Измена. Холод откровения - Нина Авсинова

Достаю из сумки пижаму, переодеваюсь. Иду в ванную — небольшая, но чистая, пахнет мужским шампунем. Умываюсь холодной водой, смотрю на своё отражение в зеркале. Красные глаза, бледное лицо, растрепанные волосы.

Кто эта женщина? Неужели это я?

Возвращаюсь в комнату, ложусь в кровать. Натягиваю одеяло до подбородка.

И только тогда позволяю себе расплакаться по-настоящему.

Плачу в подушку, чтобы Максим не услышал. Всхлипываю, кусаю губы, чтобы не закричать от боли. Всё, что я сдерживала последние часы, выливается наружу.

Пятнадцать лет. Пятнадцать лет я прожила с этим человеком. Любила его, доверяла, строила с ним жизнь. А он... он изменял мне. Годами. И думал, что имеет на это право. А когда я решила уйти, устроил сцену. Разбил посуду. Угрожал мне.

Плачу, пока не кончаются силы. Потом лежу неподвижно, смотрю в темноту.

За стеной слышу тихие звуки — Максим ходит по квартире, что-то делает на кухне. Потом его шаги удаляются, дверь его спальни закрывается.

Тишина.

Постепенно слёзы высыхают. Дыхание выравнивается. Я закрываю глаза и проваливаюсь в тяжёлый, беспокойный сон.

Просыпаюсь от запаха.

Сначала не могу понять, что это. Что-то сладкое, тёплое, знакомое...

Блины.

Открываю глаза. Солнечный свет льётся в окно — я забыла задёрнуть шторы. Смотрю на часы — восемь утра.

Встаю с кровати, иду в ванную. Умываюсь, причёсываюсь, смотрю на своё отражение. Выгляжу не очень — тёмные круги под глазами, опухшие веки. Но уже лучше, чем вчера.

Выхожу из комнаты, иду по коридору. Запах блинов усиливается.

Захожу на кухню — и вижу Максима. Он стоит у плиты, переворачивает блин на сковороде. На столе уже стоит тарелка с готовыми блинами, рядом мёд, сметана, варенье.

Он оборачивается, видит меня, улыбается.

— Доброе утро. Как спалось?

— Доброе, — отвечаю я, садясь за стол. — Спасибо. Спалось... не очень, если честно.

Он кивает понимающе.

— Представляю. — Снимает со сковороды последний блин, выкладывает на тарелку. Несёт к столу, ставит передо мной. — Ешь. Тебе нужны силы.

Смотрю на блины, и внутри что-то тёплое разливается. Этот простой завтрак, эта забота, это тепло — так контрастирует с холодом, который царил в моём браке последние недели.

Беру вилку, отрезаю кусочек. Макаю в мёд. Кладу в рот.

Вкусно. Невероятно вкусно.

— Спасибо, — говорю я тихо. — За всё. За то, что пустил меня. За то, что просто... рядом.

Максим садится напротив, наливает себе кофе.

— Не за что, Марин. Правда. — Он делает паузу, смотрит на меня серьёзно. — Сегодня тебе надо еще забрать Софу.

Киваю.

— Да. После школы. Я... я не знаю, что ей сказать. Как объяснить.

— Скажешь правду, — говорит он просто. — Дети чувствуют ложь. Лучше честно объяснить, что произошло. Конечно, без подробностей, но честно.

Смотрю на него и понимаю, что он прав. Софа умная девочка. Она всё равно почувствует, если я буду врать.

— Ты прав, — соглашаюсь я. — Спасибо.

Мы едим молча. Я жую блины и думаю о том, что впереди. О разговоре с Софой. О встрече с юристом. О том, что Толя наверняка не оставит это так просто.

Но сейчас, в этот момент, за этим столом, с блинами и мёдом, я чувствую что-то похожее на спокойствие.

Впервые за долгое время утро не пугает меня.

Глава 18

После завтрака я помогаю Максиму убрать со стола. Мою посуду, вытираю столешницу — эти простые действия успокаивают, возвращают в реальность.

Он стоит рядом, вытирает тарелки полотенцем, убирает их в шкаф. Мы работаем молча, но тишина комфортная, не напряжённая.

— Марин, — говорит он, когда последняя чашка оказывается на месте. — Подожди секунду.

Он уходит в комнату, возвращается с небольшой связкой ключей. Протягивает мне.

— Держи. Второй комплект. Чтобы ты могла приходить и уходить, когда захочешь. И когда заберёшь Софу после школы, просто приезжайте сюда. Располагайтесь в той комнате, где ты спала. Я перенесу туда кресло раздвижное, чтоб было спальное место для Софы.

Я смотрю на ключи в его протянутой руке и чувствую, как внутри сжимается что-то тёплое.

— Макс... — голос дрожит. — Ты уверен? Мы с Софой...

— Уверен, — перебивает он мягко, но твёрдо. — Марин, перестань сомневаться. Всё нормально. Правда.

Беру ключи, сжимаю их в ладони. Металл тёплый от его руки.

— Спасибо, — шепчу я. — Я... я не знаю, как тебя отблагодарить.

Он усмехается.

— Никак. Просто чувствуй себя как дома. Ладно, мне пора на работу. Ты тоже собираешься?

Киваю, смотрю на часы. Надо ехать.

— Да. Сейчас переоденусь.

— Давай подвезу тебя?

— Не, что ты. Я такси вызову. Спасибо.

Он кивает. Я иду в гостевую комнату, быстро собираюсь. Надеваю строгие брюки, блузку, немного крашусь. Смотрю на своё отражение в зеркальце — вполне прилично. Никто на работе не должен догадаться, что творится в моей жизни.

Максим ждёт меня в прихожей, уже одетый. Мы выходим вместе, он закрывает дверь.

— Хорошего дня, — говорит он, направляясь к своей машине.

— И тебе.

Еду на работу в такси и смотрю в окно на утренний город. Люди спешат по своим делам, кто куда.

В офисе стараюсь сосредоточиться на работе, но мысли постоянно возвращаются к вчерашнему. К ярости Толи. К разбитой посуде. К тому, как я заперлась в ванной.

В десять звонит телефон. Лена.

Беру трубку, выхожу в коридор, чтобы коллеги не слышали.

— Алло?

— Марина! — голос Лены взволнованный, почти панический. — Господи, я только проснулась, увидела пропущенные от тебя! Что случилось?! Ты где?!

— Лен, успокойся, — говорю я тихо. — Всё... в общем, долгая история. Давай в обед встретимся? Расскажу.

— Конечно! Куда приехать?

Называю адрес кафе недалеко от моего офиса. Договариваемся на час дня.

Остаток утра тянется мучительно долго. Я пытаюсь работать, но постоянно смотрю на часы.

Наконец час дня. Выхожу из офиса, иду в кафе. Лена и Оля уже сидят за столиком у окна. Увидев меня, обе вскакивают.

— Маришка! — Лена обнимает меня так крепко, что я чуть не задыхаюсь. — Рассказывай немедленно! Что стряслось?!

Садимся за столик. Заказываем кофе и салаты. И я начинаю рассказывать — про вчерашний скандал, про разбитую посуду, про угрозы, про полицию.

Подруги слушают с открытыми ртами.

— Вот урод! — взрывается Оля, когда я заканчиваю. — Марин, хорошо, что ты оттуда ушла! А то мало ли что могло случиться!

— Где ты сейчас? — спрашивает Лена. — В гостинице?

Качаю головой.

— У Максима. Того самого однокурсника. Он случайно позвонил вчера, я попросила помочь. Он предложил пожить у него.

Оля присвистывает.

— Ничего