Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

Я протиснулся мимо Бэнни, пробежал через весь вагон, когда Дэнни снова ускользнул, и я рванул дверь, чтобы войти в следующий вагон.

— Тебе не следовало этого делать, — крикнула подскочившая маленькая мегера, и Бэнни в ответ выбил у нее из рук чизбургер, а затем бросился за мной, в то время как она застонала от ужаса.

Воздух открытого туннеля пронесся мимо нас в небольшом пространстве между вагонами, и я дернул дверь, ведущую в следующий вагон, не позволяя себе думать о том, что может случиться, если кто-то из нас упадет на рельсы, и тут же устремился за Дэнни, который уже успел проскочить в другой вагон.

Пьяный придурок наткнулся на меня, когда мы бежали, и я отбросил его в сторону с такой силой, что он упал, ударившись головой о столб, который он должен был использовать, чтобы удержаться на ногах.

Несколько человек закричали, но я не обращал на них внимания, бежал по середине вагона, когда свет за окнами стал ярче, и мы прибыли на другую платформу.

Поезд остановился, и я выругался, когда двери открылись, огромная толпа придурков стремилась попасть внутрь, пока я пытался протиснуться сквозь них, а записанное объявление напоминало всем о необходимости соблюдать интервал.

Бэнни достал из кармана пистолет и выстрелил в воздух, заставив всех закричать и отпрыгнуть в сторону. Но к тому времени, как мы пробились наружу, я снова потеряла из виду Дэнни на платформе.

Бэнни схватил меня за руку и начал бежать к выходу, направляясь к лестнице, по которой Дэнни, должно быть, выбрался отсюда.

Поезд отъехал от нас, воздух в тоннеле задрал мою куртку, и я повернул голову, яростный рев вырвался из меня, когда я увидел широкую ухмылку Дэнни в одном из вагонов, когда он помахал нам на прощание за полсекунды до того, как поезд скрылся в тоннеле. И он пропал.

АНЯ

Автомобиль Смарт был быстрым, но мы были быстрее, и Черч все время ехал на его бампере, сигналил и пытался вытеснить Свечника с дороги. Но он каким-то образом продолжал делать повороты, вилять в пробках и опережать нас настолько, что мы не могли его остановить.

Над нами сверкали рождественские огни, и люди толпами выходили на улицу, одетые в зимние шапки и пальто. Все они, казалось, направлялись в одном направлении, и когда Смарт помчался за очередной угол, а мы последовали за ним, с моих губ сорвался крик.

— Остановись!

Рождественский парад заполнил всю дорогу, перед нами был огромная платформа, на которой Санта сидел на широких деревянных санях.

Смарт проехал влево сквозь толпу, и люди с криками бросились в сторону, выхватывая своих детей с его пути, когда он скрылся в крошечном переулке.

Черч вывел Мини вперед, чтобы выехать на тротуар, и я задыхалась, вцепившись в приборную панель для поддержки, когда он попытался последовать за ним, но он ударил по тормозам еще до того, как попытался это сделать. Мини был маленьким, но он не был таким маленьким, как тот Смарт, который с визгом мчался по узкому переулку с боковыми зеркалами, скрежещущими по стенам с обеих сторон, и у нас не было шансов угнаться за ним.

— Черт! — Черч ударил кулаком по рулю, а затем прижал другую руку к боковой стороне моего сиденья и посмотрел через плечо, как он дико дал задний ход, задняя часть его машины столкнулась с деревянным оленем и раздавила его под колесами, в результате чего мы застряли на кочке.

— О, это просто замечательно, не так ли? Рудольф, красноносый пиздюк, испортил мою машину! — рявкнул Черч, когда дети начали кричать и выпучивать глаза при виде оленя, безжалостно разрубаемого под задними колесами Черча. По справедливости, было чертовски поздно, и им следовало быть дома в постели. Что за парад проходит в такое время?

— Папа! — завопила маленькая девочка.

— Отойди, дорогая, — сказал он, подхватывая ее на руки и качая на нас головой.

За ту кровавую бойню, которую устроил Черч, прозвучало ужасно много упреков и отворачиваний, вместо того, чтобы возмутиться, как это было бы в Вегасе. Черч, вероятно, уже был бы под дулом пистолета, если бы он поиздевался над Рудольфом в Америке.

Машина дернулась вперед, и мы вылетели, оставив Рудольфа разорванным в клочья, а я снова собралась, когда Черч выскочил из-за угла в том направлении, куда направился Свечник.

Он летел по дороге, но когда мы огибали следующую улицу, меня привлекли вспышки красных и синих огней. Черч резко затормозил, включил задний ход и чуть не врезался в машину, ехавшую позади нас, после чего совершил такой крутой маневр на узкой дороге, что у меня перехватило дыхание, пока мы снова не понеслись в противоположном от полицейских направлении.

— Ты маньяк, — грубо сказала я, в моем голосе прозвучала нотка почтения, и Черч бросил на меня безумный взгляд, который подтвердил это заявление.

Позади нас взвыли сирены, а Черч не сбавлял скорость ни на секунду, поворачивая так быстро, что мир превратился в сплошное пятно, пока мы не оставили копов в пыли, но при этом потеряли все шансы поймать и Свечника.

В конце концов он добрался до парковки, на скорости спустился по пандусу и взял парковочный билет, чтобы перед нами поднялся шлагбаум. Затем он начал неистово гнать по штопору, который привел нас на самый верх парковки, и к тому моменту, когда он остановился, у меня уже бешено кружилась голова. Когда мой взгляд остановился на виде реки через низкую стену, перед которой мы были припаркованы, и на Тауэрский мост впереди, из моего горла вырвался смех.

— Чему ты так радуешься? — прорычал Черч, запустив пальцы в свои светлые волосы, доставая свой телефон и отправляя смс Бэнни. — Мы все проебали.

— Когда ты всю жизнь живешь в банке, это чертовски удивительное чувство — расправить крылья. — Я раскинула руки, одна рука коснулась его груди, а другая протянулась в открытое окно слева от меня.

— Нам придется затаиться здесь на некоторое время, пока копы не отменят охоту, — угрюмо сказал Черч, и я опустила руки, вскинув бровь на его ворчливое лицо.

— Ты — обиженный неудачник, — заметила я.

— И что? — проворчал он.

— Радость в игре, а не в победе, — сказала я.

— Определенно в победе, — настаивал он.