Мой любимый Клон - Анна Кривенко

Пока она выходила поговорить с одним из них, я медленно одевался и думал.

Может попытаться сбежать? Угнать какой-нибудь шлюп и просто рвануть в неизведанные дали? Впрочем, если у меня действительно осталось всего пару недель, то я скорее всего умру в дороге. Но ведь это лучше, чем попасть в руки истязателям?

С каждым мгновением во мне крепла решимость, хотя в глубине души я не верил, что удастся украсть судно и остаться в живых. Скорее всего меня подстрелят где-то в ангаре: зоннёнское оружие было мощнее и точнее иширского, а воины долгожителей отличались невероятными навыками. Но такая смерть была в разы лучше разложения заживо, которое мне обещали последующие пара недель…

Когда бежать? Прямо сейчас неблагоразумно, нужно покинуть лабораторию и попасть поближе к ангарам.

Кстати, походу своих размышлений я заметил еще одну странность: в моей голове возникало чёткое представление о том, где именно в зоннёнском звездолете находятся ангары. Я точно знал схему расположения вообще всех отсеков, кроме оружейного. Словно однажды тщательно изучал карту…

Впрочем, это был не я, а мой прототип…

Тот самый, которого похитили…

Интересно, откуда у него столько познаний о зоннёнах вместе со знанием их языка? Кто из иширцев в принципе мог бы похвастаться подобным?

Пока я размышлял, дверь в соседнюю комнату открылась, и в проходе появилась Тина Хайроу…

Я почувствовал ее пристальный взгляд еще до того, как увидел. Сердце дернулось в груди, а глаза жадно пробежались по идеальной фигуре девушки.

Она была очень хороша. ОЧЕНЬ! Идеальные формы тела, без единого изъяна лицо… Как такая красавица может служить каким-то там офицером полиции? Ей нужно на подиум, в актрисы…

Впрочем… какое мне дело?

У меня нет времени даже поболтать с ней как следует, хотя…

Я вспомнил наш последний разговор и ее… совершенно беспечное обещание: «Как только вернемся на Ишир, я выполню любое твое желание…»

Помимо отчаянного желания жить или же достойно умереть, я жаждал… её. Да, осознал это только сегодня перед угрозой скорой утилизации. Желание наглое, жадное и совершенно неуместное, но…

Я не могу от него отказаться! Просто не могу!!!

Я должен вкусить этот плод прежде, чем покину этот мир, ведь она САМА пообещала!

Совесть отчаянно требовала остановиться, прекратить даже думать об этом, но я отмахнулся и буквально шагнул девушке навстречу.

— Если ты собралась оставить меня здесь… по причине непригодности для дальнейшего использования, то… я стану наглым и потребую исполнения своего желания в любом углу этой посудины — на твой выбор…

Она замерла, переваривая мои слова. В глазах плескалось изумление. Кажется, она готова была мне отказать, но потом вдруг загадочно улыбнулась и поманила за собой, уходя прочь из лаборатории…

Глава 19

Поцелуй

За десять минут до этого…

Я и Лукас неторопливо двигались вдоль коридоров зоннёнского флагмана в полной тишине.

Ментальные щиты я держала очень крепко, стараясь не выдать своего странного смятения. Всё происходящее казалось просто сном, который обещал вот-вот закончится.

Дело в том, что я едва ли не впервые в жизни не знала, как правильно поступить. Меня раздирало от противоречивых ощущений. С одной стороны я видела ненормальную симпатию к парню, плетущемуся позади, с другой осознавала, что в каком-то смысле хочу его использовать. Использовать для того, чтобы получить разрядку собственному напряжению, скопившемуся за это время и усиленному встречей с бывшим женихом.

При воспоминании о самоуверенной физиономии Ниэллина меня откровенно корёжило. За мной он прилетел, видите ли! Да кому нужно твое внимание, индюк недоделанный!

Однако на сердце было неспокойно, и это был плохой знак. Знак того, что прошлое до сих пор причиняло мне боль. Я до сих пор злилась на похотливого наречённого, была раздражена на другого парня, который тупо меня использовал и бросил, как тряпку на помойке… Мне тяжело было окунаться в произошедшее даже мысленно, и Лукас мне виделся этакой отрадой, которой хочется воспользоваться здесь и сейчас. К тому же, он и сам этого жаждет, так почему бы и нет?

Тряхнула головой, разрываясь на части.

Нет, это низко. Но ведь я ему уже пообещала…

В таком растрепанном состоянии мыслей мы свернули в узкий коридорчик, оканчивающийся декоративным тупиком. Этот тупичок представлял собой совсем небольшую комнату без дверей — округлую и уютную, в которой стояли несколько бесформенных кресел и столик между ними.

Место отдыха.

Зоннёны обожали устраивать такие уголки по всем уровням звездолета. Здесь минимализм сочетался с ярким цветовым контрастом, потому что стены комнатки были серыми, а мебель ослепительно белой, а в небольшой стеклянной тарелке на столе лежали зоннёнские фрукты.

— Посидим немного… — предложила я, чувствуя страстное желание хотя бы на мгновение вытянуть ноги. Стресс зашкаливал…

Плюхнулась в кресло, но оно показалось мне немного мелковатым, и я отдала мысленный приказ мебели трансформироваться в небольшой диванчик. Совершенно беззвучно границы бесформенной конструкции раздвинулись, создавая новомодный и очень комфортный дизайн.

Я действительно развалилась на нем, вытянув ноги. Закрыла глаза и попыталась вообще ни о чем не думать. Прийти в себя, найти выход…

Тихий шорох слева и движение воздуха сообщили, что Лукас пристроился рядом, придвинувшись совершенно вплотную. Я удивилась. Неужели он хочет исполнения своего желания прямо сейчас? Он с ума сошел!

Кстати, я так и не сказала ему, что срок его жизни увеличился.

Проклятье, как же об этом говорить-то? Мне жутко неудобно, ведь эта такая деликатная тема. Как сообщить парню, что он проживет не год, а полтора, например? Так себе радостная новость…

Сердце защемило от сострадания. Такой молодой, такой живой и разумный… Умеющий чувствовать боль и страх, являющийся полноценной личностью… Разве справедливо то, что он должен погибнуть так скоро?

Кстати… если попытаться натянуть на себя его шкуру, то становится понятым, почему ему не терпится добраться до моего тела… Я сама дала повод, а ему отмерено так мало…

— Тианна! — голос Ниэллина, раздавшийся совсем рядом, ударил по моим органам чувств, словно взрывной волной. Я вздрогнула и, не сумев скрыть растерянности, открыла глаза.

Зоннён, сверкая нашивками командира военного подразделения, остановился в проходе зоны отдыха. Выглядел отменно, впрочем, как всегда. Успел даже переодеться с нашей последней встречи. Красуется, что ли?

Его золотые волосы были аккуратно собраны и заплетены в фигурную косу, гладкое бледное лицо с острым подбородком источало открытое недовольство.

— Тианна! Кто это? Как он смеет находиться