Самый (худший) лучший муж - Ольга Белозубова

Не, он точно не ко мне.

Я снова посмотрела на камеру. Эх, разумеется, последние секунды я снимала уже внутренности сумки. Приходится в энный раз поставить видео на паузу. Интересно, мне удастся склепать более-менее четкое «кино» из того, что удалось снять, или все зазря?

И тут произошло то, чего я никак не ожидала. Элитный экземпляр подошел... ко мне. О, этот взгляд. Цепкий, уверенный, оценивающий. Такие привыкли брать что хотят и идти дальше. Знаю, потому что приходилось с ними работать.

Он лениво заскользил по мне взглядом, нацепил на лицо улыбку:

— Добрый вечер, почему такая милая дама скучает одна?

— Добрый, — пробурчала я. — Простите, но дама не скучает и в компании не нуждается.

Всем своим видом постаралась дать понять, что мне не нужна компания, даже отвернулась.

Не тут-то было. Мужчина усилил напор, как сосед с перфоратором ранним утром. Честно, я даже не запомнила, что говорила ему дальше — все мое внимание оказалось приковано к Варданяну, который резко встал. И Люба вместе с ним.

«О не-е-ет», — мысленно застонала я. Это же такая возможность снять их в полный рост пропала!

— Отказов вы не принимаете, да? — зло прищурилась я, обращаясь к приставаке.

— Вы все верно поняли, — развел руками он.

Краем глаза я заметила, как Варданян схватил Любу за руку и повел ее к выходу. Ну все. Сняла полюбовничков, называется. А если из уже снятого видео будет ничего не понятно? Значит, плакало мое нормальное увольнение?

И все из-за этого хозяина жизни! Конечно, ему невдомек, что тут судьба человека решается, ему вынь да положь красну девицу на устеленное розами ложе. Тьфу!

В груди собирается огромный серый клубок, из которого вырываются мелкие молнии. Меня начинает потряхивать, и вдруг этот обалдуй тянет ко мне свои лапищи.

Ну, паразит, ты мне за все ответишь!

Честно, я сама не знаю, как это произошло. Вот вроде сидела на стуле с лимонадом в руках. Раз — и вода с листьями мяты уже у него на штанах под мой восклик:

— Охладите свое добро!

А следом рядом вырастает высокий мощный мужчина в черном — похоже, охранник.

Не дай бог камеру отберет! В ушах начинает шуметь, и я перестаю слышать музыку — лишь удары собственного сердца.

Я что-то сказала приставале, потом охраннику, схватила сумочку и помчалась к туалету.

Господи, только бы пронесло, только бы он подошел не потому, что заметил камеру!

Я провела в туалете неприлично много времени. Двери открывались и закрывались, а я все стояла и смотрела на себя в зеркало.

В конце концов с опаской высунула нос наружу и стрельнула взглядом в сторону барной стойки. Фух, никого.

Я скрестила пальцы на удачу и медленно вышла в зал. Конечно, Варданяна внутри уже не оказалось. Оставалось надеяться, что хватит того материала, что успела снять.

Я двинулась в сторону выхода и вдруг встала как вкопанная.

Слева от меня за одним из столиков сидел... Егор. С той самой девицей, которую я увидела, выйдя из лифта в день, когда помчалась домой с проверкой после сообщения от соседки.

Внутри все стянуло ледяной коркой. В следующую секунду я дернулась, и глыба льда рассыпалась на мельчайшие крошки. Как и моя любовь.

Егор чуть ли не сиял от удовольствия, крепко обнимая эту курицу. Меня они, разумеется, не видели — были слишком поглощены собой. А в следующую секунду мой жених потянулся к ней и накрыл ее утиные губы поцелуем.

Сначала была тишина. Просто ступор, словно я врезалась в бетонную стену, и меня оглушило. Даже громкая музыка и басы перестали долетать до моего воспаленного сознания.

— За что? — одними губами прошептала я, продолжая наблюдать, как Егор целовал эту курицу. И хотела бы не смотреть, но отвести взгляд никак не получалось.

С полминуты, а точнее вечность, они не желали отлипать друг от друга, а потом это наконец произошло, и Егор открыл глаза.

Знаете, куда он смотрел? Прямо на меня. Жених узнал меня, даже несмотря на маскарад.

Клянусь, он побледнел. Нет, я не видела наверняка — слишком темно было в помещении, просто ощутила это каждой клеточкой своего тела.

Мой уже бывший жених встал с места, отодвинув от себя блондинку, и что-то ей сказал.

И двинулся ко мне.

О нет! Да, я, как самая настоящая трусливая трусиха, сбежала. Припустила из клуба с максимальной скоростью, на которую только была способна, потому что не хотела, чтобы этот подонок видел мои слезы.

Выбежав из здания, я начала озираться и увидела, как в только что подъехавшее такси собирается садиться молодая девушка.

— Стойте! — заорала я ей, и она услышала. — Пожалуйста, уступите машину мне!

Она округлила глаза и замотала головой, а я подошла ближе и уже тише в отчаянии прошептала:

— Пожалуйста, я вас очень прошу!

Девушка нахмурилась, раздумывая, а затем кивнула.

Я не стала мешкать и прыгнула на заднее сиденье. В тот момент, когда закрывала дверь, услышала голос Егора:

— Элина, стой!

Поздно, такси уже увозило меня из его жизни. Всю дорогу до дома родителей меня раздирал на части единственный вопрос: зачем он сделал мне предложение?

* * *

— Марат Саркисович, так вы договорились? — склонив голову набок, с улыбкой повторила я вопрос после того, как он досмотрел видео, где миловался с Любой в клубе. — Думаю, Татьяна будет весьма огорчена, если узнает, чем занимается ее дражайший супруг за ее спиной.

Варданян метнул в меня полный ненависти взгляд и тихо прошипел:

— Сука!

«А то, — мысленно ухмыльнулась я. — Если довести, то та еще...»

— Удали видео при мне. Только тогда получишь и рекомендации, и премию, и все полагающиеся тебе выплаты.

— В этом нет никакого смысла, Марат Саркисович. Видите ли, в моем телефоне не единственная копия этого занятного кино. Захотелось подстраховаться. Ну, вы понимаете.

О, он понимал, судя по его озверевшему виду. И придушил бы меня голыми руками в своем кабинете, будь его воля.

— Так вы согласны?

— Согласен, — гробовым тоном подтвердил будущий бывший босс.

* * *

Я ехала в такси за вещами к Егору, постоянно прокручивая в голове наш с ним будущий разговор.

Впрочем, горевать по мне он точно не станет, его было кому утешить.

«Не жди чудес», — вспомнились слова Галины.

Ну, как же не ждать? Чудо все-таки произошло, правда, другого толка. Чудо, что я как идиотка столько лет не замечала того, что