Ее безумные звери - Э. П. Бали

преследует нас, пока мы спускаемся в темноту. Своими обостренными, охваченными паникой чувствами я чувствую запах соленой воды. Очень много соленой воды. — Вы будете сидеть в воде, пока все не отдадут контрабандные мобильные телефоны, которые, я знаю, некоторые из вас носят при себе. Они так же недопустимы, как телепатия во время занятий.

— Что?! — орет Стейси шепотом.

Я бросаю взгляд на Йети, у которого, я уверена, есть телефон, подаренный Косой, вероятно, со всевозможными незаконными материалами, которые он не может передать Долорес.

— Их как минимум четыре! — кричит Дэмиен, прежде чем нас поглощает темнота и я полностью теряю его из виду. — Отдайте их, и наказание закончится.

Мы с анимами цепляемся друг за друга, стоя на металлической платформе и вглядываясь в пустоту внизу. Мы спускаемся все ниже, клетка содрогается до тех пор, пока…

Мои кроссовки плюхаются в воду.

Клетка продолжает опускаться. Вода проникает внутрь.

— Это, должно быть, резервуар! — Ракель перекрикивает гомон других студентов. — У-Успокойтесь, они не у-утопят нас.

— Ты так думаешь? — Стейси плачет, вцепившись в мою руку, пока ледяная вода покрывает мои ноги и проникает в обувь.

Раздаются новые ругательства и визги, когда ледяная вода обжигает кожу. Мы плещемся, безуспешно пытаясь убежать от нее, но все еще опускаемся в резервуар и стонем, когда вода достигает моих бедер, затем охватывает талию.

— Мои яйца! — орет Коннор.

— Мои яичники! — кричу я в ответ.

Нимпины для полноты картины визжат все как один.

И тут я вижу, что Йети посадил Минни к себе на плечи, ее ноги свисают по обе стороны от его груди.

В тот момент, когда блузка надувается вокруг меня, клетка, наконец, со стоном останавливается.

— Ксандер, — рычит Йети. — Ты не мог бы помочь?

Где-то позади нас целенаправленно лязгают обсидиановые кандалы.

— Не могу, — раздается безучастный ответ.

Анимусы издают хор ругательств.

Голос Дэмиена доносится откуда-то высоко над нами, и мы все поднимаем глаза, чтобы увидеть небольшой круг света и тень от головы, которая, вероятно, принадлежит ему.

— Если вы не отдадите свои незаконные гаджеты, я отключу их с помощью воды. Все по честному.

— А вот выкуси, — бормочет Стейси. — Мой у меня в лифчике.

Мой тоже, и Йети протянул свой Минни, чтобы она положила по одному в каждую чашечку. Мы остаемся в полной темноте, стуча зубами и прижимаясь друг к другу в поисках тепла. Примерно через пятнадцать минут над нами раздается насмешливый голос Дэмиена.

— Последний шанс!

Стейси крепче хватается за меня. Она вторая из нас по росту после Минни.

— Он же не собирается…

Но он это делает. Наша клетка снова начинает опускаться, уровень воды поднимается по нашим телам, и у меня нет выбора, кроме как вытащить свой телефон из лифчика и поднять его над головой. Стейси приходится передать свой телефон мне, чтобы удержаться на плаву, и я рада, что хотя бы Минни в безопасности на плечах Йети, иначе у нас были бы проблемы.

Вода доходит мне до подбородка, пальцы ног едва касаются пола клетки, и мы начинаем кричать им, чтобы они прекратили ради Стейси. В конце концов Коннор хватает нашу львицу, и она в слезах забирается к нему на спину. Теперь мы все дрожим, из носов течет, и я чувствую, как немеет мое тело.

— Он собирается нас утопить, — недоверчиво произносит Минни надо мной. — Он и правда хочет нас убить.

Глава 15

Упырь

Коллекционерша ждет меня в вестибюле, между двумя трехметровыми каменными скульптурами драконов. На ней платье до икр с рисунком рептилии, черное боа из перьев, а черные волосы уложены в короткую пышную прическу. Старомодная прическа для зверя, который поклоняется Старому пути. В правой руке в белой перчатке зажата сигарета, а красный каблук постукивает по черно-золотой мраморной плитке. Двое ее подчиненных нервно топчутся позади — пузатые ученые-птицы, которые то и дело заламывают руки и тянут себя за воротники.

Я заставил ее ждать гораздо дольше, чем было необходимо. Я всегда любил хорошую игру. Тем не менее, она не может удержаться, чтобы не окинуть взглядом каждый сантиметр моей чванливой фигуры. Даже полностью прикрытый, я привлекаю внимание анима, заставляя их бессознательно тянуться ко мне. Конечно, я не могу их винить.

— Миледи, — говорю я, отвешивая плавный, неторопливый поклон.

Она протягивает мне руку для поцелуя. Я беру ее кисть рукой в перчатке, борясь с тошнотой, и наклоняюсь, чтобы поцеловать тыльную сторону ее ладони, не снимая маску-скелет.

— Вы хорошо выглядите, милорд, — мурлычет она, ее глаза вспыхивают желтым, зрачки превращаются в щели и снова скользят по моему телу. Я почти вижу, как она облизывает свои длинные зазубренные клыки.

— Вполне неплохо, — протягиваю я, обнажая кончики клыков и невесело усмехаясь. — Запах страха в воздухе тому свидетель.

Пока ее слуги неловко переминаются с ноги на ногу у нее за спиной, Коллекционерша улыбается алыми губами, как рептилия, и отвечает соблазнительным тоном:

— Не сомневаюсь.

Я разворачиваюсь и веду ее компанию через просторный вестибюль и вниз по затемненным ступеням в нижнюю часть поместья. Она напрягается, оскорбленная тем, что я не предложил ей руку. Такая забавная леди.

— Надеюсь, девушка в работоспособном состоянии, милорд? — спрашивает она, стуча каблуками по камню.

Я секунду обдумываю ответ.

— Вполне работоспособна.

Мы петляем по старым, похожим на лабиринт коридорам под поместьем, пока не добираемся до множества клеток, в которых содержится единственная анима-леопард.

Я открываю тяжелую металлическую дверь с помощью сканера отпечатков пальцев, и она с приятным современным электронным шипением отъезжает в сторону. Я пропускаю Коллекционершу и ее птичек вперед, а затем следую за ними.

Два тигра Клосона сидят на табуретках, охраняя девушку, и при нашем появлении вскакивают на ноги.

— Кто вы, черт возьми, такие? — доносится из камеры скрипучий голос анимы.

Один из тигров бросается вперед и просовывает электрошокер между обсидиановыми прутьями.

— Говори с уважением! — кричит он.

Сабрина вскрикивает, и слышен глухой удар о каменную стену камеры.

Коллекционерша подходит к решетке и цокает языком.

— Дорогая девочка, именно я держу твою свободу в своих руках.

Я обхожу птичек Коллекционерши, чтобы осмотреть свою пленницу. Волосы Сабрины Пантеры превратились в грязное темно-коричневое гнездо вокруг головы, тушь и остатки макияжа размазаны по щекам. Сейчас на ней только обсидиановые кандалы на запястьях и лодыжках, а прошлой ночью я бросил ей льняной халат, чтобы прикрыть кожу. В обязанности Клосонов входит опорожнять отхожее ведро в углу, но они этого не сделали.

Сегодня вечером кто-то потеряет часть тела.

— Воды, — выдыхает Сабрина. — Пожалуйста. Воды.

Коллекционерша бросает на меня острый взгляд. Я