Грецкий орешек - Ната Вади

что я тогда сделаю? Мне даже пожаловаться некому. Илье? Снова? Не его дело мои проблемы разгребать, у него есть жена и своя семья. Да, мы дружим очень хорошо, но границы всё же должны существовать.

Блин, как вспомню плотоядный нетрезвый взгляд Горина на меня и мое тело в частности, аж передергивает. Сама тоже дура, нарядилась... Вон и Тимур периодически смотрит, разглядел, видите ли. С другой стороны, моя сегодняшняя одежда, кажется, даже воли фантазии не оставляла, всё слишком откровенно.

Дура, дура, дура...

У Юльки я переоделась в мешковатое платье-футболку ниже колен и с разрезами по бокам и теперь чувствую себя определенно комфортнее. Только Тимур уже не отстает, проявляет внимание. Как бы его так аккуратно бортануть, а?

— Не останешься у нас? — удивленно спрашивает Юлька, когда начинаю собираться домой. Я, правда, устала: ноги гудят, хочется развалиться в позе звезды на своей кровати, глянуть какой-нибудь сериальчик.

— Не-е-е, я в ауте уже почти, хочу к себе.

— Илья тебя завтра отвезет домой, ну чего ты?

— Юль, — чуть тверже произношу я, — У меня есть своя квартира, а у вас с Ильей — своя жизнь. Переставай меня опекать, правда.

— Да я вообще нисколько... в смысле, ничего такого и не имелось... — у подруги не получается толком закончить фразу, и я просто слабо улыбаюсь.

— Со мной действительно всё нормально, честно.

— Когда ты начнешь общаться с кем-то помимо людей, которых и так хорошо знаешь, а также выходить из дома не только на работу или к нам, тогда и поговорим.

Вздыхаю. Как насчет «никогда»? У меня нет никаких проблем или сложностей после развода, ну очевидных, по крайней мере. Я наслаждаюсь возможностью быть должной только самой себе, поэтому мне не жаждется впускать кого-то в свою жизнь. Тем более какой в этом смысл, с учетом...

— Эй, Наташ, ты домой? — это в прихожую выходит Тимур. — Юль, я Илюхе сказал, что тоже поеду, поздно уже.

Мы с Юлькой киваем как два китайских болванчика, а Галиев нам обеим улыбается. У него приятная улыбка, открытая. Ничего такого, что могло бы насторожить.

— Тогда давай я тебя подброшу, — добродушно произносит в мою сторону.

— Ой, нет, я на такси, спасибо, — пожалуй, слишком быстро произношу я и краем глаза вижу, как у Пуртовой округляются глаза, а еще получаю от нее тычок прямо в ягодицу. Больно, между прочим.

— Да брось, Наташ, мне вообще не сложно, нафига такси. Обувайся пока, я перекурю быстро, и поедем.

А потом не дает мне и слово вставить, подмигивает Пуртовой и выходит за дверь. Я провожаю его взглядом, чувствуя, как внутри поднимается волна легкого раздражения. Не то чтобы Тимур мне неприятен — просто не хочу давать лишних ожиданий.

— Перестань вести себя как снежная королева, Галиев-то че тебе сделает? — Юлька подходит ближе, понижая голос.

— Он проявляет интерес, а я потенциально в любом случае не отвечу взаимностью, к чему тогда всё это?

— Блин, Иволгина, вы даже общаться не начали. Никто не заставляет тебя в постель к нему прыгать или замуж выходить. Мало того, тебе никто и ничего пока еще не предлагает вообще-то. Просто попробуй пообщаться. Ты же знаешь, что это будет полезно. Сама понимаешь, почему, — она делает акцент на последнем слове и двигает бровями, типа с намеком.

— Замуж мне никто и не предложит, — весело хмыкаю я, пытаясь перевести все в шутку. — Он татарин, а я русская. Мы не созданы друг для друга.

— У Галиева современная семья, если что. Ой, кстати, красивые у вас, конечно, детки получатся. Ты подумай на досуге.

— Пока, Пуртова. Кажется, тебе пора баиньки, а то ты дуреешь, — хочу ущипнуть ее за бок, но она успевает увернуться.

Коза.

Сажусь в машину к Тимуру и чувствую себя максимально неуютно. Кожаные сиденья, приятный запах, чистота. Вообще он симпатичный парень, если смотреть объективно. Смуглый, собранный, крепко сложенный. Очень добродушный, как будто бы. Только вот я ему не подхожу по всем параметрам, — делаю вывод у себя в башке. А потом мысленно же смеюсь над собой: Пуртова права, мне вообще-то никто и ничего не предлагал, а я уже отказываюсь.

По дороге мы ненапряжно болтаем, в основном Тимур спрашивает про Сочи, где я провела почти год после развода. Я рассказываю про то, как родители кайфуют от жизни на побережье. Он слушает внимательно, иногда вставляет вопросы, не перебивает. Потом случайно заводим разговор про собственность, и оказывается, у Тимура на пару со сводным братом есть приличный участок земли. На который у него имеются планы, но отношения с условным совладельцем сложные.

Я отлично понимаю, к чему он ведет. Блин...

— Ты же юрист у Юльки на фирме, правильно?

— Знаешь же, что да, — мягко говорю я.

— Ну да. Слушай, может, тогда поможешь мне со всем разобраться? Не просто по доброте душевной, естественно.

Вот он какой ход делает. Я боялась, что он предложит мне встретиться на выходных, номер возьмет или скажет, что напишет в соцсетях. А он с такой стороны завернул. Не дурак, конечно, пошел более надежным путем. Будет странно отказать ему по работе, а если я это сделаю, то он всё равно к Юльке придет, попросит кого-то знакомого, и этим человеком всё равно окажусь я.

Замкнутый круг получится.

Его интерес ко мне очевиден, и я вижу, как он смотрит. Увлеченно, да, в том самом плане. Вот вечно так: то ни одного мужика на горизонте (не то чтобы я хотела), то сразу два. Ой, это получается я Горина посчитала? Вот идиотка. Вез бы меня сейчас этот озабоченный домой, уже бы предложил перепихнуться на заднем сиденье, вероятность максимальная.

— Так что? — вытягивает меня из мыслей Галиев.

— М-м-м, ну если нужно, то поможем, конечно. В понедельник будет удобно подъехать в офис?

Тимур кивает несколько раз. Слишком воодушевленно, пожалуй.

— Окей, давай тогда прямо с утра, к девяти подходи, у меня есть свободный слот. И дай свой телефон, я запишу мой номер. По возможности скинь, пожалуйста, в телегу фотки или скрины документов, которые у тебя на руках.

Тимур протягивает мне свой телефон, и я жду шутки про то, что вот красивая девушка сама дает свой номер, а значит это успех. Но он молчит, просто довольно улыбается. Я вбиваю свои контакты, возвращаю телефон.

Прощаемся с парнем, я благодарю, что он подвез меня прямо до подъезда, тот лишь отмахивается. И уезжает только когда за мной закрывается тяжелая входная дверь.

Уже в квартире, принимая ванную, думаю, что Юлька отчасти права: