Самый (худший) лучший муж - Ольга Белозубова

И сочувственный взгляд бабы Нюры отказывалась замечать. Она жила по соседству до того, как продала квартиру.

— Деточка, ты подумай хорошенечко, — сказала она мне через месяц после того, как я переехала к нему. — Ты вон какая славная да ладная, а из ентого шалопая ничего путного не выйдет, помяни мое слово.

«Ну как это не выйдет, — распрямила тогда я грудь. — А я на что?»

И подружки, которые почти все как одна утверждали, что не мог Егор ездить по встречам с клиентами в то время, когда ездил.

«Завидуют. Ошибаются», — верила я тогда, ведь мне так хотелось семью — такую же, как у мамы с папой...

Вот и закрывала глаза, к тому же Егор так меня любил, так часто говорил об этом! Дозакрывалась. Теперь бы и рада закрыть их снова, чтобы не видеть, во что сама, своими руками, превратила свою жизнь, да вот только в глазах словно спички. И ехидный внутренний голосок поет: «Смотри, смотри-и-и-и! Не хотела слышать других, смотри сама. Ну что, поверишь ему? Простишь?»

Э нет. Конечно, мне очень, просто до боли хотелось верить, что все случившееся — страшный сон или ошибка, но разумом я понимала: все кончено.

С бешено бьющимся сердцем я открыла дверь своим ключом и зашла в квартиру.

Сначала мне показалось, что дома никого нет, однако уже через секунду в коридор выскочил Егор.

— Элина, давай поговорим. У меня с ней ничего серьезного. Ну прости меня, это мандраж перед свадьбой накрыл, ну правда! Я ее в первый и последний раз в жизни видел, клянусь!

— Вот как? — поморщилась я. — Странно, а я видела ее выходящей из твоей квартиры.

Нет, на самом деле я застала ее у лифта, но это ничего не меняло.

— Ты не... ты... Ты что, следила за мной? — прогремел Егор.

А меня пробило на нервный смех. Я двинулась в зал, достала чемодан и начала кидать в него свои вещи.

«Во как. Лучшая защита — нападение», — бушевала про себя. Еще и виновата осталась, что посмела их величество поймать на горяченьком.

Егор попытался меня остановить, схватил за руку.

Я отдернула ее, шикнула:

— Отпусти, скотина!

И Егора понесло:

— Ты сама виновата! Вечно приходишь с работы уставшая, отказываешься со мной гулять и общаться. Ужинаешь и спать заваливаешься, как пенсионерка дряхлая!

— Я за нас двоих пахала, чтобы свадьбу оплатить! — с болью в голосе попыталась оправдаться я.

— И что? У нас секс вообще когда был в последний раз, а?

— В смысле? — опешила я. — Ты же сам последние пару недель был не в настроении.

Егор подвис, а затем продолжил наступление:

— Логично! Ты себя в зеркале видела? Волосы вечно прилизаны, никакого макияжа, обычные футболки...

У меня задрожали руки. Как он мог? Человек, который позвал меня замуж, теперь сыпал такими больными, унизительными словами...

— Зачем ты меня замуж позвал, а? — тихо спросила я. — Только честно.

Егор скрестил руки на груди.

— Честно? Будет тебе честно, — усмехнулся он. — Ты удобная, Элина.

Я готова была выдрать из груди сердце, лишь бы не было так мучительно больно. В горле образовался огромный колючий ком, и я открыла рот, но оттуда не раздалось ни звука.

Тогда я склонилась над чемоданом и начала его застегивать. Медленно-медленно, как будто эти лишние секунды могли хоть как-то помочь и придумать достойный ответ.

Странно, но в голову ничего не шло, слишком душила жгучая обида.

Я выпрямилась и посмотрела Егору прямо в глаза.

— Остальные вещи заберу завтра днем, буду рада, если в это время тебя тут не будет. Ключи оставлю в коридоре. Прощай.

И я покатила чемодан к двери, старательно сдерживая слезы.

Уже у выхода услышала за спиной голос Егора:

— Стой!

В груди защемило. Неужели будет уговаривать остаться?

— Что? — развернулась я к так любимому до сегодняшнего дня парню.

— Верни мне кольцо, — кивнул он на мой безымянный палец, где красовалось подаренное им украшение.

По щекам все же потекли слезы. Я начала снимать кольцо, но этот кусок металла, словно назло, никак не хотел слезать с пальца. Я с силой крутила ненавистный мне кругляш, и в конце концов он поддался.

— Подавись! — швырнув кольцо Егору в лицо, я закрыла за собой дверь.

Глава 16

Элина

Я сижу на рабочем месте, нервно постукивая заточенным карандашом по столу. Жду явления босса народу, то есть мне.

Уныло обозреваю рабочее пространство в поисках спичек. Спичек для мозгов. Ну а что, если можно вставить спички в веки, чтобы они не закрывались, сделали бы такие же и для серого вещества — чтобы запустить процесс активного перехода от слов к делу. Потому что на данный момент вместо дел в голове крутится лишь карусель мыслей о прошлом, и та скрипит и заедает. Оно и понятно, почти всю ночь провалялась без сна.

Ох, сдается мне, Вильман не отстанет, вытрясет душу, чтобы выведать животрепещущие подробности моего расставания с Егором. Ну, и устроит взбучку за то, что захлопнула дверь перед его венценосным носом.

А я вот возьму и не расскажу ему. В конце-то концов, имею право, так ведь? Если даже для судьи «не сошлись характерами» — весомая причина, то придется и Марку удовлетвориться ею же.

Для себя я закрыла эту тему через несколько дней после расставания с Егором — после того, как только ленивый не посмотрел на меня полным сочувствия взглядом, похлапывая по плечу. Мол, ничего, Элиночка, какие твои годы, и на твоей улице грузовик с достойными мужчинами перевернется.

Это не говоря уж о взглядах «я же говорила» и «это было понятно с самого начала».

Еще и сообщения Егора подливали масла в огонь моих стенаний.

«Вернись, я все прощу» сменились на «дура, сама виновата».

На третий день, когда я рисковала залить соседей с нижнего этажа своими слезами, папа не выдержал и поехал поговорить с ним по-мужски. Не знаю, о чем они беседовали, но после этого Егор оставил меня в покое.

Зато удвоился поток успокоительных речей от окружающих.

На четвертый день меня так достало это все, что я не выдержала и ожидаемо взорвалась. Попросила всех сделать вид, что никакого расставания не было, как и самого Егора, пора перестать реветь и двигаться вперед.

— Элина, зайди ко мне! — громыхает Марк, вырывая меня из мысленного потока.

Он пролетает мимо меня, словно истребитель. Вжух, и дверь в его кабинет закрывается.

Ни здрасте вам, ни «как спала,