро восстановится, — уверенно ответил доктор.

После осмотра мы вышли из кабинета. Имран обнял меня за плечи, внимательно заглядывая в глаза:

— Ты слышала? Всё будет хорошо. Завтра всё закончится, и тебе станет легче.

— Я знаю, просто немного страшно, — призналась я, слегка улыбаясь ему в ответ. — Но рядом с тобой не так страшно, правда.

Имран тепло улыбнулся и осторожно поправил прядь моих волос:

— Я всегда буду рядом, Айшат. Ты же знаешь это.

Мы провели остаток дня в номере гостиницы, стараясь не говорить о завтрашнем дне. Имран заботился обо мне как никогда прежде, окружая теплом и вниманием. Я чувствовала его поддержку и, несмотря на страх, стала чувствовать себя спокойнее.

На следующий день мы снова приехали в клинику. Меня провели в небольшой кабинет с яркой лампой и удобным креслом. Медсестра помогла мне устроиться, объяснила, что всё будет быстро и не больно.

— Просто смотрите прямо перед собой и расслабьтесь, — попросил врач, мягко улыбнувшись.

Я сделала глубокий вдох и послушно замерла, чувствуя, как волнение постепенно уходит. Всё действительно прошло быстро: вспышки света, едва ощутимое тепло, и вот уже всё закончилось.

Когда я встала с кресла, зрение было слегка туманным, а глаза немного слезились. Но доктор снова улыбнулся и успокоил:

— Всё прошло замечательно, Айшат. Отдохните несколько часов, и уже к вечеру зрение восстановится.

Имран ждал меня в коридоре. Увидев его, я не смогла сдержать улыбки, и он мгновенно подошёл ближе:

— Всё позади? Ты как себя чувствуешь?

— Хорошо, немного мутно, но всё нормально, — тихо сказала я, ощущая, как его руки бережно поддерживают меня.

— Тогда пойдём, тебе надо отдохнуть, — произнёс он заботливо, ведя меня к машине.

В номере гостиницы я прилегла на кровать, чувствуя, как постепенно успокаиваюсь. Имран сидел рядом, внимательно наблюдая за мной, словно боялся упустить что-то важное.

— Ты сегодня просто герой, — с нежностью сказал он, погладив мою ладонь. — Я горжусь тобой, Айшат.

— Спасибо, что был рядом. Без тебя я бы не справилась, — призналась я честно, глядя ему в глаза.

Имран молча кивнул и тихо добавил:

— Я никогда не позволю тебе справляться одной, Айшат. Ты теперь не одна, понимаешь?

Его слова заставили моё сердце сладко сжаться, и я почувствовала, как по щекам катятся слёзы, но это были слёзы счастья. Он бережно вытер их ладонью и наклонился ближе:

— Ну что ты плачешь? Всё хорошо теперь.

— Я просто никогда не думала, что буду так счастлива, — призналась я, едва слышно.

Имран улыбнулся и наклонился ещё ближе, аккуратно коснувшись губами моего лба:

— Теперь ты всегда будешь счастлива, я тебе обещаю.

И я верила ему — впервые в жизни верила так сильно, что вся тревога, вся боль и страх последних дней окончательно ушли, уступив место чему-то невероятно тёплому, светлому и настоящему. Теперь я знала, что больше никогда не останусь в темноте — рядом был человек, который не позволит мне в ней оказаться.

* * *

Имран

Мы вернулись в номер, после того как врач окончательно убедился, что с Айшат всё в порядке, и разрешил нам спокойно ехать домой. Но мы решили остаться ещё на день, чтобы немного отдохнуть. Я был рад этой возможности провести ещё немного времени с ней вдали от всех и всего.

Пока Айшат принимала душ, я стоял у окна, глядя на огни ночного города, и думал о ней. В душе кипела настоящая буря, и я больше не мог отрицать, что она заняла особое место в моей жизни. Как бы я ни пытался сопротивляться, я уже не мог бороться с тем, что чувствовал.

Я услышал звук открывающейся двери ванной и, обернувшись, замер на месте. Айшат стояла в дверях, на ней было только полотенце, плотно обёрнутое вокруг её тела, мокрые волосы красиво рассыпались по плечам. Она смутилась, увидев мой взгляд, и быстро опустила глаза.

Я почувствовал, как во мне что-то вспыхнуло, сердце бешено заколотилось, а дыхание перехватило. Я не смог удержаться и сделал шаг навстречу, внимательно глядя на её смущённое лицо.

— Айшат, — произнёс я тихо, пытаясь справиться с волнением, — ты простила меня за тот первый раз? За то, как всё случилось?

Она медленно подняла на меня глаза, и я увидел в них искренность и доверие, от которых моё сердце сжалось сладкой болью.

— Я простила, Имран, — тихо ответила она, едва заметно улыбаясь. — Если так решила судьба, кто мы такие, чтобы ей противиться?

Эти слова окончательно сломали последние преграды во мне. Я осторожно подошёл ближе, почти вплотную, и поднял её лицо, глядя ей в глаза.

— Я больше не могу сдерживаться, — прошептал я ей в губы, чувствуя, как она чуть вздрагивает от моих слов и близости. — Я не хочу бороться с собой.

Её глаза вспыхнули, губы чуть приоткрылись, словно она ждала этих слов так