Дверь в никуда - Елизавета Владимировна Соболянская

Вампир замер у помойной ямы, спрятанной в кустах, и склонился к ногам, забыв о том, что высматривал — блохастый котенок прижался к его ботинкам, и тут над головой неприятно вжикнуло, а ствол дерева за спиной взорвался мелкими щепками и трухой. — Падай! — скомандовал кто-то достаточно близко.

Илья, не поднимаясь, подхватил котенка и ползком убрался с того места, пытаясь догадаться, кто так вовремя отдал приказ.

Уже под прикрытием маскировочной сети вампир услышал, как ругается завхоз:

— Мне три человека нужны! Яму копать! Опять снайпер засел и по мужикам у ямы палит! Туалет переносим, и того, девчонок с мусором не посылать! Все поняли?

— Девчонок? — вяло удивился Илья. За несколько дней пребывания на «нуле» он не видел ни одной женщины. Впрочем, возможно, кто-то из странных зеленых фигур в масках, шапочках и перчатках действительно женского пола. Или они где-то прячутся? Отмахнувшись от этой мысли, он вернулся в госпиталь — обработал руки, надел одноразовый балахон, шапочку, маску, перчатки и… растворился в толпе таких же работников «пинцета и скальпеля». Чистить, шить, колоть, следить… Спать нельзя — хоть пой, хоть пляши, но спать не давай и сам не спи!

Когда старший по госпиталю командует «без выходов» — можно помыться, поесть и поспать. Если же команда «на эвакуацию» — значит, будешь бегать по кустам с раненым на плечах, и счастье, если вытащишь его быстро — хотя бы в течение суток. Некоторые «везунчики» по пять-шесть дней по кустам хоронились от глазастых «птичек», притаскивая на «нуль» живых бойцов.

Сколько прошло времени, вампир не фиксировал. Просто делал свое дело, обходил «охранки», иногда ставил свои. Илья вывалился из «карусели», когда его дернул за плечо знакомый боец:

— Кит? Ты как тут? — удивился Илья.

— За тобой! Батя в другую точку летит, велено тебя взять. На сборы десять минут!

Вампир молча кинулся в тот угол, куда скинул полевую аптечку, свой спальник, посылку из дома и боевой пояс. Собрался быстро, даже умыться успел, потом задумчиво провел рукой по подбородку — когда это борода успела отрасти?

Время вышло — явился Кит и почти поволок медика к «вертушке».

Полчаса лета, и они приземлились в абсолютно незнакомом месте. Вместе с Ильей и Китом выгрузились молчаливые парни в форме без нашивок. Они все дружно утопали куда-то налево — под очередную маскировочную сеть, а вампира пригласили направо — в небольшое здание, довольно густо укрытое листвой растущих кучно деревьев.

Внутри обнаружились знакомые лица — Кречет, рыжий, Малой и прочие парни из отряда.

— Док, ты уже здесь? Значит, все в сборе, — кивнул ему Кречет. — Задание излагаю кратко. Идем как всегда, маршрут известен мне, Локи и Стану. К нам добавляются бойцы из соседнего батальона. Трое. Задание у нас общее. Дойти, сделать и вернуться. По возможности тихо. Док, после совещания зайди к завхозу, выбей нормальный припас. Идем на две недели, так что не стесняйся.

Илья медленно кивнул и уточнил:

— Командир, когда примерно выход? Мне бы… часов шесть на сборы.

— Зачем столько? — удивился Кречет.

— Сварить кое-что надо, перебрать, перелить… Я тут за «трехсотыми» побегал, знаю, что брать и как, но нас существенно больше.

— «Вертушка» через двенадцать часов. Делай что хочешь, но на марше ждать не будем.

— Понял!

Остаток совещания медика не касался, так что вампир пялился на карту района, висящую на стене. Кажется, это снова была школа, только маленькая, сельская. И совещание проходило в кабинете географии или окружающего мира, потому что карта была топографическая, с указанием высот и низменностей.

Из интереса Илья проследил по этой карте примерный маршрут, потом маршрут эвакуации, прикинул высоты, понял, что бегать придется много и по пересеченной местности, и еще больше уверился — придется варить ведьминские зелья, иначе он первый «сдохнет на марше».

Потом еще покружил по краям карты, прикидывая, где их могут высадить и откуда забрать. Хмыкнул, когда понял, что его короткие полеты в виде летучей мыши, которые он тщательно скрывал ото всех, приучили его учитывать высоту, ветер и прочие факторы, необычные для «пешехода».

Наконец обсуждение закончилось, и командир всех отпустил — мыться, бриться, собирать амуницию и спать. А к вампиру снова пристал рыжий:

— Не передумал аптечку перебирать?

— Не передумал!

— Тогда пошли! — рыжий, которого во время совещания называли Локи, привел Илью в небольшую палатку с печкой-буржуйкой, небольшим запасом дров, столиком, примусом и самым простым набором посуды: — Все, что есть. От сердца отрываю, но! — тут рыжий поднял палец и усмехнулся. — В обмен на те самые конфетки!

— Сколько? — буркнул Илья.

— А сколько хорошему человеку не жалко! — легкомысленно отозвался Локи.

Вампир прищурился, вздохнул:

— Ну ты жук! На, больше нету! — и вынул из кармана жестянку для монпансье.

— Значит, не забудь меня, когда еще будут, — легко ответил рыжий, незаметным жестом забирая «подарочек». — К завхозу проводить?

— Проводить! — Илья поморщился. — Орать будет…

— Ничего, потерпим, — так же легко отозвался Локи, а потом признался: — Я бы и один сходил, но ведь не знаю, что тебе надо!

— Идем! — сдался вампир.

Завхоз не просто орал — он визжал, верещал, божился, клялся женой, детьми, соседями и родственниками, лишь бы не давать парочке медик-особист того, о чем они просили. На каждое его возражение Локи доставал бумагу, но от очередной печати тональность воплей только возрастала. В конце концов Илья не выдержал — прижал толстячка к столу, сжал горло и, глядя в глаза, произнес:

— У меня осталось не больше четырех часов на сон! Если ты сейчас же не выдашь все, что положено, и то, что написано в списке, я прямо отсюда пойду к Бате… И сообщу ему, что операция по обмену заложниками отменяется, потому что один толстый боров зажал два килограмма сахара! Понял?

Сорвавшись, вампир зашипел, как проколотая шина, и побледневший, как полотно, завхоз тут же поднял руки, сдаваясь.

Они получили все необходимое, вернулись в палатку, заварили крепкий чай, а потом Илья взялся за дело. Травы и настойки, присланные теткой, он аккуратно отмерял обычным медицинским мерным стаканчиком. капал в миску с сахаром, перемешивал, морщился, понимая, что без таланта Ираиды Грозовой превращать в зелье любую субстанцию придется туго, но… деваться было некуда.

Перемешав ингредиенты,