Бой без правил. За любовь - Анна Гром

– В них вложили по сотне тысяч в каждого. – Катерина встаёт напротив него, Мишка видит её широко расставленные ноги в драных джинсах и в порнушных, кожаных а-ля ковбойских сапогах. Ни слова о том, что пацанам нет и двадцать пяти, а они уже почти инвалиды, только голые цифры.

Инвестор вложил в этих парней бешеные бабки, и в этот бешеный ценник входила и зарплата Кострова в качестве их тренера. Не надо быть умником, чтобы понять – это говно сотворили наёмники из конкурирующего клуба. Клуба, который на предстоящем шоу собирался занять все призовые места.

Миха ещё раз бросает взгляд на двери палаты. Это были неплохо обученные бойцы, так какого хера они позволили превратить себя в фарш?! Хотя кого он обманывает, это были сырые бойцы. Этим шалопаям и месяца бы не хватило, чтобы прийти в приличную форму, а «Кровавая жатва» должна состоятся уже меньше, чем через две недели.

– Ты плохо за ними следил, Миш. Какого чёрта они ночью шарахались по улице?

– Я им, блять, не нянька! – взрывается он. Катька с ним в одной упряжке, но отчего-то пытается перекинуть всё дерьмо на него. – А где шляешься ты, вопрос? Ещё не на всех хуях попрыгала?

Все эти несколько дней, что они провели в Москве, в закрытом ночном клубе за городом, где должны были состояться бои и где проходили тренировки, Катерина почти каждую ночь – в те ночи, которые были «свободны» от Миши – уезжала с новым мужиком. С Мишей она трахалась и днём, и, он подозревал, не только с ним одним, и в какой-то момент его стало раздражать быть далеко не первым номером в столь плотном расписании своей партнёрши. Несмотря на то, что в верности они друг другу не клялись, Миха ловил кайф от того, что имеет исключительное право на эту похотливую сучку с мозгами банкирши почти на двадцать лет его моложе. Да только всё, кажется, здорово изменилось.

– Ревнуешь? – самодовольно хмыкает она.

– Да мне похуй! – загулы Катерины – не главная проблема. Основная проблема – пара едва дышащих тел, которые обнаружились два часа назад в луже крови в переулке у захудалого кабака. Какого хрена они вообще здесь тусовались, если им нельзя бухать?! Всё это попахивает какой-то дикой подставой, ну, а чего, по сути, ещё ожидать? В полуподпольной деятельности надо всегда быть в защите и тылы держать прикрытыми. За тылы отвечала Катька, но в этот раз она здорово проебалась.

– Пойдём. Нам не стоит тут светиться, – Катерина берёт его под локоть. Они выходят из здания госпиталя, Катя уводит его к белой «БМВ», припаркованной на другой стороне улицы, садится за руль. – Мы в жопе, Миш. Если не найдём новых ребят…

– Не найдём, мало времени. Самому только если…

Снова выйти на ринг после перелома спины – нехилый риск. Но этот риск ничто по сравнению с перспективой вот точно так же валяться на тротуаре с вспоротым брюхом.

– Отлично, а кто второй? – воодушевлённо подхватывает Катя.

– Да не знаю я, блять!

– У тебя есть сын. Пусть выступит, он ведь тоже занимался…

– Не смей его трогать, сука! – от её предложения, выкинутого в воздух как бы между прочим, так легко и просто, у Мишки срывает чеку. Он хватает её за руку чуть выше локтя, едва не дырявит пальцами и ногтями тонкую ткань её куртки, дёргает на себя. От неожиданности Катерина вскрикивает, едва не заваливается вбок мешком, роняет брелок под ноги, но после, сориентировавшись, выставляет вперёд свободную руку и толкает Миху в грудь.

– Ты сам вернёшь инвестору деньги?! – она с силой дёргает руку вниз, делает замах головой, угрожая разбить Михе нос лбом, делает это нарочито медленно, чтобы он успел увернуться. Угрожает, красуется. Из неё получается приличный спарринг-партнёр, но она медленная – мешает силикон в сиськах. Мишка ослабляет хватку, и Катька выдёргивает локоть из захвата. – Шоу должно продолжаться, Миш. Иначе нам обоим крышка!

Бабки он, конечно же, не вернёт, да и не нужны они никому, в общем-то. Правда за Катериной: шоу должно продолжаться, их спонсор желает поучаствовать в боях, а форс-мажор был заложен в условиях контракта. Нужны люди.

– Я что-нибудь придумаю. – Миха протяжно вздыхает, обхватывает голову обеими руками.

– Миш…

– Придумаю, я сказал! – рявкает он, пресекая попытки Катерины продолжить разговор. – А про Ярика думать забудь, ясно?!

Катя угукает сквозь сжатые зубы, ругается матом, когда её подрезают на выезде с парковки. Миха открывает телефонную книгу, в надежде перетрясти все старые связи в «ЮЭфСи». Возможно, кому-то из списанных ребят нужно бабло.

Он не представлял, как дохрена времени это займёт и что за два проебанных впустую часа он не сдвинется с места. Когда от Ярослава приходит сообщение «Буду завтра в семь утра» Миха едва сдерживает себя, чтобы на навалять Катьке всерьёз.

Глава 18

– Я заказала нам отель. Надо выезжать через пару часов максимум, раз у нас время ограничено, – Алиса захлопывает крышку ноутбука и решительно встаёт с дивана.

Для оформления ей хватило пятнадцати минут, пока Ярик, крича до хрипоты «Я его сам убью», тыкался в мобильник, потом холодно и по-деловому беседовал с какой-то Катей, а после звонил на работу – благо, свои паспортные данные она помнила наизусть, а место, где лежит бумажник Ярослава, за двенадцать лет не поменялось. Она понимает одно – дядя Миша снова попал в переплёт, и Ярослав едет в Москву, чтобы разобраться, что к чему. Решение сопровождать его пришло к ней внезапно, но оно – самое правильное, Алиса в этом не сомневается. Они теперь вместе, каких-то дополнительных условностей для этого ей не требуется.

– Нам?! – он отрывается от телефона, разворачивается, весь подаётся в её сторону, и кажется, даже становится выше и шире в плечах. Он разъярён – в нём ещё бурлит злость на отца, и Алису задевает взрывной волной.

– Да, нам, – она невозмутимо пожимает плечами. – Я сбегаю домой за вещами, и ты поторопись.

– Постой! Об этом речи не было…

– Как это не было? – Он грозно надвигается на неё, и Алиса, вместо того, чтобы отпрянуть, делает шаг навстречу, складывает у него на груди ладони, заглядывает в глаза, нежно, с трепетом и любовью, хлопает ресницами зная, что он не станет долго на неё злиться. Потому что как бы