Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон

Что, черт возьми, происходит?

Мне стало страшно. Неужто подозрения, которые поселились во мне после встречи с этой женщиной, окажутся правдой?

Наши с Ником взгляды встретились, и как раз в этот момент ведущий торжества объявил в микрофон, что пришло время потанцевать.

Музыканты заиграли какую-то мелодию. Гости заулыбались: они, конечно, не имели ни малейшего представления о том, что сейчас могла разразиться настоящая катастрофа. У них перед носом начинался грандиозный скандал, но они принялись танцевать, вовсю наслаждались вечеринкой.

Нужно отвлечь Ника от матери: вот что стало моей главной целью. Я вскочила со стула, быстро подошла к парню и взяла его за руку. Он вроде бы немного растерялся, но не сопротивлялся, когда я потянула его к танцующим. Я не знала, как воспримут это собравшиеся на юбилее, но мне было все равно. Думаю, мы смотрелись как настоящая пара, но отнюдь не так, как брат и сестра.

Ну и пусть: я же просто хотела убедиться, что с Николасом все в порядке.

Я заглянула ему в глаза и поняла, что он на пределе. Взгляд Ника был настороженным, наверное, парень что-то заметил. Я посмотрела в том же направлении и с ужасом обнаружила, как Уильям вместе с моей мамой и бывшей женой направился к одной из смежных комнат, примыкающих к залу.

– Что, по-твоему, они будут обсуждать? – спросила я и сглотнула ком в горле.

Ник помолчал и наконец медленно ответил:

– Понятия не имею и знать тоже не хочу.

Я сочувствовала ему всей душой. Его состояние внушало сильную тревогу. Я подумала, что вскоре Ник не выдержит и сорвется.

Я погладила бойфренда по щеке, а затем притянула к себе. Вдруг я почувствовала, что встреча с Анабель оказалась самой страшной ошибкой, которую я когда-либо совершала в своей жизни. Я очень боялась за Николаса, было совершенно очевидно, что даже ее присутствие причиняло ему неизмеримую боль.

Если бы он знал, что я виделась с ней…

– Николас, я должна тебе кое-что сказать, – начала я дрожащим голосом. Я не представляла, как он отреагирует, но его мать явно готова устроить шоу. Мне стало ясно, что все будет гораздо хуже, если он узнает о нашей встрече из ее уст.

Ник слегка откинул голову назад и посмотрел на меня.

– Что, Ноа?

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться и стараясь подобрать нужные слова, но кто-то прервал нас: рядом появилась София с перекошенным лицом.

– Николас, думаю, тебе надо сходить к родителям.

Мы с Ником изумленно уставились на нее, а потом синхронно посмотрели в сторону двери, за которой скрылись Уилл, моя мать и миссис Грасон.

– Давай я их проверю, – предложила я, стараясь не впадать в панику.

Николас сердито покачал головой и крепко взял меня за руки.

– Нет, – решительно заявил он.

– Николас, я пойду, тебе незачем с ней видеться.

Парень шумно вздохнул.

Я поняла, что дело плохо, и обратилась к Софии:

– Не подпускай его туда.

Прежде чем Ник успел что-либо сделать, я выскользнула из его рук и побежала через весь зал.

Когда я приблизилась к двери, до меня донеслись приглушенные возгласы. Уилл, мать и Анабель выясняли отношения? Несколько мгновений я колебалась, не могла решить, входить или нет, но, вспомнив о маме и ее встревоженных глазах, поняла, что надо действовать… она нуждалась во мне, ведь миссис Грасон была на многое способна.

Я осторожно открыла дверь, и все трое – отчим, мать и Анабель – посмотрели на меня, отвлекаясь от спора.

Анабель стояла у окна и явно наслаждалась «беседой». Уильям, казалось, вот-вот упадет в обморок, а мама… она сидела на диване и съежилась, будто хотела исчезнуть навсегда.

– Ноа! Заходи, полагаю, тебе будет интересно послушать, что я скажу, – проговорила Анабель.

Мама поднялась с дивана и загородила меня от миссис Грасон.

– Не смей втягивать в это мою дочь! Даже не думай!

Уильям кинулся к маме и хотел приобнять, но случилось нечто невообразимое: та яростно дернулась и дала ему пощечину. Я застыла как вкопанная. Все произошло настолько стремительно, что я даже не слышала, как дверь за моей спиной распахнулась. Спустя секунду на мои плечи легли чьи-то теплые руки. Ник?

– Хватит с меня! – Мама отвернулась от Уильяма и шагнула ко мне. – Ноа, мы уезжаем. Сейчас же.

Николас встал между мной и мамой.

– Какого черта?

Затем настала очередь Анабель. Она усмехнулась и направилась в нашу сторону. Похоже, ее радовало, что мама ударила Уилла. Я знала, что он был единственным мужчиной, которого моя мать искренне любила, и была ошеломлена.

– Но я просто хочу потребовать то, что принадлежит мне, – сказала миссис Грасон.

Уильям громко расхохотался: он уже пришел в себя и разозлился так, как никогда в жизни.

– Все, что тебе нужно, это проклятые деньги, и теперь, когда ты собираешься развестись с идиотом, которого называешь мужем, ты заявляешься сюда, лжешь, пытаешься разрушить то, что не под силу ни тебе, ни кому-либо еще: ведь я люблю свою жену больше, чем ты можешь вообразить.

На мамины глаза навернулись слезы. Она не шелохнулась и смотрела то на меня, то на Уилла. Ее пальцы тряслись.

Анабель с отвращением взглянула на маму.

– До сих пор удивляюсь, как ты мог годами изменять мне со вчерашней школьницей. Она хотела только, чтобы кто-то спас ее из ада, который она сама же и создала.

Я судорожно втянула ноздрями воздух. К чему она клонит?

А миссис Грасон не унималась:

– Теперь ведешь себя так, будто ты лучший отец в мире, выговариваешь мне, что я бросила Николаса, но ты не оставил мне выбора! Ты променял нас на любовницу и наверняка хотел вышвырнуть меня на улицу.

Уильям хохотнул.

– Я упоминал о разводе задолго до встречи с Раффаэллой. Николас был маленьким ребенком, когда я признался, что уже не люблю тебя. Кстати, я пообещал, что ты ни в чем не будешь нуждаться, но в тот момент ты не согласилась. Ты хотела продолжать притворяться быть моей женой и жить в особняке. Я проглотил это ради нашего сына.

Николас внимательно слушал, как ругались родители, будто от этого зависела его жизнь. Казалось, он наконец-то начал получать ответы на вопросы, которые его давно изводили. Наверное, хотел понять, почему все случилось именно так: почему он вырос без матери.

– Что вы имеете в виду? – спросила я, непонимающе