Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон

глядя на маму. Потом я посмотрела на Уильяма и внезапно осознала то, о чем прежде не подозревала: две семьи сплелись невообразимым образом и с чудовищными последствиями.

– Вы с Раффаэллой знакомы много лет? – спросил Ник, теперь он будто не замечал, что я рядом.

Анабель повернулась и удивленно посмотрела на него. Потом бросила взгляд на меня.

– Значит, ты не отдала ему письмо?

Я почувствовала, как сердце начало бешено колотиться. Ник вопросительно посмотрел на меня.

Я помотала головой, слова застряли в горле.

– Я…

– У нас с Ноа был очень интересный разговор некоторое время назад. Удивительно, на что только не пойдут люди ради пары банкнот и нездорового любопытства, верно, Ноа? – продолжала Анабель с безумной ухмылкой.

Николас попятился и недоуменно взглянул на меня.

– Неправда! – крикнула я этой дьяволице. – Николас, все совсем не так, как ты думаешь, я согласилась поговорить с ней, поскольку она заявила, что не позволит тебе увидеть Мэдди… и я сделала все только ради тебя.

– Ты встречалась с ней за моей спиной и до сих пор молчала?

Взгляд Николаса пронзил мое сердце. Никогда еще он не смотрел на меня с такой глубокой болью. Я знала, что предала его, просто пообщавшись с Анабель, но я никогда не сделала бы этого ни из любопытства, ни из-за денег. Я действовала исключительно в его интересах. А эта женщина хотела только одного: поссорить нас. Даже ее присутствие дико расстроило Ника, казалось, он не слышал моих объяснений.

– Николас, я…

Он не дал мне договорить. Дернулся, бросил на всех нас полный ненависти взгляд и выбежал из комнаты, хлопнув дверью.

Я повернулась к демонице.

– Ты приехала сюда лишь для того, чтобы доставить ему еще больше боли, чем уже успела причинить!

– Нет, Ноа. Ты причинила ему боль, не выполнив мою просьбу, – невозмутимо ответила Анабель.

Мне стало трудно дышать. Анабель выглядела непробиваемой и собранной, несмотря на хаос, что творился вокруг. Более того, она, похоже, была готова продолжать копаться в грязном белье присутствующих. Однако выражение ее лица ожесточилось, когда Ник вылетел из комнаты, а потом миссис Грасон решительно посмотрела на Уильяма.

– Я собираюсь сообщить отцу моей дочери, что девочка принадлежит ему, поэтому именно он должен позаботиться о ней.

Какое-то мгновение я не могла вообще ничего понять. Уставилась на миссис Грасон, затем на Уилла, который остолбенел, и наконец на маму, похоже, ошеломленную своим поступком: ведь она дала пощечину любимому человеку, чего никогда бы не сделала.

И вдруг все прояснилось.

Уилл сделал шаг вперед и встал между бывшей женой и нами.

– Знаешь что, Анабель? Ты лживая шлюха, и я не верю ни единому твоему слову.

Анабель открыла сумочку и достала какие-то бумаги. Продемонстрировала их, будто это были скрижали, пока мы стояли, созерцая листы.

– Вот тест ДНК. У меня всегда были подозрения, но я никогда не хотела докапываться до истины из страха, что Роберт меня бросит. Теперь я поняла, что он такой же, как и ты… и попытается отнять у меня все, но я больше не допущу ничего подобного. Мэдисон – твоя дочь, и ты должен позаботиться о ней.

Моя мать хватала ртом воздух. Слезы катились по ее щекам. Не представляю, плакала ли она из-за того, что узнала о незаконнорожденной дочери мужа, или по той причине, что он ей изменил.

Уильям вырвал бумаги из рук бывшей жены и молча прочитал их. Спустя пару минут он поднял взгляд.

– Все это наглая ложь. Я не сдавал анализы ДНК, а тебе лучше исчезнуть. Убирайся, пока я не вызвал охрану и тебя не вышвырнули силой.

Анабель победно улыбнулась.

– Анализы точны, я наняла кое-кого, кто проник в твой дом и получил образцы ДНК. Когда вы узнали, что в особняк вломились грабители, вас не удивило, что у вас ничего не украли, кроме щетки для волос?

Боже мой! Воры, которые проникли в дом летом… не может быть… это какое-то безумие. Анабель наняла их и наверняка внесла залог, чтобы они вышли на свободу. Уверена, они с легкостью спрятали щетку от полиции.

После этих новостей Уильям потерял дар речи. Как и мы с мамой.

Анабель пожала плечами и впилась в меня глазами.

– Ты осуждаешь меня, Ноа, но я не могу поверить, что ты посмела не выполнить мою просьбу.

Я нахмурилась и шагнула к ней.

– Ты не заслуживаешь быть матерью, вот что я думаю.

Анабель рассмеялась и прищурилась, кивнув на мою маму.

– И это говоришь мне ты, Ноа? Не забывай, именно твоя мать бросила тебя, оставив дома с отцом, который чуть не убил тебя, а сама трахалась с моим мужем в пятизвездочном отеле.

У меня потемнело в глазах.

Мама пришла в себя.

– Убирайся отсюда! – заорала она на Анабель.

Та издала сухой смешок и с жалостью посмотрела на меня.

– Я согласилась отдать сына на попечение отца, поскольку считала, что это к лучшему, но никогда в жизни не оставила бы мальчика наедине с монстром.

Мама поднесла ладонь ко рту и начала безудержно всхлипывать. Анабель пересекла комнату и вышла, даже не оглянувшись. А я взглянула на мать. Она лишь яростно мотала головой, отрицая сказанное миссис Грасон.

– Мама… – залепетала я, и мой голос сорвался.

– Ноа, я…

Возможно ли, что слова этой ведьмы оказались правдой? Что мама и Уилл познакомились задолго до того, как поженились?

И отец хотел убить меня из ревности, потому что мама изменяла ему?

– Ты сказала… что у тебя работа, – выдавила я, и слезы так и хлынули из моих глаз: зрение даже расфокусировалось.

Мама попыталась приблизиться ко мне, но я отшатнулась, чтобы держать дистанцию.

– Ноа, я и подумать не могла, что такое может случиться! Ты должна меня выслушать, дочка… я никогда, я всегда… всегда чувствовала вину за тот случай, но…

– Как ты могла? – гневно крикнула я, вытирая слезы. – Почему оставила меня с ним наедине?

Уильям подошел к моей матери, и, клянусь богом, в тот момент я ненавидела отчима. Да, я испытывала к нему лютую ненависть и не верила, что смогу когда-нибудь его простить.

– Ноа, успокойся, никто из нас не предполагал, не ожидал…

Я хотела заткнуть уши, чтобы не слушать их оправдания. Туман, клубившийся над моим прошлым, начал рассеиваться, открывая сценарий гораздо более ужасный, чем