500 лет ожидания - Рина Рофи

— Харука, ты как допрос ведёшь!

— Это и есть допрос. Отвечай немедленно, иначе я позову Хиро, и он сделает своё архитекторское лицо. Оно очень серьёзное, ты не выдержишь.

Я вздохнула, села на край парты и улыбнулась. Скрывать что-то от Харуки было бесполезно. Да и не хотелось.

— Ладно. Он смотрел мои наброски. Сказал, что история живая и что у меня талант. Потом про кольцо спросил. Потом про работу. Предложил место в штате. Здесь, в Киото. Сказал, что открывает анимационную студию и ищет художников.

— Что⁈ — Харука всплеснула руками. — Место в штате⁈ В анимационной студии⁈ И ты молчала⁈

— Я не молчала! Я только что рассказала!

— Мэй! — она схватила меня за плечи и затрясла. — Ты понимаешь, что это значит⁈ Это же прорыв! Это же всё, о чём ты мечтала! Полная занятость, никаких фрилансов, своя студия, работа с профессионалами!

— Я ещё не согласилась. Сказала, что подумаю.

— Что тут думать⁈ Мэй, думать тут не надо! Тут надо брать! Хватать обеими руками и бежать!

— Харука, у меня ещё манга не закончена. И Такахаси-сан…

— Такахаси-сан поймёт! Это же шанс всей твоей жизни! И знаешь что? — она вдруг прищурилась и ткнула пальцем мне в грудь. — Инвестор красавчик. Платиновые волосы, плечи, глаза эти… А он случайно не просил твой номер?

— Он дал мне визитку. И сказал звонить.

— Визитку! — Харука закатила глаза. — Мэй, это же сто процентов знак! Парень даёт тебе визитку — значит, хочет, чтобы ты позвонила. Не редактору. Не в офис. Лично. Понимаешь?

— Понимаю. Но…

— Никаких «но»! Завтра же звони. И про работу договаривайся. И про ужин. Или хотя бы кофе. Он на тебя так смотрел, Мэй. Так смотрят, когда девушка нравится. Очень нравится. Я знаю, у меня Хиро так же смотрит.

Я засмеялась и спрыгнула с парты. Харука была неудержима.

Глава 16 Позвони мне

Мы вышли из пустого класса и направились в актовый зал. Харука всё ещё тараторила про инвестора, про визитку, про то, что я должна позвонить ему завтра же утром, а лучше сегодня вечером, а ещё лучше — прямо сейчас. Я только отмахивалась.

Актовый зал встретил нас гулом голосов. Огромное помещение с высокими потолками и старыми деревянными балками было украшено флагами с гербом школы, гирляндами из бумажных фонариков и живыми цветами. На сцене уже стояла трибуна, увитая лентами, а за ней — огромный баннер: «300 лет школе — спасибо, что вы с нами».

Выпускники рассаживались рядами. Кто-то занимал места с детьми, кто-то — с бывшими одноклассниками. Стоял весёлый гул: люди перекрикивались через ряды, махали друг другу, смеялись, обнимались.

Мы нашли свободные места ближе к середине зала. Харука села между мной и Хиро, положила сумочку на колени и тут же закрутила головой по сторонам.

— Смотри, вон там семпаи сидят! Ямамото-семпай! Накамура-семпай! О, и Киёми-семпай! Мэй, она совсем не изменилась — такая же строгая, как в студсовете!

Я посмотрела туда, куда она показывала. Наши семпаи сидели в первых рядах — видимо, как почётные гости. Ямамото-семпай держал свою папку на коленях, Киёми-семпай поправляла очки и что-то деловито говорила Накамуре-семпаю, который, кажется, всё ещё надеялся показать инвестору свой мольберт.

— А вон там, смотри, — Харука снова дёрнула меня за рукав, — семпаи, которые на пять лет старше. Я их не знаю, но они выглядят солидно. Наверное, тоже из Токио приехали.

— Слушай, а сколько всего выпускников? — спросил Хиро, оглядывая зал.

— Много. Но сегодня, говорят, собралось около трёхсот человек. Со всех уголков Японии. Даже из-за границы кто-то приехал.

На сцену поднялся директор — пожилой мужчина в строгом костюме, с седыми висками и добрыми глазами. Он постучал по микрофону, и гул в зале начал стихать.

— Дорогие выпускники! Уважаемые гости! — его голос разнёсся под сводами зала. — Триста лет — это не просто цифра. Это три века истории. Три века талантов. Три века людей, которые вышли из этих стен и сделали мир немного красивее. Сегодня мы собрались здесь, чтобы вспомнить прошлое, отметить настоящее и посмотреть в будущее. Я рад приветствовать каждого из вас.

Зал взорвался аплодисментами. Кто-то свистнул, кто-то крикнул «Банзай!», и директор улыбнулся, поправляя очки.

— У нас сегодня особый гость, — продолжил он. — Человек, который продолжает традицию поддержки нашей школы и наших талантов. Господин Рэнносукэ Сирояма, инвестор, меценат и основатель новой анимационной студии в Киото. Поприветствуем его!

Зал снова зааплодировал. Рэнносукэ поднялся со своего места в первом ряду, слегка поклонился и помахал рукой. Девочки в зале тут же зашептались, кто-то даже тихонько взвизгнул. Харука толкнула меня локтем, но я и так смотрела. Платиновые волосы блестели в свете софитов, костюм сидел идеально, и он снова улыбался — спокойно, сдержанно, но очень тепло.

— Он красивый, — прошептала Харука мне на ухо. — И богатый. И ищет художников. Мэй, если ты его упустишь, я за себя не ручаюсь.

— Харука, тише!

Директор тем временем продолжал речь. Он рассказывал об истории школы, о знаменитых выпускниках — художниках, писателях, режиссёрах, которые когда-то сидели за этими же партами. Потом на сцену вышли ученики — показали небольшой концерт: традиционный танец с веерами, игра на кото, выступление хора. Я слушала, смотрела, и где-то глубоко внутри меня шевелилось странное чувство — будто я вернулась домой. Будто все эти годы, проведённые за манговыми листами, не прошли зря. Будто я на своём месте.

А ещё я чувствовала, что кто-то смотрит на меня. С первого ряда. Сквозь ряды, сквозь людей, сквозь музыку и аплодисменты.

Я подняла глаза. Рэнносукэ чуть повернул голову и смотрел прямо на меня. Всего на секунду. Но достаточно, чтобы я снова покраснела, а Харука снова толкнула меня локтем.

— Он смотрит, — прошептала она. — Опять смотрит. Мэй, честное слово, ты ему нравишься.

Я не ответила. Просто смотрела на сцену, где девочки в кимоно танцевали танец цветов, и крутила кольцо на пальце. Платиновая лисья морда была тёплой от моей кожи.

Хиро вдруг наклонился ближе и посмотрел на мою руку.

— Ого, — сказал он, и его глаза загорелись профессиональным интересом. — Я видел зарисовки этого кольца. В легендах. В старых книгах по архитектуре храмов, представляешь? Там целый раздел был про ритуальные украшения. И это кольцо там было. Лис в огне. С янтарными глазами. Один в один.

— Да? — я удивлённо подняла бровь.

— Да. Его ещё называют «Кольцо супруги духа». По легенде, его дарили смертным женщинам, которых выбирали кицунэ. Не просто так — это был знак. Символ