Последнее лето нашей любви - Лариса Акулова

дочери. Но она пропускает меня мимо, не говоря более ни слова, лишь цыкает. С этим поделать ничего не могу, раз уж она свое мнение сложила обо мне, значит, уже ничего его и не изменит. Только неприятно мне, что чувства, которые совсем недавно были достаточно ласковыми, теперь серьезно изменились в ещё куда более худшую сторону, чем раньше, до нашего с ней примирения.

Я не знаю, что мне делать, как быть. Ведь не смотря ни на что, ценю родительницу. Она у меня одна, другой не будет. И если с женщиной что-то случится, а я к тому времени с ней не примирюсь, то в последствии могу очень сильно пожалеть.

Возможно, все дело в моем возрасте. Сколь разумной я бы не была, юношеский максимализм нет-нет, а проскальзывает временами, превращая меня из серьезной девушки в обыкновенного подростка.

— Эй, ты сегодня снова задержалась, — слышу ломающийся юношеский голос со стороны гостиной.

Кажется, сегодня впервые за долгое время я увижу брата. Он персонаж, конечно, занимательный. Уж не знаю, что это у него за умение, но он умудряется не попадаться мне на глаза месяцами. Учитывая, что последний год я от книг почти не отрывалась, это и не удивительно. Только вот брат и в прошлые года был каким-то незаметным, тихим, как тень, когда находится дома. И поэтому ещё более шокирующим для нас является тот факт, какой балаган он устраивает на улицах, как будто совсем другой человек вселяется, или демон в него.

Я его откровенно не понимаю. Такое ощущение, будто у брата из всех увлечений это только драки и компьютерные игры. Он ни книги не читает, ни спортом не занимается, даже сериалы, насколько мне известно, да и вообще телевизор, никогда не смотрит. Разве себя ведут так самые обыкновенные подростки? Тем более мальчишки, которым все на свете должно быть интересно. А это амёба какая-то, а не парень. Еще больше меня шокирует, что при таком странном поведении и образе жизни у него отбоя нет в воздыхательницах.

Вот и сейчас одна из них сидит у него на коленках, расслабленно привалившись своей хрупкой спиной к груди парня.

— Это еще что такое? — пораженно замираю в дверях.

То есть, получается, что меня мать обвиняет в раз-врате, а этого мальчишку даже в собственном доме не пожурила? Где справедливость?

Внезапно злость поднимается во мне бурей. Не могу сдержаться, подхожу к парочке. За руку тяну девку, заставляя её встать с теплого местечка.

— Иди домой. Как там тебя зовут? Без разницы. Пошла вон! — встряхиваю ним-фетку, возвращая из мечт в реальный мир.

Брат тоже с места подхватывается, пытается оттащить меня от своей пары, но у него не удается. Я же тем временем успеваю дотащить вначале девчонку до коридора, затем и до двери. Выставляю её, захлопывая. А после отправляюсь к матери.

Пора нам с ней серьезно поговорить о поведении брата.

Глава 25. Нина

Ссоры и крики не стихают в нашей квартире еще долго. Несколько дней нет спокойствия, каждый из членов семьи пытается отстоять свою точку зрения. Брат утверждает, что его здесь никто не любит, я припоминаю о том, что мне самой мать высказывает регулярно о благочестии, а вот родительница выходит из схватки победительницей, поставив нас, своих детей, на место простыми словами:

— Пока вы живете здесь, под моей крышей и за мои деньги, я подобных ссор не потерплю, — высказывается она максимально ясно не давая нам и пикнуть. — Если кто-то из вас считает себя выше моих настоятельных просьб, то придется доказать, что уже взрослый. А это значит работать пойти. Нина, ты и так скоро уезжаешь, незачем перед дорогой и долгой учебой себе нервы мотать. А ты, сыночка, — последнее слово произносит недовольно, — еще несколько лет со мной жить будешь. Так что не советую тебе портить отношения с той, кто кормит, одевает и жильем обеспечивает. Больше никаких девиц фривольного поведения чтобы тут не было. Не позорь мать перед соседями.

Парень стыдливо притупляет глаза, но я ничуть не верю в его раскаяние, ведь это не первая наша с ним ссора. Такое уже бывало, просто не с подобным размахом, что даже мама вмешалась. Я же соглашаюсь с ее мнением, надо быть благодарной за то, как она о нас заботится.

На этом наше противостояние отчасти заканчивается. Удивительно, но брат и правда начинает вести себя тише. Я же тешу себя надеждой, что до моего отъезда это его поведение сохранится. Вещи я уже начинаю собирать. Оказывается, очень тяжело делать это впервые в жизни. Пусть их и немного, но каждую одежку, каждую тетрадку, каждый предмет косметики я воспринимаю как частичку своей души. Сложно что-то от своей души оставить дома на долгое время без меня. Поразительно, но оказывается, что целых восемнадцать лет жизни может поместиться в одном чемодане, притом не слишком большом. В отдельную сумочку я складываю документы: билет на поезд, свидетельство о рождении, пенсионный полис, медицинский тоже, паспорт, аттестат о среднем образовании, который надо будет донести в приемную комиссию, а также дополнительные фотографии для личного дела в университете. Отдельно кладу деньги — все свои накопления и подарок от мамы. Надо будет их хранить максимально долго, на черный день так сказать, мало ли что случится, не хотелось бы без копейки остаться в случае экстренной ситуации.

— Это ты правильно поступаешь, — мама заглядывает ко мне в комнату как раз в тот момент, когда я кладу наличные в конверт.

— Как только доберусь до Москвы, открою счет в банке и оформлю себе дебетовую карту. Так будет меньше шансов, что деньги пропадут, — этот вариант я уже давно обдумала, понимая, что жизнь в столице куда опаснее, чем в нашем крошечном городке. — Да и переводы таким образом проще делать.

— Хорошо, молодец, — похвалу от мамы редко слышу, потому улыбаюсь довольно.

Она же тем временем проходит в спальню, садится на краешек кровати, прямо на потрепанное покрывало, рядом с чемоданом. Проводит рукой по верхнему слою из футболок и шорт.

— Даже и не знаю, как это я решилась тебя отпустить, — смотрит мне в глаза, произнося эти слова. — Я понимаю, что между нами никогда не было близости настоящей, как у матери с дочкой, но этим летом, кажется, все изменилось. Или же я ошибаюсь?

Мотаю головой, отрицая. Отношения и впрямь потеплели.

— Именно поэтому я не хочу тебя теперь отпускать. Вдруг что случится, а меня не будет рядом? Так волнуюсь сильно, что