Ее безумные звери - Э. П. Бали

нашей камере есть туалет с выгребной ямой, которым явно пользовались, поэтому в воздухе сильно пахнет дерьмом и змеями. Короче говоря, это именно то, чего я ожидала от старых сварливых повелителей драконов, желающих держать свои неблаговидные дела в секрете.

Йети растолкал всех в сторону, чтобы разместить Минни у решетки в самом выгодном месте для доступа свежего воздуха, и я оказалась рядом с ней, а Ракель, Стейси и Коннор втиснулись вокруг меня, дуясь из-за того, что приходится стоять. Наши нимпины щебечут нам в уши о своих печалях, чувствуя всеобщий дискомфорт.

Честно говоря, я тоже дуюсь. Мы все дуемся, скрестив руки на груди, и все такое. Хотя это бесполезно, потому что охранники втолкнули нас сюда, а затем ушли через туннель с низким потолком, который ведет обратно наверх.

— Очень аутентичное ощущение, да? — говорит Коннор, прижимаясь к Клюву. — В одиночку прошлой ночью здесь было жутко, но когда мы все здесь, это просто вечеринка!

— За вычетом самой вечеринки, — ворчит Стейси, встряхивая обсидиановые прутья обеими руками. — Я бы включила музыку, но тогда нас спалят.

— Мы можем спеть, — с готовностью предлагает Минни. — Есть какая-нибудь хорошая тюремная песня?

— Да вроде бы должна быть, — говорит Коннор. — Жаль, Дикаря здесь нет, чтобы спросить.

Укол печали, который пронзает мое сердце каждый раз, когда упоминается мой суженый-волк, снова поражает меня, заставляя еще глубже погружаться в уныние.

Мой телефон вибрирует в лифчике, и я шиплю своим друзьям, чтобы они прикрыли меня от камер наблюдения, которые установлены на противоположной стене.

Когда я вижу, кто это, у меня сводит живот.

— Лайл? — шепчу я.

Все ворчуны в нашей камере затихают, чтобы подслушать.

— Ангел? — раздается сердитый голос. — Почему ты выбросила меня из своего разума?

Должно быть, он пытался связаться со мной, но из-за обсидиана любая телепатическая связь заблокирована.

— Помогите нам, мистер Пардалия! — кричит один из кошачьих в задней части камеры. — Помогите нам…

Кто-то совершенно очевидно зажимает ему рот рукой, и слышатся короткие тычки и подергивания. Моя задница больно вдавливается в решетку, и я морщусь.

— Не специально, — быстро шепчу я. — Просто Долорес такой… ну, Долорес. Он…

Я внезапно вспоминаю, что Коса приказал мне успокаивать Лайла. И сказать ему, что я сижу взаперти, не значит сделать его спокойным львом.

— Он что? — в его голосе сквозит угроза, и трудно притворяться, что это не заставляет мою аниму кокетничать, когда я слышу, как он вот так защищает меня.

— Это просто милое маленькое наказание, которое он назначил всему классу, — я пытаюсь говорить весело, отчаянно жестикулируя Коннору и Минни, чтобы они поддержали меня. — Не мне конкретно. Но мы в обсидиане, так что я не могу сейчас общаться.

— Ага, вообще-то, мы хорошо проводим время! — Коннор изображает великолепный фальшивый смех. — Не беспокойтесь о нас, мистер Пардалия.

— Я рисую картинки, — услужливо отвечает Стейси, просовывая ногу сквозь прутья решетки, чтобы нарисовать узоры на грязном полу. — Здесь так здорово.

— Где здесь? — у анимуса Лайла такой хриплый голос, что у меня по всему телу бегут мурашки.

— Нигде! — быстро выпаливаю я. — Мне нужно идти, здесь камеры.

Я сбрасываю вызов.

Ракель хлопает меня по спине.

— Очаровательно, — задумчиво вздыхает Стейси. — Возможно, он настолько разозлится, что вышвырнет нас отсюда.

— Почему ты не попросила его освободить нас? — сердито спрашивает мужской голос.

Йети издает низкое рычание.

— Он не может, идиот. Заткнись нахуй, пока я не заткнул.

— Я не хочу, чтобы у него из-за меня были новые неприятности, — ворчу я. — По моей вине он больше не заместитель директора.

— Ну, кто-то же должен поставить Долорес на место, — говорит Минни, опираясь затылком на грудь Йети. — Судя по всему, это уже выходит из-под контроля.

— Как вариант, я могу превратиться в мышь, — говорю я, — и украсть несколько ключей, но они просто запрут меня обратно.

— Лия, ты правда можешь перекинуться в мышь? — спрашивает Йети.

Вспышка на периферии подсказывает мне, что Ксандер заерзал на своем месте, где он прижат к стене камеры. Хотя его глаза темные и впалые, его брачная метка светится тем эфемерным небесным светом, который только и делает, что притягивает мое внимание.

— Ага, — отвечаю я беспечно. — Как-то даже в опоссума превращалась.

Забавы ради, когда была ребенком. Он пробрался в мой домик в первые дни моего самостоятельного проживания, когда я однажды ночью забыла закрыть кухонное окно. Я нашла зверька склонившимся над лапшой быстрого приготовления, пока шла на шум, взяв с собой нож для масла. Он даже не испугался меня, так что я просто толкнула его, и он вывалился из окна. Мне нужно прикоснуться к существу, чтобы иметь возможность превратиться в него.

— Какого хрена ты превращаешься в бесполезных животных? — спрашивает Роуэн, гиена, стоящий позади Йети. — Я бы выбрал что-нибудь крутое, например, слона. Или ехидну.

Я никогда не прикасалась к слону, поэтому не могу этого сделать. Но безумное обоняние было бы полезно. Я бы охотилась даже лучше, чем волк.

Мы простояли в наших клетках почти три часа, прежде чем металлическая решетка у входа открылась и внутрь ввалился Дэмиен в сопровождении толпы охранников. Все замерли в состоянии повышенной готовности, и руки Йети собственнически сжались вокруг Минни.

Дэмиен сверкает белыми очками в тусклом свете.

— Студенты, — надменно объявляет он, — вы усвоили урок?

Никто не отвечает, и я бросаю на Стейси мрачный взгляд.

— Сэр, здесь же антисанитария! — ноет Роуэн. — Если родители узнают об этом…

Дэмиен смеется.

— Я уверен, что ваши родители поблагодарят меня за давно назревшие уроки дисциплины. — Он машет охранникам выйти вперед. — Я добьюсь от вас полного повиновения или вы ничего не получите. Следовательно, я сделаю дисциплинарные наказания незабываемыми.

— Я голоден! — кричит один из орлов. — В конце концов вы должны нас покормить.

Дэмиен пожимает плечами и указывает на охранников.

— Кормят только хороших учеников. А вы, как оказалось, не хорошие ученики.

Мы наблюдаем за тем, как охранники тянут что-то рядом с нашей камерой. Для этого нужны две большие кошки, но им удается вытащить что бы это ни было.

Вся наша клетка начинает дрожать.

Минни тихонько выдыхает «о-о-о», как только мы начинаем спускаться. Земляной пол на самом деле не земляной, а дно металлической клетки, покрытое толстым слоем слежавшейся грязи, которая осыпается, когда бетон под ней открывается, как массивный люк.

Все содрогается, и студенты впадают в панику.

— О Богиня! — визжит Стейси.

— Это не весело! Это не весело! — вопит Коннор.

— Мы ягнята на заклание! — кричит Минни. — Йети! Что нам делать?

Тем временем нимпины носятся по клетке, дико щебеча.

— О, успокойтесь, — голос Дэмиена