Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон

Неожиданно Майкл выхватил из моих рук чашку, поставил на тумбочку и стремительно (причем я даже моргнуть глазом не успела) поцеловал в губы, да так крепко, что пригвоздил к постели.

Я моргала, совершенно озадаченная. Майкл выпрямился и посмотрел на меня с яростью, неистовством и еще с каким-то чувством.

– Ты дура, если думаешь, что не заслуживаешь быть любимой, дура, если считаешь, что виновата во всех бедах, которые случились с тобой в жизни! – Майкл наклонился, погладил меня по волосам. – Значит, я плохо работал с тобой, Ноа…

Я оцепенела, а он снова принялся меня целовать. Я настолько растерялась, что даже не сопротивлялась. Разум, казалось, отключился от тела, собственно, чего я и хотела с тех пор, как села в такси. Внезапно Майкл начал ласкать меня, и я рефлекторно стала отвечать на ласки.

Его прикосновения были другими, чем у Ника, равно как и поцелуи, не могу сказать, нравилось мне это или нет, ведь по сути меня здесь как будто и не было, я вообще ничего не понимала.

Сердце и разум словно лежали на полу, под кроватью, в темноте, ожидая, когда кто-то придет сюда с фонарем и вытащит их хозяйку из глубокого колодца.

Я проснулась перед рассветом. Мозг вернулся на свое место, понемногу начал работать, и осознание того, что я наделала, захлестнуло меня. Меня будто ударили кулаком прямо в солнечное сплетение, причем настолько сильно и прицельно, что я с трудом сползла с кровати. Я добралась до ванной, где меня вырвало.

Я чувствовала себя по-настоящему больной, словно внутри поселился вирус, поедающий остатки моей жизни, которые еще теплились во мне. Осмотрела свое тело: на мне была белая футболка, но нижнее белье исчезло.

То, что произошло, начало восстанавливаться в памяти, и я не могла ничего сделать, чтобы все это забыть.

Его руки, рот, чужое обнаженное тело рядом с моим…

«Боже мой!»

Меня снова вырвало. Я стояла на коленях перед унитазом. Несколько минут казались вечностью. Потом я прислонилась щекой к краю раковины и заплакала. Я даже не знала, сколько слез пролила за последние несколько часов, не понимала, почему они никак не иссякнут. У меня появилось непреодолимое желание сжечь футболку, принять душ из кипятка и протереть все тело самой грубой губкой, которую я смогу найти… Я жаждала очистить себя изнутри и снаружи, а затем свернуться в постели и ждать, когда ко мне вернутся силы.

Я возвратилась в комнату и начала бесшумно собирать вещи. Я вела себя как запрограммированный робот. Не хотела надевать вечернее платье, но и полуголой выходить на улицу, конечно, не следовало. Наконец я заметила на стуле толстовку Майкла. Я бы сожгла дурацкий наряд для юбилея и толстовку тоже… Бросила бы в огонь все, что было на мне сегодня ночью, спалив воспоминания и все, к чему прикасался Майкл. Почему Бог позволил ему дотронуться до меня и сделать даже больше?

Когда я включила мобильник, чтобы вызвать такси, на экране появилось несколько уведомлений о пропущенных вызовах. Большинство – от Николаса, он звонил мне каждые пять минут в течение последних шести часов…

Дженна и мама тоже звонили много раз.

Я прищурилась и решила затаиться. Вызвала такси и выскользнула из квартиры.

Шел сильный дождь, вскоре я промокла, но, поскольку чувствовала себя грязной, подумала, что вода очистит меня, и мне стало немного лучше. На несколько минут я попыталась забыть обо всем и сосредоточиться на каплях воды, падающих на лицо.

Сигнал клаксона такси вывел меня из транса, и я поспешила забраться на заднее сиденье. Если бы все зависело от меня, села бы в самолет прямо сейчас и улетела в Канаду. Как бы я хотела там очутиться: ведь тогда я не увижу бывших подружек Ника и, возможно, приглушу воспоминания, но для этой цели нужно было заехать в общежитие.

Я не торопилась – кампус находился не слишком далеко.

Увидев, кто меня ждет, сидя на крыльце, я чуть не потеряла сознание.

Нет… Я не верила своим глазам… черт, надо поскорее убраться отсюда.

Но Николас уже вскочил и бросился к машине. Прежде чем я успела сказать таксисту, чтобы он развернулся и уезжал, Ник открыл дверцу и вытащил меня из салона.

– Ноа, пожалуйста, я всю ночь искал тебя! Чуть с ума не сошел! Думал, с тобой что-то случилось… – выпалил он.

Я была опустошена, и на мгновение у меня потемнело перед глазами. Едва не бросилась к нему в объятия, умоляя увезти куда угодно, только чтобы больше не чувствовать отвращение, боль и ужас. Но я сдержалась. Я не могла забыть того, что случилось ночью: воспоминания вернулись с новой силой и опять ударили, на этот раз более интенсивно.

У меня помутилось сознание. Я словно перенеслась в комнату Майкла, и все, что там произошло, казалось, повторилось заново.

Меня стало трясти. Я потеряла равновесие, но Николас успел поймать меня в последнюю секунду. Мы стояли возле кампуса. Николас взял мое лицо в ладони, чтобы я посмотрела ему в глаза.

– Послушай меня, Ноа, пожалуйста, ты должна меня выслушать.

Он был в отчаянии… Теперь дождь чуть стих, но мы уже успели замерзнуть и вымокнуть до нитки.

– Ноа, это просто глупое недоразумение, я искал тебя повсюду, знал, о чем ты думаешь, и умирал… Неужели ты считаешь, что я обманул тебя… – продолжал он, обняв меня.

Я моргнула несколько раз, не понимая, о чем он говорит.

– Я урод, Ноа. Я идиот, оставил тебя наедине с родителями, и ты можешь ненавидеть меня, потому что я целовался с Софией, но…

Его слова проникли в мое сознание, и мне захотелось вырваться из его хватки. Ник сам признался, что это правда, он целовал Софию. Переспал со стажеркой.

– Отпусти меня! – закричала я, но это только заставило его крепче сжать меня в объятиях.

– Черт возьми, Ноа, я бы никогда не изменил тебе!

Он сильно встряхнул меня, я сосредоточилась и окончательно разозлилась.

– Это был глупый поцелуй, он вообще ничего не значит. Я рассердился на тебя, Ноа, и обиделся как ребенок. Я воспользовался твоей ревностью к Софии, чтобы отомстить. Я полный придурок, но, послушай, на самом деле я не хочу тебе мстить. Я перестал быть тем Николасом, каким был много лет назад. Ты помогла мне оставить позади все самое худшее, и, клянусь Богом, я никогда не позволю Николасу из прошлого появиться