Самый (худший) лучший муж - Ольга Белозубова

— Вот как? — хмыкает Элина, качая головой и поджимая губы. — Потом еще и наше расставание... Я же верно понимаю, что виноватой ты выставишь меня, а себя несчастным влюбленным, которому разбили сердце? А теперь представь, какой это будет для них удар. Они старой закалки, им важно, что скажут люди. Я не прощу себя, если с ними что-то случится.

Она вздыхает и встает с места.

— Прости, что-то нет настроения. Я пойду.

Дверь балкона закрывается за ней, а я так и остаюсь сидеть, переваривая ее ответ.

Она удивляет меня второй раз за вечер. Что за странная женщина... Нет бы о себе подумать, а она о родителях и братьях-сестрах печется.

Мы не отвечаем за эмоции и реакции других людей. Элине пора повзрослеть и понять это. Если бы я переживал, к примеру, о том, что чувствуют те, кого я уволил или выпихнул с рынка, давно бы обанкротился.

Есть и еще одна странность. Она явно не хочет брать от меня деньги. Почему? Что с ней не так?

Гоняю эти мысли по кругу, однако ответа так и не нахожу. Пора признать: она для меня загадка. Впрочем, смысла ее разгадывать не вижу.

Через десять минут я поднимаюсь с кресла и захожу в спальню.

Элина сидит на кровати спиной ко мне. Как только слышит звук двери, поворачивается и видит, как я начинаю медленно расстегивать рубашку.

— Что ты делаешь? — округляет глаза она и резво вскакивает.

На ней коротенькая белая футболка, которая никак не мешает увидеть стройные ноги. Я скольжу по ним взглядом, а потом выдаю:

— Как что? Раздеваюсь, чтобы лечь спать.

— Ты будешь спать здесь? — громким шепотом интересуется Элина, сверля взглядом мою голую грудь, при этом ее щеки начинают розоветь.

— Вообще-то, это моя спальня, если ты не забыла.

— Но тут же одна кровать!

Я кошусь на монстра размера king size и не понимаю сути ее претензии. Тут, кроме нас двоих, с комфортом разместятся еще пара человек.

— Ты спишь поперек кровати?

— Н-нет...

— Тогда не вижу проблем.

— Может, я лучше пойду в свою спальню? — чуть не молит Элина.

«Да что с тобой, женщина?» — мысленно воздеваю я руки к небесам.

— Элина, я не посягаю на твою честь, — со смешком выдаю я. — Мать должна верить, что мы спим вместе. Ладно, я в душ. Ложись спать.

Элина продолжает переминаться с ноги на ногу, явно нервничая.

— Да не трону я тебя, спи уже!

И направляюсь в ванную комнату.

Когда выключаю воду и выхожу из душа, слышу в комнате какое-то шебуршание, однако стоит мне открыть дверь ванной комнаты, звук стихает.

Я выхожу и невольно качаю головой: Элина лежит настолько с краю, что при малейшем движении попросту навернется с кровати.

Пожимаю плечами, ложусь на свою половину и начинаю закипать. Можно подумать, я тут на ее телеса претендую. Стоит мне только пальцем щелкнуть, и любая радостно сама запрыгнет в койку. А эта королева нос воротит, будто я вонючий бомж.

«Больно надо...» — засыпаю с этой мыслью.

Просыпаюсь от того, что в нос проникает какой-то нежный фруктовый аромат. М-м-м.

Странно, обычно мое постельное белье не пахнет так сладко, так вкусно, так притягательно... Принюхиваюсь и открываю глаза. Темно.

Оказывается, я лежу на правом боку и собственническим жестом обнимаю Элину, сграбастав ее в объятия и уткнувшись в ее шею носом. Так вот что это за запах. Ее запах.

Как я вообще оказался на ее половине? Еще решит, что я с голодного краю.

Аккуратно поднимаю левую руку, чтобы отодвинуться, и у меня это даже получается — переворачиваюсь на спину. Осталось вытащить правую руку из-под ее головы.

Однако в следующий миг она мычит что-то сквозь сон, разворачивается ко мне и кладет голову мне на плечо, а ладонь — на грудь. Секунда, она забрасывает на меня и ногу.

Вот это скромница, которая несколько часов назад жалась к краю кровати!

Ладно, чуть позже выберусь из ее объятий, не будить же ее.

«Через минуту», — лениво скользит в голове последняя мысль перед тем, как я снова отрубаюсь.

Глава 19

Элина

Мне уютно и комфортно. А еще сладко и тепло-тепло, даже глаза открывать не хочется. Выспалась на славу!

Делаю над собой усилие и приподнимаю правое веко.

Рот сам собой открывается, остатки сна улетучиваются как и не бывало.

Я смотрю на свою ладонь, что лежит на груди Марка, перевожу взгляд на его гордый профиль и в полном шоке пытаюсь понять, как так вышло, что мы умудрились встретиться на этой бескрайней кровати.

Получается, уютно мне было оттого, что изволила почивать на его плече.

Замираю, изучая его лицо. Вон, щетина пробивается, впрочем, она его совсем не портит, наоборот. И запах... Тихонько тяну носом, наслаждаясь тем, как одуряюще пахнет Марк. Вот бы еще и характер ему такой же.

Сразу вспоминается вчерашний вечер и все его слова.

«Серая жизнь обычных людей».

«Последнее слово всегда за мной».

«Если мне нужно, я так и сделаю». Читай: и мне все равно, что у тебя другое мнение.

Почему всегда так? Стоит мне только немного забыться, как он тут же спускает меня с небес на землю. Да, пусть мои родители не богатые, пусть простые, но лучше уж так, чем безосновательный снобизм Елизаветы Карловны.

Впрочем, Марк недалеко ушел от матери, он попросту не видит человека ни в моих родителях, ни тем более во мне. Ему нужно, ему важно, и точка, хоть трава не расти. Пофиг ему на чувства других.

И это очень, очень плохо, что меня к нему тянет как к мужчине. Это многократно усложняет задачу.

Ничего, выстою. Главное — не обольщаться, помнить, с чего все началось, и держаться от него подальше. Я уверена, Марку хватит полугода, чтобы наиграться и отправить меня восвояси.

Пусть спишет мой долг, и я с превеликим удовольствием забуду и его, и все, что с ним связано. Ну правда, стал бы нормальный адекватный человек спускать на меня всех собак, то есть вешать многомиллионный долг? Нет. Вот и помни об этом, Элина.

Держаться подальше — пожалуй, с этого и начну. Потихонечку поднимаю ладонь с его груди. Затем убираю с его плеча голову и неловко двигаюсь к краю кровати.

Марк дергается во сне, и я ежусь. Еще скажет, что пристаю или навязываюсь, с