Развод с Драконом. Уходи, я нашел Истинную - Анна Кривенко

к тому, чтобы их и перестали нанимать. Поэтому в итоге он был забыт, потому что поток трудовых мигрантов просто иссяк. Но формально закон всё ещё действует. Как это поможет тебе? Ты должна быть официально зарегистрирована как незамужняя и находящаяся в поиске брачного союза иномирянка.

Когда он это произнёс, я опешила:

— В каком смысле? Я не хочу искать никакого брачного союза, — открестилась поспешно. — Мне и одного хватило.

Дерек тяжело выдохнул.

— Я понимаю. И спешу успокоить: это просто формальность. Тебя никто не отправит под венец без твоей на то воли. Но ты обязательно должна быть оформлена как свободная для брака. Это станет твоей защитой. Да, есть нюансы…

Он отвернулся к окну, будто не имея сил смотреть мне в лицо.

— …к тебе начнут приходить женихи. На смотрины, так сказать. Это обязательное условие такой регистрации. Но ты вольна отказывать всем и каждому. Зато получишь защиту, обязательное право на один выходной и запрет на любые формы насилия — в том числе моральные.

Я задумалась. А ведь это действительно уникальный выход в моём случае. Представляю, как Марана и свекровь зубы-то пообломают, если этот закон начнёт действовать.

— Когда мы можем зарегистрироваться? — спросила я Дерека в спину.

Он вздрогнул и обернулся, смотря на меня испытывающим взглядом.

— Значит, ты готова?

— Готова, — ответила твёрдо. — У меня нет другого выхода. Диана для меня всё. К тому же, по твоим словам, мне ничего не грозит. А приход всяких там кавалеров, мне кажется, будет только на пользу.

Дерек криво усмехнулся, а я чувствовала себя счастливой.

— Спасибо, что читаешь по вечерам книгу законов, — шепнула я.

А Дерек неожиданно смутился.

— Ладно, пойдём. Если мы поспешим, — произнёс он, — то к вечеру ты будешь зарегистрирована. Кстати, а как тебе удалось вырваться в такое время дня?

Я, вставая с кресла, рассмеялась:

— О, это презабавная история! Расскажу тебе по дороге…

Глава 18 Старый знакомы

Регистрация попаданок проходила в небольшом административном здании неподалёку. Чиновник — совсем молодой человек специфической наружности — бросил на меня испытывающий взгляд.

— Иномирянка, правда? — произнёс он недоверчиво. — Что-то лицо слишком знакомое. И давно вы здесь находитесь?

— Больше десяти лет, — ответила я честно, но почему-то со стыдом.

Брови парня полезли на лоб.

— Почему же вы так поздно пришли? Где вы были всё это время?

— Замужем была, — буркнула я недовольно. — Так вы будете регистрировать или нет?

Расспросы порядком раздражали. Я не чувствовала себя в безопасности. Мне было неловко.

К счастью, на помощь пришёл Дерек.

— Вот её документы. Посмотрите внимательно, — сказал он.

Он раскрыл перед чиновником толстую папку. Тот начал бегать глазами по записям, некоторое время листал — и выдохнул:

— Редчайший случай, — произнёс он. — Попаданка, с которой развелись… Ах да, я вспомнил, почему ваше лицо мне знакомо!

Он порылся в стопке бумаг и вынул оттуда газету. На первой полосе был мой портрет. Небольшой, конечно, можно сказать, незначительный по размеру. Зато рядом крупным планом были расположены портреты Арана и Мараны в свадебных одеяниях. Это стало событием — день свадьбы дракона, который развёлся с иномирянкой…

Да, иномирянок обычно ценят. Обычно.

Я как-то об этом раньше не задумывалась. И вообще… Я действительно не интересовалась ничем, кроме нашего дома и нашего дела. Похоронила себя совсем.

Приуныла.

Видя моё изменившееся настроение, Дерек наклонился к чиновнику и что-то поспешно зашептал ему на ухо. Тот недовольно поджал губы, но после того, как дракон что-то передал ему в крепко сжатой руке, сразу же стал весьма любезным.

Оформил всё быстро, опустил многие вопросы, которые требовались при заполнении бланков. После поставил печать и дал мне расписаться.

— Вот, — произнёс он наконец. — Посмотрите. Отныне вы зарегистрированы как иномирянка, остро нуждающаяся в заботе крепкой мужской руки.

Я скривилась от такой формулировки.

Но Дерек поспешил отвлечь меня широкой улыбкой.

— Всё, дело сделано. Вы могли бы выписать даме подтверждающий документ, который она могла бы предъявлять в месте своего нынешнего проживания?

Чиновник уставился на него с интересом:

— А зачем ей это предъявлять?

Дерек хитро улыбнулся:

— У неё есть права. Почему бы ими не воспользоваться? А документ нужен для демонстрации тем, кто, возможно, по чистой случайности, захочет эти права нарушить!

Чиновник хмыкнул и на отдельной карточке что-то написал.

…С Дереком мы расстались неподалёку от моего дома.

Добиралась до дома медленно, не торопясь, думая только о том, что у меня появились какие-то преимущества. Отчаянно скучала по Диане и мечтала поскорее забыть эту опостылевшую жизнь и этот ненавистный дом.

А в доме в это время уже вовсю гремело празднество. Я поняла это по звукам музыки, доносившейся даже во двор, и по ярко освещённым окнам первого этажа. Да, уже начало темнеть, поэтому я могла рассмотреть танцующие пары, мелькающие в том или ином окне.

Прекрасно. Наверное, Гречана со всем разобралась, — подумала я и решила зайти с чёрного входа.

Служанки, встречающие меня, презрительно отворачивались. Я уже перестала обращать на это внимание — мне было всё равно. Для всех этих людей и драконов я была мертва. И они для меня тоже.

Уставшая, разбитая, я поднялась на свой этаж, но не успела сделать по коридору и нескольких шагов, как вдруг кто-то налетел на меня и прижал к стене. Я выбросила вперёд руки, отталкивая крепкую мужскую грудь. Чужие руки впились в мои плечи, фиксируя их намертво.

Замерла, и из тени ко мне выплыло лицо — знакомое смазливое лицо с горящими глазами и с губами, искривлёнными в самодовольной улыбке. Я бы даже назвала эту улыбку оскалом — противным и отталкивающим.

— Граф Шарон… — прошептала ошеломлённо и вспомнила одного противного, надоедливого мальчишку, который в академии не давал мне прохода.

Кто-то тогда сплетничал о том, что он был в меня влюблён, но я не верила этому. Почему? Потому что всё, что хотел граф Шарон — это переплюнуть Арана, своего на тот момент жгучего соперника. Он пытался добиться от меня постельных утех, откровенно называя шлюхой, подстилкой и всем тем, как обычно называли гулящих женщин.

Нравы иномирянок зачастую были крайне развязными, и об этом знали все. Я не относилась к числу таких. Была очень строга и к себе никого не подпускала. Но граф Анри Шарон всеми силами боролся за право покорить меня несмотря ни на что. А я не покорилась. В той борьбе он проиграл.

Сейчас, когда я смотрела на его привлекательное лицо, понимала — он вырос. Это уже был не мальчишка, а молодой