Эпатажная белошвейка. Береги панталоны, Дракон! - Эмили Гунн

— Кто??

— Не суть важно! — оставила я за Мшастиком его инкогнито. — Я самодостаточна, лерд дракон. И сама решаю… э-эм… нужно ли мне сопровождение, — вспомнив, что открыто Игнатрион мне протежирование не предлагал, обтекаемо обозначила я свой отказ от его дальнейших услуг.

— А я и не сопровождаю. Я просто иду рядом, — не знаю, какие выводы из моих завуалированных речей сделал мужчина, но глянул он на меня очень уж пронизывающе.

Мы прошли мимо хлебной лавки. Запахло маком, горячим тестом, и я ускорила шаг, подбиваемая жалобным урчанием своего желудка.

— В любом случае ты мне уже помог. И на этом… то есть за это спасибо! — запальчиво выдохнула я. — Но, если ты ждёшь, что я ангажирую тебя еще и на будущее, то напрасно. Я не такая наглая, как мне приписывают. Так что можешь быть спокоен, лерд инквизитор, я не претендую быть спасенной тобой и при следующих проблемах!

— А они намечаются? — издал Игнатрион бархатистый смешок, полоснувший меня сетью мурашек.

— Они… меня преследуют, — скрипнув зубами, призналась я.

Он усмехнулся.

— Так и думал. И мне странно видеть, как человек так яростно защищает свою независимость, не замечая, как её уже начали отнимать.

Я остановилась.

— Это ты о чём? — следовало узнать, не скрывается ли за репликой Игнатриона целый заговор против меня, о котором оповещен в том числе и он.

— О том, как с тобой пытались обойтись, словно ты даже не гражданка, — привел дракон вовсе не тот аргумент, который я собиралась услышать.

Из чего следовало, что либо Игнатрион не в курсе, как основательно меня обложили неприятели. Либо я слишком много о себе думаю, и никакого глобального сговора против меня нет.

— Вот именно, — я резко повернулась к нему. — Если хочешь помочь, начни с того, чтов твоей империи полицмейстеры и инспектора позволяют себе хамство. Они унижают и неприкрыто грубят честным гражданам.

— Инспектора? — пробежала тень по точеным чертам Черного дракона.

— С них и рекомендую начать, — ничуть не смутило меня его изумление. — Проверьте торговых инспекторов, которые душат ремесленников. Вот где настоящая угроза. А не в моей самостоятельности.

Он нахмурился.

А мрачная тень на этот раз задержалась и пролегла у него под глазами.

— Кто именно из торговых инспекторов внушил тебе такую неприязнь? — спросил Игнатрион, сбавив шаг и испытующе заглянув мне в глаза.

Я прикусила губу.

Не потому, что боялась назвать имя Рудорфа. А потому, что знала: если расскажу, это уже будетпросьба о помощи . А я не из тех, кто легко входит в долги.

— Тот, который приходил в мою мастерскую, — навела я туману, пускай и прозрачного. — И вместо того, чтобы оштрафовать поставщика проклятых ниток, подсунутых мне, наложил арест на мой товар.

Ну вот, я, вроде как, и не стала тыкать пальцем в Рудорфа с криками: «Ату его, инквизитор! Ату!»

Однако пищу для размышлений дала.

Но Игнатрион сегодня отчего-то был непреклонен в своем намерении вывести на чистую воду всех моих обидчиков.

— Имя?

— Тебе-то оно зачем? — скользнула я беспечным взглядом по дракону, всем видом показывая, что не настаиваю на решении моих проблем. — Это ведь узконаправленные разногласиями между представителями близких гильдий: Швейной, Торговой, палатой Поставщиков…

Это была провокация с моей стороны. Хотелось понять, насколько Черный дракон равнодушен к действиям нарушителей, не имеющих к нему прямого отношения.

— Потому что, если неназванный тобой инспектор перешёл границу закона, он перешёл границу и моей власти тоже, — упрямо продолжил Игнатрион настаивать на своем. — А это уже личное для дракона.

— Вот, — теперь-то я уже подняла вверх указательный пальчик, направив его в грудь инквизитора. — Именно это-то в твоем любопытстве и пугает, — я посмотрела ему прямо в глаза. — У драконов НИКОГДА ничего не бывает просто так. Ни помощи, ни интереса. И уж тем более, когда вмешательство это совершено по «личным» причинам. А мне не нужно ещё одно могущественное существо, которому я буду обязана по глотку.

Он приостановился.

— Еще одно? Хм, дракон, значит… этот твой инспектор, — выгнул он бровь. — Дай угадаю, отвергнутый воздыхатель?

— Не вы ли, господин инквизитор, давеча обвиняли меня в вульгарном поощрении кавалеров, которые могут помочь мне поднять Швейную лавку? — иронично спросила я, отзеркалив его ухмылку. — А может, вам просто не хватает решимости принести извинения за оскорбительную ошибку в моем отношении?

— А может, это вам просто не хватает человека, который умеет держать слово? — встал он в стойку.

Наверное, я задела его. Получилось ведь, что этим выпадом я обвинила дракона в своего рода трусости.

— Если дам обещание решить твою беду, Марго, — произнес вдруг Игнатрион, прожигая меня темными искрами в вытянувшихся зрачках, — я так и поступлю. И если скажу, что помощь моя будет безвозмездной, таковой она и окажется.

— И что в итоге? Ты покараешь одного нечистого на руку инспектора по слову своей знакомой, — сказала я, указав на себя. — А остальные продолжат бесчинствовать до тех пор, пока их жертвы не сыщут себе могущественного друга? Нет, спасибо, дракон. Как все, так и я.

— Слишком много в тебе яда для дамы, что вышивает пеньюары с ароматом розмарина, — скривил он губы.

— Я вышиваю их, добавляя лепестки лаванды. Розмарин нынче не по сезону, — парировала я.

Он рассмеялся. Раскатисто, с хриплыми нотками и глубокой, особой мелодичностью, что проникала эхом под кожу.

— Что ж, в таком случае я не буду лезть туда, куда меня не просят, — неожиданно легко согласился Черный дракон. — Но если снова кто-то посмеет коснуться твоей свободы без видимых причин — я хочу услышать об этом первым. Договорились?

— Нет, — невозмутимо ответила я, наблюдая, как вытягивается породистое лицо лерда-дракона.

И пошла дальше.

Но почти дотянувшись до волшебного шнурочка колокольчика, отпирающего дверь в ателье, бросила через плечо:

— Однако у тебя всё еще остается шанс меня уговорить! — загадочно подмигнула я Черному Игнатриону.

И, встав вполоборота, шевельнула кончиками пальцев ему на прощанье.

Глаза дракона многообещающе сверкнули серебром.

— Тогда не прощаюсь, — улыбнулся он краешком губ.

Глава 21

Глава 21

Я вошла в своё ателье, как побитый шмель.