Хаос - Шанталь Тессье

просто спит. Она может проснуться в любую секунду и сказать, что любит меня. Что ей жаль. И если мне действительно повезет, она отправит меня в нокаут своим правым хуком.

СЕМЬДЕСЯТСЕМЬ

КАШТОН

T

три дня назад умерла моя жена.

Три гребаных дня ада.

Лорд восстает среди смерти — крови и пыток, — но я никогда не оставался поблизости, чтобы посмотреть, что произойдет потом.

Планирование. Приготовления. К счастью, Дженис и Шарлотта помогли мне. Другие жены тоже помогали, но они остались самыми близкими. Я думаю, они видят, что я схожу с ума. Что я потерял свою вторую половинку.

Родственная душа?

Никогда в жизни я не верил в это дерьмо. До Евы. Теперь ее нет, и я должен жить дальше, как будто ее никогда не существовало.

Это странная концепция.

Она хотела, чтобы ее кремировали. Я приказал поместить ее в гроб.

Она хотела, чтобы ее прах развеяли на кладбище за собором. Я похоронил ее на кладбище в Карнаже.

Моя жена ненавидела цветы. Для ее похорон я заказал самые большие композиции, какие только мог достать. Я никогда в жизни не видел столько цветов в одном месте. Она была не из тех женщин, которым нравятся розовые и пурпурные, но Дженис предложила цвета. Сказала, что это способ радоваться жизни.

Ева ненавидела свою жизнь. Долгое время ей говорили, что она бесполезна. И в конце концов, мы все умираем. Точно так же, как цветы.

Я стою перед свежей кучей земли. Моя жена похоронена под ней, пока играет “Where I Left You” группы HOLLOWFRAME. Она ненавидит тишину, поэтому я составил для нее плейлист с более чем сотней песен, которые будут повторяться.

Мы уложили ее отдыхать больше часа назад, но я, кажется, не могу уйти. Я не хочу оставлять ее здесь одну.

Я не могу сказать "прощай". С ума сойти, как тяжело любить кого-то. Я всегда боялась, что меня бросят. Я думал, что потеряю своих братьев и останусь в этом мире совсем один. Но Ева? Потеря ее не похожа ни на что, что я когда-либо чувствовал.

Физически я здесь, мое сердце бьется, но я чувствую себя мертвым.

Я собираюсь оставить Биллу инструкции, чтобы ее выкопали и положили мое тело рядом с ней. Некоторые сочли бы это неэтичным. Мне похуй, что другие думают обо мне. Никто не должен понимать, какой тип любви у нас есть.

Даже после смерти я буду держать свою жену в объятиях, потому что именно там она чувствовала себя в безопасности и именно там ее место. Мы должны были быть вместе вечно, и я собираюсь убедиться, что именно это мы и сделаем.

Краешком заплаканных глаз я замечаю движение и вздыхаю. “ Иди домой, Истон, ” хрипло приказываю я. Я физически устала. Не спал несколько дней и морально истощен. Меня уже накачивали наркотиками и били раньше, и сейчас я чувствую себя слабее, чем когда-либо в своей жизни.

- Я там, где мне нужно быть, - мягко говорит он.

Я отказываюсь позволять своей потере отнимать время у других. Это показало мне, насколько на самом деле драгоценно наше время. Это такое клише, но это правда. “Ты нужен Элли и детям”.

“Моя жена знает, что брат нуждается во мне больше”.

Брат? Это напоминает мне сказать Хайдину и Сейнту, чтобы они сделали его настоящим братом. Он заменит меня.

После того, как я увидел, как ее опускают в землю, мне просто захотелось побыть одному. Я встал и поблагодарил всех за то, что пришли, но им пора было уходить. Затем я увидел всех парней, сгрудившихся у ворот Карнажа, без сомнения, обсуждающих, кому нужно присмотреть за мной. Думаю, Син вытянул короткую соломинку.

Я знаю, что они все начали групповой чат — даже с приспешниками Тая — без моего участия.

Он спит?

Когда он ел в последний раз?

Он покинул морг?

Я заметил сообщения, когда Хайдин навещала Еву, и предложил остаться с ней, пока я приму душ и немного отдохну. Я отклонил его предложение, но все же оторвался от нее достаточно надолго, чтобы посидеть в углу, пока он прощался с ней.

Она словно умирала снова. Наблюдая, как он извиняется за то, что его не было рядом с ней. За то, что их отец сделал с ней. Я ненавидел видеть, как страдает мой брат, зная, что это моя вина. Если бы она не была моей женой, она бы добровольно не пошла в засаду ради меня.

Я стоил нам всего.

Его сестра. Моя жена. Наше будущее.

Я падаю на землю и скрещиваю ноги, когда песня меняется на “Lifetime” с интервалом в три дня. Теперь я понимаю, почему Ева провела так много ночей, сидя у могилы того, кого она считала своей матерью и ребенком. Просто слишком тяжело расставаться с тем, что у тебя могло быть.

Мы должны были быть вместе вечно, и я собираюсь убедиться, что именно это мы и сделаем. Эта мысль наводит меня на мысль, и я поднимаю взгляд на Сина. “Ты можешь мне кое с чем помочь?” С таким же успехом можно было бы дать ему что-нибудь, о чем можно было бы доложить остальным.

“ Все, что угодно. Он кивает, засовывая руки в карманы брюк.

Я поднимаюсь на ноги и смотрю на кучу свежей земли, где лежит моя жена. У нее еще нет надгробия. “На это нужно время”, - сказала мне Дженис. “Я знаю парня”, - заверил меня Билл. Шарлотта помогла мне заказать его, и оно должно быть готово через пару недель.

Я не позволю ей стать такой, как те могилы на кладбище за собором, которые были убиты, похоронены и остались безымянными. Все будут знать, кем, черт возьми, была моя жена и что ее любили.

“ Я вернусь, ангел, - говорю я ей, прежде чем поворачиваюсь к Син. - Пойдем.

СЕМЬДЕСЯТВОСЕМЬ

КАШТОН

Я

сидеть в байкерском баре у черта на куличках. Она всегда приводила меня туда, когда я следовал за ней. Мне нужно было чего-нибудь выпить.

“Iris” группы Goo Goo Dolls играет через искаженные динамики.

- Еще одну, - бормочу я барменше-брюнетке.

- Да, сэр, - тихо отвечает она, беря бутылку.

“Просто отдай это мне”.

Ее глаза с опаской встречаются с моими. - Прости?

“ Бутылку. Я кладу