Измена. Боль между нами - Наталья Жилякова

— Лен, давай по порядку. Что у вас там происходит? — Ищу взглядом Маришку, та наверху лабиринта общается с парой девчонок-ровесниц. Время на серьезный разговор у нас есть.

— Сначала, вроде, нормально все было. Работали, как обычно. А вчера сайт начал виснуть. Тебе Андрей не рассказывал что ли?

— Что программист говорит? — ухожу от вопроса.

— Это который? — удивленно уточняет Ленка. — У нас есть программист?

Ох, я и не думала, что столько моментов завязаны на мне. Сайт заказывала я у частника, вот уже десять лет все работает исправно, сами обновляем информацию. Внезапно Андрей решил, что с продвижением у нас беда, срочно нужен человек на сайт и соцсети, и понеслась — и фирма порушилась, и наша личная жизнь.

Пишу Егору, прошу проверить наш домен. Пока жду ответ, заказываю кофе. Вечером стараюсь обходиться без кофеина, но сейчас мне нужно крепкое и сладкое, чтобы мозги заработали и я смогла посмотреть на ситуацию с разных сторон.

— Лен, а с чего ты взяла, что фирму пытаются увести? Только из-за сайта? — Продолжаю размышлять, пролистываю нашу с ней последнюю переписку, просматриваю проблемы, с которыми она ко мне обращалась. Пока ничего серьезного.

— А тебе Андрей не рассказывал разве? — Она выдерживает паузу. Ненавижу, когда вот тянут разговор. Неужели не понятно, что нет.

— Лен, хватит темнить. Что в «Ладе»?

— Два заказчика отказались с нами сотрудничать. Объем перевозок только за неделю упал на двенадцать процентов. — Лена хоть и менеджер, но по образованию и складу ума экономист, все процессы переводит на цифры и обожает высчитывать конверсии и выстраивать графики. — Пока не критично, и это были разовые отказы. Но если уйдет наш костяк, может случиться экономическая катастрофа.

— Почему отказались? Причину называли? — Передо мной опускается чашечка кофе, вдыхаю нежный аромат капучино, в задумчивости прикрываю глаза.

— Нет, но… Я позвонила Валентине, она у Михалыча работает, спросила, может, она в курсе. Говорит, к ним приходила на собеседование новая сотрудница, типа, у нас работала, и поливала грязью нашу «Ладу». Догадываешься, о ком я?

— Алла? Но… У Михалыча же сыроварня. Зачем ему Алла? А, поняла… — тут же исправляю сама себя. — Сайт, соцсети?

— Они самые. Валька говорит, ее не взяли. Слишком вырез глубокий на кофточке был, а ты же знаешь, что они с боссом, ну… не важно, короче.

Не знаю и знать не хочу, кто там еще со своим боссом занимается чем-то кроме работы.

— Она пошла к рыбе, — продолжает Ленка. «Рыбой» мы называем новичков в нашем городе, которые начали привозить свежую горбушу с семгой и красную икру. — Тоже отказались, представляешь? — Взмахивает руками. — Там у меня близких знакомых нет, но я просто позвонила их главному и напрямую спросила.

— Алла?

— Она самая. Тоже приходила, но они, по ходу, ее взяли. А чего она у нас не стала работать? — Ленка подпирает голову ладонью, смотрит задумчиво мимо меня. — Нет, я понимаю, подружками мы не стали, но и не ругались ведь.

— Не понравилось, наверное, что-то, — осторожно вставляю. Андрей Алку уволил, в офисе она не появляется. Они могут, конечно, видеться, где угодно, и мне на это должно быть плевать. Должно быть…

Мои мысли прерывает звонок от программиста.

— Егор, ну что там? — спрашиваю без предисловий, забываю поздороваться.

— Похоже на досс-атаку. Сейчас проверю получше, но пока повреждений не вижу. — На фоне раздается щелканье мышки.

— Это можно как-то отключить?

— Поковыряюсь. — На его языке это означает «сделаю все возможное». И я уверена, что так и будет, Егор всегда отрабатывал по полной. — Хрень, конечно, неприятная, — добавляет он, — если у вас есть какие-то враги, то будут и дальше гадить. Вопрос только в том, насколько хватит их ресурсов.

— В смысле, насколько? — пытаюсь уцепиться хоть за какую-то ниточку.

— Досс-атака недешевое удовольствие. Заказать такую услугу по карману огромной конторе или богачу, которому бабки девать некуда. Ну, а если нервы пощекотать на пару часов, то мог такую пакость сделать и обычный, скажем так, юзер.

— Поняла… — Хотя он не ответил, кто это мог быть, я почему-то убеждаюсь, что атаку заказала Алка. Других версий у меня все равно нет.

Кратко пересказываю Ленке то, что услышала от Егора, опуская свои догадки насчет Алки. А потом повторяю вопрос, который никак не дает мне покоя.

— Лен, расскажи, с чего ты взяла, что фирму хотят увести? Это ведь не так-то просто сделать.

— Слишком много непонятного происходит… — уклончиво отвечает она, еще и взгляд отводит. Мешает свой остывший кофе, все внимание туда.

— Что именно? — не отстаю я.

— Я думала, ты мне расскажешь… Просто… — Она нервно поджимает губы, стучит ногтем по краю чашки. — Андрей сказал искать тебе замену. Я была уверена, что это из-за… ну, ты понимаешь… — Кивает в область моей талии. — Но если это не так, то я даже не знаю, о чем и думать. Почему ты уходишь, Вик? Может, ты расскажешь, что у вас происходит?

Я молчу, не могу произнести ни слова, на глазах наворачиваются слезы, быстрыми дорожками стекают по щекам. Ленка пересаживается рядом со мной, обнимает и прижимает к себе.

— Милая моя… — шепчет успокаивающе. — Все еще наладится.

— Нет, — выдавливаю сквозь рыдания. — Мы разводимся.

Глава 22

— Как? Зачем? — Ленка хватает меня за руку, крепко сжимает ее, вскрикиваю от боли.

Мгновенно жалею о том, что не сдержала эмоции. Не то, что я ей не доверяю, просто… Сейчас, когда я произнесла эту фразу вслух, она будто обрела реальность, стала осязаемой. Из обиды, злости превратилась в план.

Я перенеслась из состояния «мне плохо, я хочу развестись» в «мы разводимся, надо подумать, как это сделать максимально безболезненно». И прыжок этот был слишком резкий.

— Почему?

Вздрагиваю от ее вопроса. Такой же задавал Андрей. Для него у меня ответов было в избытке, а вот подруге я не могу озвучить ни один вариант. Она гладит меня по спине и больше ни о чем не спрашивает, благодарна ей за это.

Промакиваю слезы салфеткой, прошу Лену присмотреть за Маришей и иду умыться. Прохладная вода окончательно помогает успокоиться. Глаза все еще красноватые и нос припухший, но в целом могу выглядеть не как заплаканная расстроенная женщина, а как человек с простудой или аллергией.

Мы еще немного болтаем с Ленкой о рабочих новостях, говорит, в основном, она. Дядь Володя переживает за дочь, но пока не говорит, что у них там случилось. Лешка