Безжалостные наследники - Ана Уэст

Данте поднял бокал, сделал глоток и довольно кивнул, поставив его на место.

— Очень хорошо. Сиена?

Вино действительно было восхитительным, бархатистым, с насыщенным фруктовым и дымным вкусом, но я не собиралась доставлять Данте удовольствие и показывать, что одобряю его выбор.

— Сойдёт, — сказала я, пожимая плечами и ставя бокал на стол, чтобы официант налил нам по полбокала, а затем поставил вино на край стола.

— Закуски? — Спросил Данте, взглянув на меня, и я приподняла бровь.

— О, я взяла на себя смелость сделать заказ за нас обоих, так что наше первое блюдо скоро будет готово. На самом деле, пожалуй, белое вино было бы лучше.

Раздражение, мелькнувшее на его лице, когда официант удалился, доставило мне первое удовольствие за весь вечер. Возможно, в этом и будет польза от нашего брака – я смогу регулярно раздражать Данте Скарано.

Но я совсем не была уверена, что оно того стоит.

Данте сделал ещё глоток вина, и я увидела, как за его спиной наши охранники начали переглядываться, переминаясь с ноги на ногу. Приятно осознавать, что никому не нравится эта ситуация, сухо подумала я, тоже потягивая каберне и наслаждаясь бархатистым вкусом.

— Скажи мне кое-что, — резко заговорила я, глядя на него поверх своего бокала. Может, стоит покончить с любезностями?

— Хм? — Его серые глаза встретились с моими, и в них читалось почти скучающее выражение. Это меня разозлило, он должен быть благодарен за возможность жениться на наследнице империи Розани, и за то, что у него есть хоть какой-то шанс получить мою руку и всё, что с этим связано, хотя я и не собиралась давать ему какие-то особые привилегии. Ни за что на свете я не лягу в постель с Данте Скарано, что бы этот мужчина ни делал с моим пульсом.

— Ты следил за мной той ночью? В клубе Джио? — Быстро спросила я, заставляя себя не думать о таких вещах, как брачная ночь и брачное ложе. О том, что, так сказать, всплывёт на поверхность, если этот брак состоится, независимо от того, хочу я об этом говорить или нет.

Он медленно поставил бокал на стол и пристально посмотрел на меня.

— Я был там ради Марко. Я даже не знал, что ты там будешь, пока буквально не столкнулся с тобой. — Его губы изогнулись в лукавой ухмылке. — Но я не смог устоять и не угостить такую сексуальную женщину выпивкой.

Я прищурилась. Эта улыбка на его полных губах и эта фраза могли бы сработать на других женщинах. Но не на мне.

— Ты знал, кто я. — Это был не вопрос. И теперь я уже не просто раздражена, а в ярости, хотя и стараюсь не показывать этого. На самом деле я изо всех сил стараюсь, чтобы он не уловил ни одной моей эмоции.

— Мне потребовалось две секунды, чтобы узнать тебя, — небрежно ответил Данте, и его ухмылка превратилась в широкую улыбку. — Хотя колонки сплетен даже близко не передают всей твоей красоты. — Он снова окинул меня взглядом с головы до ног, и я почувствовала, как напряглась моя челюсть, готовая дать ему пощёчину.

Но, конечно же, меня снова прервал официант, который принёс нам первое блюдо – охлаждённые устрицы с ломтиками лимона и миньонеткой в травах, которая аккуратно стояла между нами.

— Спасибо, — Данте взглянул на официанта. — И, может быть, бутылку вашего лучшего белого вина, чтобы у дамы был выбор? Я не знал, что у вас есть морепродукты.

— Конечно, сэр. Официант быстро удалился, и я потянулась за устрицей, посыпав её сверху миньонеткой с помощью чайной ложки. Я, как и все остальные, знала, что устрицу не принято есть вилкой, но всё равно проткнула своё мясистое блюдо маленькой вилкой, которую мне принесли, притворяясь, что это его лицо. Судя по озадаченному выражению лица Данте, наблюдавшего за мной, он мог догадаться, о чём я думаю, несмотря на все мои попытки скрыть это.

С каждой секундой это свидание становится всё хуже.

— Сколько времени тебе понадобилось, чтобы понять, кто я такой? — С любопытством спросил он, беря в руки устрицу. Он изящно поднёс раковину ко рту, запрокинул её и обхватил губами, а затем втянул в себя. — Мм. — Он поставил раковину на место и провёл языком по нижней губе. — Вкусно. Может, нам стоит подать их на нашей свадьбе. Разве они не должны быть афродизиаком?

Я вонзила вилку в другую устрицу, на этот раз более сердито, решив ответить на его первый вопрос и проигнорировать второй.

— Недолго. Убийство, безусловно, помогло мне найти ключ к разгадке. — Я даже не потрудилась понизить голос. Мы оба не обычные люди. Если бы кто-нибудь в ресторане и услышал нас, он бы ни слова не сказал. Если они и обращали на нас внимание или подслушивали, то только по той же причине, по которой ничего не говорили, потому что все знали, кто я такая, и кто моя семья.

— О, ты злишься, что я добрался до него первым? — На его лице всё ещё была та же раздражающая ухмылка, а на щеках - та же неприятная ямочка. В его голосе слышалась лёгкая насмешка, и я знала, что он так же старается вывести меня из себя, как и я его.

Пусть победит лучшая женщина.

Я сердито посмотрела на него поверх своей тарелки и подцепила ещё одну устрицу из горки, чуть не разорвав её, прежде чем поднести ко рту. Афродизиак, как же. Всё это время мне хотелось всё больше и больше убивать его, а ведь мы даже не перешли к основному блюду.

— То, что ты сделал, это заварил ненужную кашу, — прошипела я. — Я бы справилась с этим лучше. По крайней мере, я достаточно профессиональна, чтобы не оставлять за собой кровавый след.

— Профессиональна? — Его брови поднялись почти до линии волос, и с тех пор, как он сел, вид у него был самый заинтересованный.

Дерьмо. Я не собиралась так много говорить, но Данте умел проникать мне под кожу и чертовски раздражать меня за считаные минуты, как песок в устрице. Только вместо жемчужины из этого выйдет лишь лезвие у горла, если я добьюсь своего.

И всё же лучше бы