Обесчещенная. Невеста по ошибке - Мила Реброва

* * *

* * *

Айшат

Когда входная дверь открылась, и в дом вошли мама с Камилой, моё сердце отчаянно забилось от волнения. Я вышла из кухни навстречу, стараясь улыбаться как можно более искренне, хотя внутри меня всё переворачивалось от беспокойства.

— Айшат! — радостно воскликнула мама, широко улыбаясь и протягивая ко мне руки. Я тут же обняла её, вдыхая знакомый аромат её духов, ощущая, как на мгновение становится легче.

Камила стояла чуть позади, её взгляд был спокойным, даже каким-то светлым. Она слегка улыбнулась, когда наши глаза встретились, но я не могла до конца поверить, что сестра действительно рада меня видеть.

— Мы так соскучились по тебе! — искренне сказала мама, держа моё лицо в своих ладонях и внимательно разглядывая. — Как твои глаза? Тебе лучше?

— Да, мама, всё хорошо. Намного лучше, — поспешила успокоить её я. — Я уже почти полностью восстановилась.

— Я так рада слышать это, — выдохнула мама с облегчением, снова крепко обнимая меня. Затем повернулась к Камиле: — Иди сюда, дочка, чего стоишь?

Камила медленно подошла ко мне и неловко улыбнулась, но всё же обняла меня крепко, словно стараясь убедить в том, что между нами всё в порядке. Я почувствовала, как сердце болезненно сжалось от вины, снова напомнив, что именно я лишила её счастья.

— Я очень рада, что ты приехала, — тихо сказала я, стараясь не выдать своего волнения. — Ужин уже готов, пойдёмте к столу?

Мы уселись за ужин, и атмосфера постепенно наполнилась теплом и уютом. Мама и Камила рассказывали о Дубае, показывали привезённые сувениры и подарки. Казалось, они действительно хорошо провели время. Я улыбалась, слушая их рассказы, но внутри всё ещё чувствовала тягостное ощущение вины. Я думала о том, что сейчас именно я живу жизнью, которая должна была принадлежать сестре. Счастлива рядом с человеком, которого она любила, пока Камила осталась одна.

После ужина мама пошла отдыхать, уставшая после дороги, а мы с Камилой остались наедине. На кухне наступила неловкая тишина, пока я собирала тарелки и ставила чайник на плиту.

— Ты не представляешь, как я скучала по твоему чаю, — вдруг тихо произнесла Камила, пытаясь разрядить напряжение.

— Я рада, что он тебе нравится, — ответила я, глядя на неё и пытаясь найти слова, которые давно хотела сказать. Наконец, я набралась смелости и заговорила:

— Камила, я хочу попросить у тебя прощения… Я не знаю, как объяснить то, что произошло, но мне так ужасно стыдно перед тобой. Я каждый день думаю о том, что заняла твоё место, что украла твоё счастье…

Камила смотрела на меня внимательно, затем тихо вздохнула и покачала головой, слегка улыбнувшись.

— Айшат, перестань себя мучить. Я давно всё отпустила. Если честно, мне самой было больно только в первые дни. А потом я поняла, что, возможно, так было нужно. Я любила Имрана, но не так глубоко, как это казалось раньше. Сейчас я понимаю, что мы не были созданы друг для друга. И я правда счастлива, что именно ты стала его женой.

— Но ты ведь осталась одна, Камила… Как я могу не чувствовать себя виноватой? — прошептала я, едва сдерживая слёзы.

Камила подошла ближе, мягко положила руку мне на плечо и посмотрела прямо в глаза:

— Знаешь, Айшат, я сама долго чувствовала себя виноватой. Ведь именно я отправила тебя тогда к нему. Так что, если кто и должен чувствовать себя виноватым, то это скорее я, а не ты.

— Но это неправда, — попыталась возразить я, чувствуя, как на сердце становится легче от её слов. — Ты не сделала ничего плохого.

— И ты не сделала ничего плохого, Айшат. Это судьба. Иногда она ведёт нас путями, которые мы не сразу можем понять. Но я вижу, как ты счастлива с Имраном, и это для меня самое важное. Мы с тобой сестры, и это никогда не изменится. Ты заслуживаешь счастья, и я буду рада за тебя всем сердцем, обещаю.

Я смотрела на Камилу и впервые за долгое время почувствовала облегчение и искреннее счастье от того, что мы снова можем быть так близки, как раньше.

— Спасибо тебе, Камила, — сказала я, чувствуя, как голос дрожит от волнения. — Я очень боялась, что ты никогда не простишь меня.

— Я не держу на тебя зла, правда, — твёрдо сказала она, крепко обнимая меня. — И я хочу, чтобы ты перестала винить себя. У тебя сейчас есть самое главное — любовь. Береги её.

Мы ещё некоторое время стояли обнявшись, ощущая, как возвращается наше прежнее единство и близость. Мне стало так легко и спокойно, как будто груз, который я носила все эти недели, наконец-то исчез.

— Знаешь, а я ведь действительно начала отпускать ситуацию, когда мы были в Дубае, — сказала Камила, снова улыбнувшись. — Увидела, каким огромным может быть мир, и поняла, что впереди меня ещё ждёт моё собственное счастье.

— Я очень хочу, чтобы ты была счастлива, — искренне сказала я, глядя ей прямо в глаза. — И я всегда буду рядом, что бы ни случилось.

— Я знаю, Айшат. И я очень рада, что мы снова вместе, — тихо ответила Камила, крепче сжимая мою руку.

В тот вечер, ложась спать, я впервые за долгое время почувствовала спокойствие и уверенность. Теперь я знала, что между мной и сестрой нет ни обиды, ни боли. Всё наконец стало на свои места, и впереди нас обеих ждало только лучшее.

Глава 11

Имран

Я услышал звук подъезжающей машины и тут же направился к двери, чувствуя, как внутри поднимается лёгкое и приятное волнение. Всего сутки разлуки с Айшат показались мне целой вечностью, и я уже успел ощутить, насколько пусто и неуютно бывает без неё в доме.

Когда дверь открылась, и на пороге появилась Айшат, сердце мгновенно наполнилось радостью и нежностью. Она улыбалась так светло и искренне, словно вся тревога, которая терзала её последние недели, полностью исчезла. Её глаза сияли таким чистым счастьем, что я невольно улыбнулся ей в ответ.

— Я скучал по тебе, — тихо сказал я, подходя ближе и осторожно обнимая её за талию. — Даже представить не мог, что так сильно соскучусь всего за одну ночь.

Она тихо рассмеялась, подняла на меня свои прекрасные глаза и мягко прикоснулась к моей щеке ладонью:

— Я тоже скучала по тебе, Имран. Очень сильно.

Не в силах больше сдерживаться, я наклонился и осторожно поцеловал её, чувствуя, как всё внутри сразу же наполняется теплом и покоем.