Спасти тигра, приручить магистра и (НЕ) влюбиться - Мара Капс

— Она не должна была этого делать, — спокойно сказал он. — Но она боится. И когда Клэр боится, она становится опасной.

— А вы кто? — спросила я, не отпуская его руку.

Он чуть улыбнулся.

— Тот, кто следит, чтобы сердце Долмана не досталось тем, кто не умеет его слышать.

Я замерла. Слова прозвучали просто, но в них было слишком много смысла. Слишком много подтекста, чтобы пройти мимо.

— И каково ваше мнение? — спросила я, не отводя взгляда. — Я справлюсь?

— Справишься, — ответил он. — Ты первая, кто смог успокоить его магию. Если понадобится помощь, не переживай. Помогу.

Я скептически нахмурилась. Помощничков вокруг хватает, только вот толку от них. Тем более, не собираюсь доверять человеку, которого вижу впервые в жизни.

— Красив, как бог, — пробормотала я, не скрывая иронии. — Но это ещё не повод вручать вам ключи от моей катастрофы.

— Красив? — повторил он, с лёгкой усмешкой. — Из ваших уст это звучит скорее как обвинение, чем как комплимент.

— А вы ожидали восторг? Или я должна была упасть в обморок от вашей загадочности?

Он не ответил. Только взгляд стал чуть внимательнее, как будто я прошла какой-то внутренний тест.

И тут дверь балкона снова приоткрылась. На пороге появился Долман. Его взгляд скользнул по мне, задержался на незнакомце, и в лице что-то изменилось.

— Ваше Высочество, — произнёс он, ровно, без лишней эмоции.

Долман подошёл ближе, встал рядом, обвил мою талию рукой, притягивая к себе. Боль пронзила тело, резкая, как удар током, и с моих губ сорвался непрошеный стон.

— Аккуратнее, Клэр едва её не убила. Мне пришлось поставить блок, чтобы смягчить удар.

— Простите, — процедила я. — Эта психичка меня чуть не убила, а вы все это время просто наблюдали?

Он не вздрогнул. Не оправдывался. Только слегка повернул голову, глядя на Долмана:

— У меня не было выбора. Никто не должен знать, что я здесь.

— Очаровательно, — я усмехнулась. — И что дальше? Вы скажете, что всё это, ради моего же блага?

Он проигнорировал. Просто шагнул ближе к Долману.

— Нам нужно поговорить. Немедленно.

Глава 24

Я осталась у перил, притворяясь, будто всё ещё перевариваю боль. На самом деле я переваривала информацию.

— Рейнхольд играет в слишком опасную игру. Он связался с соседним королевством, пообещал им проход в наши земли. — тихо сказал принц Надан. — Я тайно проверял магические жилы. Одна из тех, что находятся под его контролем, почти пустая. Остатки полностью совпадают с той магией, что едва не убила Лира. Но с виду всё выглядит, будто поток просто иссяк. Как будто магия ушла сама.

Долман молчал, но я слышала, как он сжал челюсть.

— Ты думаешь, он вытягивает магию?

— Я думаю, он уже начал. И если мы не остановим его, он не просто разрушит баланс. Разбудит то, что спит под городом.

Я нахмурилась. Прекрасно. Теперь ещё и спящее нечто под ногами. Что же там спит? Неведомое чудище? Кронос, древний бог разрушения? Хотя нет. В этом сказочном мире, где магия течёт по жилам, а принцы шепчут о катастрофах, наверняка найдётся кто-то и пострашнее.

Картинка в моей голове медленно, но чётко сложилась в цельный пазл. Теперь ясно, кто и зачем напал на Долмана. Правитель соседней страны, ослеплённый жаждой власти, связался с Рейнхольдом, пообещав ему то, от чего тот не смог отказаться. А Рейнхольд, в свою очередь, пообещал проход. Сделка, заключённая в тени, с расчётом на хаос.

А Лир? Пострадал, просто пытаясь защитить своего хозяина. Это был удар — тихий, подлый, из-подтишка. Как и положено трусливой мести, когда не хватает смелости для открытого боя.

— Прекрасно, — сказала я, подходя к мужчинам. — Значит, у нас тут тайные союзы, вытянутая магия и спящие ужасы под городом. А я, как всегда, узнаю всё последней. Давайте уже составим план, пока кто-нибудь не решит умереть ради политической интриги.

Они переглянулись, будто продолжая молчаливый диалог, в котором я всё ещё была на правах наблюдателя. Но спустя мгновение меня всё-таки включили в разговор.

Роль, которую мне отвели, осталась прежней. Я должна была изображать любовь к Долману. Прилюдно. На приёмах, в коридорах, перед теми, кто следит. И когда главные роли будут распределены, соглашусь сыграть пешку. Ту, кто предаст в решающий момент.

Так и произошло. Не сразу, наша игра затянулась на несколько недель. За это время я привыкла к едким замечаниям и фальшивым улыбкам, познакомилась поближе с Рейнхольдом, оказавшимся вполне себе приятным молодым мужчиной. Он всегда появлялся неожиданно, будто выходил из тени, и так же тихо исчезал.

В один из вечеров, когда я снова сцепилась с Клэр, после чего, одержав победу, вышла на свежий воздух, он оказался рядом. Разговор начался издалека. О том, как прекрасен мир и как жестока порой бывает жизнь. Умереть можно в один миг, всего лишь сказав несколько неловких фраз и улыбнувшись не тому, кому нужно.

Одним взмахом руки Рейнхольд опустил на нас заклинание тишины и начал говорить. Его слова звучали чересчур убедительно. Он был уверен в своей победе.

— У тебя есть выбор, — сказал он. — Остаться на стороне тех, кто проиграет. Или перейти туда, где победа уже близка. Долман, хороший человек. Но он не выстоит. Магия уходит. Союзы рушатся. А ты можешь выжить. Даже занять место, которого достойна. Если сделаешь правильный шаг.

Как бы мне сейчас ни хотелось вмазать по его милому личику, я довольно улыбнулась.

— Хороший? — переспросила я. — Он глупый и доверчивый. С виду грозный, конечно, но внутри, как нежный цветок. И знаешь, что самое интересное? Я хочу остаться в этом доме. Любой ценой. Он мне по вкусу.

— Пусть будет так, — сказал Рейнхольд, чуть склонив голову. — Но мне нужны гарантии. Что ты не предашь. Что не будешь играть на два фронта. Докажи свою преданность.

— Гарантии? — переспросила я.

— Верно, — кивнул он. — Мой человек передаст тебе порошок. Его нужно будет подсыпать Долману и тигру. Магия в их телах нарушит свой ход. Ненадолго, но достаточно, чтобы они стали уязвимы.

Я сделала два шага к Рейнхольду. Пальцы скользнули по лацкану его пиджака.

— Ты хочешь преданность. — сказала я, облизав губы. — Тогда научись её вызывать.

Он не шелохнулся. Только взгляд стал чуть темнее.

— Я умею быть полезной, — продолжила я, медленно проводя ладонью по его груди. — Но мне нужно больше, чем порошок и приказы. Мне нужно ощущение, что я главная.

Он молчал, но дыхание стало глубже.