Самый (худший) лучший муж - Ольга Белозубова

Марк вовсю улыбается, и я вынужденно признаю, что у него чертовски красивая улыбка. Его лицо будто сразу преображается, становится мягче и притягательнее. Хотя куда уж притягательнее... Что ни говори, а мой будущий муж, на мой взгляд, крайне привлекательный мужчина. Понятно, почему на него вешаются девицы.

— Еще мне кажется, что Елизавета Карловна вызовет меня на разговор в стиле «между нами, девочками». Нужно что-то такое, чтобы она поняла и поверила, что мы очень близки. Что-то личное, известное не каждому. Тяжелая артиллерия, в общем.

— Тяжелая артиллерия, значит? — барабанит пальцами по столу Марк, замолкает и не произносит ни слова с минуту.

Затем вскидывает на меня взгляд и уверенно заявляет:

— Будет тебе артиллерия тяжелее некуда. Значит так: я безумно в тебя влюблен, это вроде как не секрет. Ты до моей командировки застала меня с другой. Ну, например, увидела, как я обнимаю какую-то девушку. Собрала свои вещи, чтобы уйти, потому что решила, что изменяю, но я объяснил, что это сестра моего друга Богдана, и попросил, — он делает ударение на этом слове, — тебя не уходить.

— И все? — с сомнением вопрошаю я.

Как-то странно... Ума не приложу, почему это должно произвести впечатление на Елизавету Карловну?

— Все, — кивает Марк. — Запомнила? Именно так: просил не уходить. Этого будет более чем достаточно, поверь. Мать приедет к восьми. Если отпущу тебя в три, тебе хватит времени?

Вот, так-то лучше. Теперь есть шансы справиться.

— Думаю, да.

— Отлично, — Марк откидывается на спинку рабочего кресла. — Все, свободна. И не забудь о своей постоянной задаче: бесить мою мать.

Киваю и разворачиваюсь, чтобы вернуться к работе, однако в последний момент все же не выдерживаю и интересуюсь:

— Почему ты не спрашиваешь о Егоре?

— Элина, — ухмыляется Марк, — я уже узнал все, что хотел, и даже больше. Если мне что-то нужно, я всегда этого добиваюсь, запомни.

Глава 17

Элина

— Мать моя женщина... — произношу я и округляю глаза, открыв план дома Марка.

Поджимаю губы и мысленно мечу в женишка молнии. Офигеть он придумал — за час выучить вот это вот все!

Это же не дом, а дворец, в котором запросто сможет разместиться целый цыганский табор. Вместе с лошадьми.

Никогда не понимала такой любви к гигантомании. Ну сколько пространства нужно одному человеку, даже если брать по максимуму? Явно не то количество квадратных метров, что принадлежит Вильману.

Так и представляю, как он одиноко бродит по дому, приложив ладони ко рту, словно рупор, и кричит «Ау!», а отзывчивое эхо разносит его голос.

Мало того, что основное здание — двухэтажная громадина, так на территории имеется и открытый бассейн, и отдельно стоящий гостевой домик, и сауна, и зона барбекю, сад с небольшим прудом и даже... конюшня! Это не говоря уж про подсобные помещения.

Очень надеюсь, что ремонт не в таком же стиле, как у Елизаветы Карловны. Страсть как не люблю всю эту королевскую изысканность, позолоту и лепнину. Чувство, будто находишься в музее. Как по мне, в таких домах холодно, пусто и неуютно.

Ну да ладно, что б я понимала в роскоши. Как говорила любимая бабуля: «Не жили богато, нечего и начинать».

Хорошо, что Марк догадался вложить и фото сестры своего друга. Красивый белокурый ангелочек, к такой и правда немудрено приревновать.

Сдается мне, будь он моим мужчиной на самом деле, моя ревновалка перегорела бы от чрезмерной активности уже через неделю. Нет уж, бабники — история пройденная, снова наступать на эти грабли я не имею никакого желания.

Снова и снова просматриваю план и по дороге к Марку. Интересно, мои вещи уже перевезли? Надо будет перестирать их все.

У ворот меня встречает представительный подтянутый мужчина лет сорока пяти с орлиным носом. Темные, как вороново крыло, волосы и почти такие же темные глаза. Строгий костюм и не менее строгое выражение лица — как у учителя во время экзамена. Меня аж оторопь берет.

— Игорь Константинович, управляющий, — представляется мне он и приглашает внутрь.

Почти час я безуспешно пытаюсь вместить всю ту информацию, которой он так щедро делится со мной. Однозначно не упомню все. Впрочем, согласно легенде, я живу тут всего две недели, так что вполне смогу сослаться на забывчивость.

После того как мы изучаем всю территорию, Игорь Константинович представляет меня Марии Олеговне, экономке. И начинается новая экскурсия — уже по дому.

Хвала богам, Вильман — поклонник современных решений в отделке жилища, никаких вам финтифлюшечек и завитушечек.

Вскоре мы поднимается на второй этаж, и я узнаю, что мои вещи уже привезли и подняли в спальню, которая находится прямо по соседству со спальней Марка.

Следующие полтора часа превращаются в сплошную карусель из комнат, раскладывания моих вещей то тут, то там, и каких-то объяснений и рассказов. Я чувствую: еще чуть-чуть, и моя бедная голова попросту взорвется.

«Вильман, ты свинья! — корю я будущего мужа на чем свет стоит. — Ну кто так делает, а? Это невозможно — запомнить все и сразу!»

Я бросаю взгляд на часы: еще целых полтора часа до визита Елизаветы Карловны. Решаю позволить себе выпить чашку чая и разложить полученные знания по внутренним папкам.

Прошу Марию Олеговну проводить меня на кухню и устраиваюсь на стуле. Однако успеваю сделать всего глоток какого-то божественного на вкус чая, как входит Игорь Константинович.

— Елизавета Карловна уже ожидает вас в гостевой комнате.

Глоток чая попадает не в то горло, и я громко закашливаюсь.

В смысле ожидает? Еще слишком рано, она должна была приехать как минимум через час. Я ведь даже переодеться не успела.

Вот мегера!

Надеюсь, Марк не сильно опоздает. Как бы после часа наедине с ней от меня не остались одни рожки да ножки... С нее станется придушить меня диванной подушкой и сказать, что это такой перформанс.

Ладно, все равно делать нечего, я смиренно вздыхаю и топаю за управляющим.

Достаю из загашника боевой настрой, надеваю на лицо улыбку и вплываю в комнату, где меня ждет будущая свекровь.

— Здравствуйте, Елизавета Карловна, что-то вы рано, — смотрю на часы, — мы ждали вас позже.

Госпожа Вильман поднимает подбородок и сканирует меня взглядом сверху донизу.

— Здравствуй, Элина, — наконец недовольно выдает она.

Я присаживаюсь в кресло напротив и складываю вспотевшие ладони на колени.

— Может, чаю или кофе?

— Благодарю, не нужно. Я не просто так приехала раньше, как ты понимаешь, — прищуривается Елизавета Карловна. — Хотела поговорить с глазу на глаз.

Ох,