Ее мятежник - Аманда Маккини

ГЛАВА 20

ДЖАСТИН

Я опустился на колени, разглядывая маленькие следы ботинок на снегу. Они начинались под окном ванной и уходили в лес.

Вот же сука.

Она сбежала. Сумасшедшая действительно сбежала.

Глупое, идиотское решение. Что у неё было для выживания? Кусок мыла, бритва и зубная щётка? И почему она приняла такое иррациональное, безумное решение, особенно в такую погоду?

Небо заволокло серыми тучами. Скоро снова пойдёт снег, а с ним — резкое падение температуры. О чём, чёрт возьми, она думала?

Я был зол — в ярости, — но где-то к этому примешивалось чувство вины. Я напугал Софию настолько, что заставил её думать, будто я такой же негодяй, как те, кто её преследовал. По её мнению, сбежать посреди метели было безопаснее, чем оставаться со мной.

Это было тяжело принять.

Я подвёл многих женщин, не оказавшись тем, кто был им нужен в трудную минуту.

Ну, одну. Только одну.

Теперь — две.

В ярости я бросился к своему внедорожнику, спрятанному в пятидесяти метрах за хижиной. К счастью, бандиты с прошлой ночи его не заметили.

Первым делом достал из бардачка спутниковый телефон и отправил Лео сообщение:

«Нам нужно поговорить. София — это Алекс Петрова, дочь Кузьмы, а не его жена.»

Мне потребовалось десять минут, чтобы расчистить машину от снега. С каждым взмахом лопаты я думал о Софии, о её маленьких ногах, пробивающихся сквозь сугробы. Как, должно быть, устали её ноги. Как я за неё боялся.

В мою пользу играло то, что я уже немного изучил грунтовки во время долгих поисков после её первого побега. Я также знал, в каком направлении она пошла.

Быстро прикинул в уме. У Софии была фора в полчаса. Рост — метр шестьдесят пять, от силы семьдесят, и она совсем не спала. Учитывая погоду и рельеф, предположил, что она не дальше полутора километров от дома.

Внимательно глядя по сторонам, я медленно ехал по туннелю из деревьев с опущенными стёклами, чтобы услышать, если она закричит. Не знал, во что она одета, — это было не в мою пользу. Если бы она была умна, надела бы белое, чтобы слиться, но что-то подсказывало, что она не слишком задумывалась о побеге.

Раннее утро окрасило свежий снег в мрачные серые тона. Каждые несколько минут я слышал, как под тяжестью снега ломаются ветки, и молился, чтобы София не оказалась под ними.

Меня мутило от беспокойства.

В голове проносились сценарии: может, она связалась с «Ячейкой», чтобы её забрали? Да, связь была слабой, но София знала местность, а значит, знала, где можно поймать сигнал. Если так, я гонялся бы за собственным хвостом, давая ей именно то, что нужно, — время, чтобы увеличить дистанцию.

Я недооценил Софию, она же Алекс Петрова. Менее чем за сутки она ускользнула от меня не один, а два раза.

Полчаса превратились в час. Поднялся ветер, завывая в кронах, как баньши. Где-то на втором часу снова пошёл сильный снег. На третьем часу чувство срочности переросло в панику.

К чёрту миссию. Если я не найду Софию, она умрёт.

Голова вела войну с сердцем. Я ударил по рулю, потер лицо руками.

Какова цель, Джастин? Какова конечная цель?

Узнать и подтвердить местонахождение Кузьмы.

Как мне это сделать?

Допросить Софию.

Так я и поступлю.

Сосредоточившись, я переключился с поиска Кузьмы в лесу на попытку предугадать, куда она может пойти, и найти её таким образом. Если она жива, ей в конечном счёте понадобятся еда, вода, кров, возможно, медицинская помощь.

Я посмотрел в сторону Фалкон-Крик. Если София действительно хотела сбежать от меня, ей нужно было, чтобы её подвезли.

Я развернулся в ту сторону и нажал на газ.

ГЛАВА 21

ДЖАСТИН

Когда я подъехал к главной улице Фалкон-Крик, на обочине собралась толпа, выстроилась очередь машин. На снегу стоял грузовик шерифа, за ним — ещё две патрульные машины.

Я остановился в конце очереди.

Пожилая женщина в фланелевом пальто поверх розового халата и в зимних ботинках размахивала руками, явно взволнованная.

У меня упало сердце. Неужели кто-то нашёл Софию?

Я выскочил из внедорожника и стал пробираться сквозь толпу.

Помощник шерифа что-то строчил в блокноте. Женщина прервалась на полуслове.

— … невысокая, маленькая, в мешковатой серой толстовке и спортивных штанах. У неё светлые волосы, я это заметила, даже несмотря на капюшон. Она просто шла по середине дороги, и это привлекло моё внимание, потому кто, чёрт возьми, будет разгуливать в такую проклятую погоду? Я решила, что это турист с поломанной машиной, поэтому оделась и вышла предложить помощь. Но как только я ступила на крыльцо, её забрали.

— Что вы имеете в виду, «забрали»? — спросил я, поймав недоуменные взгляды толпы.

— Какой-то мужчина в белом грузовике. Он набросился на неё и затащил в машину. На нём была чёрная лыжная маска. Она кричала, сопротивлялась, но он ударил её. Думаю, он вырубил её.

Паника сдавила горло. Должно быть, это те же люди, что стреляли в нас прошлой ночью.

— В какую сторону они поехали?

— Туда. — Женщина указала на горы, где на сотни миль не было ничего, кроме дикой природы.

— Как давно это было?

— Минут двадцать назад. — Она бросила сердитый взгляд на помощника шерифа. — Ему потребовалось столько времени, чтобы добраться.

Я развернулся и побежал к своему внедорожнику.

ГЛАВА 22

ДЖАСТИН

Час спустя я открыл дверь небольшой придорожной кофейни, совмещённой с туристическим центром. Я недвусмысленно просил Лео встретиться в Фалкон-Крике, но он настоял на месте ближе к Анкориджу — у него скоро была важная встреча.

Лео сидел в дальнем углу. Заметив меня, он кивнул.

Он выглядел совсем не так, как два дня назад. Костюм исчез, уступив место потрёпанному оливково-зелёному армейскому парку. На голове — мятая коричневая шапка-бини. Глаза были красными и опухшими. Руки в разных перчатках сжимали большую чашку с дымящимся кофе. Никаких «Лимонных дропов» сегодня.

Отмахнувшись от официантки, я скользнул в кабинку. Не было времени на выпивку или светскую беседу, поэтому я сразу перешёл к делу.

— Настоящее имя Софии Бэнкс — Алекс Петрова. Я нашёл её свидетельство о рождении, спрятанное в сарае. Она дочь Кузьмы, а не жена. Прошлой ночью грузовик — кажется, белый — открыл огонь с её подъездной дороги. Он был отвлекающим манёвром для стрелка, который подкрался к дому с тыла. Я потерял его в лесу. Сегодня утром, —