Книга для тебя - Ника Волшебница

— Спасибо, моя сладенькая! — парень тут же неестественно широко заулыбался, словно она взялась провожать через полгорода.

Несколько секунд спустя Айя зашла на кухню, где я возилась с подготовкой обеда:

— Ничего не говори! — она перебила меня ещё на этапе мысли. Теперь её голос звучал чуть ниже и спокойнее, но по-прежнему немного напряжённо. — Я всё равно выйду за него, а если ты ещё хоть что-то расскажешь, то мне будет только больнее. Не делай мне больно, ладно? — она глянула на меня полными тоски глазами, и я невольно отвела взгляд.

— Ладно… Хорошо. Но объясни мне, пожалуйста, очень тебя прошу! Почему тогда твоей матери настолько наплевать на тебя, — я понимала, что это звучало очень жёстко и грубо. — Что она хочет выдать тебя за это… это… — я потрясла ладонью в воздухе, пытаясь подобрать хоть сколько-нибудь корректное слово.

— Потому что ей куда важнее отец и его карьера, — Айя отвернулась и отвела взгляд в пол, но тут же подняла его. — «Айечка, ты не понимаешь, — она сделала глубоко интеллигентный тон, — это апофеоз научной деятельности твоего отца! Возможно, даже шаг к Нобелевской премии! Неужели ты не хочешь быть дочерью нобелевского лауреата?!»

— А ты хочешь?

Подруга грустно покачала головой:

— Мне плевать на все эти достижения и регалии. Я просто хочу быть счастлива, — она всхлипнула и сглотнула — и тут же, словно ничего не произошло, широко улыбнулась. — Ну ничего! Наша нигде не пропадала! Давай салат порежу!

— Тогда почему ты не сказала то же самое маме? — я не могла успокоиться.

— Потому что это родители, Ник. Они дали мне всё и даже больше. И я не могу вот так просто взять и предать их.

«А себя — можешь!» — крутилось у меня в голове, но, к счастью, я не успела это ляпнуть, поскольку на кухню ввалился сияющий Вадим:

— Ох, жрать-то как охота! — он залез пальцами в чашку с недорезанным салатом, и я поморщилась.

Бросив на меня взгляд, Айя смущённо потупилась, но промолчала.

— А что твоя красотка-подруга готовит? — парень сунул нос в сковороду.

Я закатила глаза:

— Слушай-ка! Ты сюда приехал со своей невестой! — я, держа в руке нож, которым только что нарезала перец, подошла к нему. — Будь добр, соблюдай субординацию! — в душе начинала закипать уже знакомая мне ярость, и я изо всех сил сдерживалась, чтобы не сказать чего пожёстче, но, видимо, и этого хватило: наглец отступил и отвёл взгляд:

— Да ладно-ладно тебе! Я же пошутил!

— Не смешно! — я вернулась к своему перцу, а Айя едва слышно хмыкнула.

* * *

«Привет, Ник! Можно пригласить тебя на ужин? Если ты свободна, зайду за тобой к 19:00,» — сообщение от Марса, которому я вчера наконец-то вспомнила дать свой номер, на минутку вырвало меня из возмущающей реальности.

Мы сидели за столом, и Айя посмотрела на меня с любопытством.

— Что там? — беззаботно спросила она: видимо, вкусная еда и солнышко, падавшее на террасу, немного подняли настроение подруги.

— Марс зовёт на ужин.

— О-о-о-о! Это круто! Надеюсь, ты не отказалась?

— Ну, конечно, нет! — я уже печатала, что буду готова ровно к семи.

Я не поднимала глаз, но почувствовала такую тошнотворную волну энергии от Вадима, что меня начало мутить.

— Что-то мне не очень стало, — я отодвинула тарелку, метнув короткий взгляд на парня. — Пойду полежу.

— Я провожу! — тот с готовностью подскочил.

— Нет! — я посмотрела на него уже прямо — и тот осел. — Сиди со своей девушкой.

Стиснув зубы от ярости и спазмов в животе, я отправилась в дом.

Сквозь раскрытое окно спальни донеслось:

— Вадик, ну зачем ты так? Она моя подруга.

— Ой, иди ты! Я просто шучу. Или ты такая тупая, что шуток не понимаешь?!

Меня буквально ломало от желания броситься на него, и я с силой захлопнула окно и, зачем-то закрыв дверь на замок, бросилась на постель, пытаясь угомонить бушевавшие внутри эмоции.

— Пойду почитаю, — я не заметила, как задремала, и проснулась от голоса Айи в коридоре.

Внезапно на меня начала накатывать паника, кажется, ещё большая, чем при встрече со злобной ведьмой — и я увидела, как дверная ручка медленно ползёт вниз.

Я подскочила на кровати, судорожно оглядываясь в поисках чего-то, что помогло бы мне защититься, но ручка внезапно остановилась. Ещё раз: вниз-вверх… Уже зажавшись в угол, я вспомнила, что заперла дверь — и рассыпалась в безмолвных благодарностях к своей интуиции.

Ещё несколько мгновений меня била дрожь, а потом вдруг за дверью раздался голос Вадима:

— Сладкая, а можно я с тобой почитаю? Скучно что-то одному тут… — мне казалось, что голос врывается прямо в мою замочную скважину, но почти сразу тяжёлые шаги застучали вверх по лестнице.

Закрыв глаза, я сфокусировалась на дыхании, и когда пульс перестал биться в висках, схватила телефон. Я хотела написать Марсу, чтобы скорее забрал меня, но обнаружила, что и так половина седьмого — и начала собираться.

Живот больше не крутило, но дрянное послевкусие от этого дня осталось почти физическим мерзким привкусом во рту.

— Я к Марсу, — собравшись, я поднялась наверх, чтобы предупредить подругу, что ухожу.

— Ты знаешь, где он живёт?

— Он скоро зайдёт за мной, — я глянула на время на экране телефона, стараясь игнорировать ползающий по мне взгляд Вадима. — Звони, если что, ладно?

— Окай! — подруга вернулась к книге.

Уже обуваясь, я услышала голос:

— Мне надо в сортир, — и вниз по лестнице побежали тяжёлые шаги.

Не застегнув босоножку, я выскочила из дому и, спотыкаясь, побежала к воротам.

— Ну куда же ты торопишься, красотка?! — Вадим в два прыжка нагнал меня и схватил за кисть. — Давай познакомимся поближе, а?

Я очень хотела направить на него ту же энергию, которая спасла Айю, но внутри вдруг всё сжималось, и я не смогла даже пошевелиться, лишь отворачиваясь от его мерзкого горячего дыхания.

Он прижимал меня к низеньким воротам, которые я не успела открыть, а я только и могла, что шептать:

— Уйди! Уйди, пожалуйста!

— Ника? — голос Марса раздался прямо за моей спиной. Мужчина замер в нескольких метрах. Даже в сумерках я видела, как блестят белки его глаз.

— Марс, пожалуйста! — я пыталась сказать это вслух, но из груди вырвался только глухой хрип.

— Вот уж… не ожидал… — он развернулся и стремительным шагом начал погружаться во тьму.

— Марс, — по щекам хлынули слёзы.

— Вадик! Вадичек, ты где? — входная дверь распахнулась и в падающем оттуда луче света показался силуэт Айи.

— Иду я, иду.