Призванная. Душа волчицы - Надежда Чистая

ниже плюс десяти градусов, и лишь в Ледяных Чертогах она доходит до минус шестидесяти. На драконьем острове и южной части демонического королевства вообще круглый год лето и жара от сорока градусов и выше. Хотя, насколько помню из географического курса, в человеческом государстве редко, но всё же может выпасть немного снега, но и тот быстро тает. — С каждым произнесенным словом, сказанным спокойным голосом мужа, чувствовала, как у меня шерсть поднимается на загривке от страха и ярости. Хорошо, что Аргис меня не отпускал. Наоборот даже, прижал к себе покрепче. Наверное, чтобы женушка не ломанулась куда-нибудь, задрав хвост.

— А давай ты просто мне сейчас соврешь, чтобы пошутил, а? Скажешь, что сейчас мы поднимемся, пойдем в поселение и вскоре познакомимся с твоей семьей. — попросила. Нет. Почти что взмолилась Аргису, в принципе, заранее переставая надеяться на лучшее.

— Боюсь, Снежинка, здесь мы можем познакомиться лишь с твоими сородичами. — мрачно хохотнул волк, вдруг резко переворачивая меня на земь и нависая сверху. — Почему твоя душа стала частью моего мира? И кому мне нужно сказать за это спасибо, перед тем как убить?

Аргис говорил не только спокойно, но еще и мягко, явно боясь меня напугать. Вот только, может, ему не говорили, или забыл, не знаю, но глаза его во время злости приобретали поистине жуткий черный оттенок, будто сама тьма смотрит в это мгновение, гадая, убить или можно оставить в живых, чтоб поглумиться, помучить подольше. И я не сомневалась. Ради меня этот молодой мужчина и убьет, и поглумится, и помучает. Вот только надо ли оно мне? Подумав мгновение, осознала, что… надо. А я буду стоять рядом и подам после тряпочку, чтобы стереть с оружия кровь.

Моя история жизни вышла не самой веселой и длинной, конечно, но и в ней были свои радости, которые я разделяла со своим истинным. От уклада жизни оборотней моего мира Аргис, можно сказать, удивился и не очень обрадовался. Если судить по злобному рычанию и ещё большему потемнению глаз.

Не смущаясь наготы (а мне еще что-то говорили о недопустимости подобного в приличном обществе!), Аргис поднялся на ноги и подхватив меня на руки, понес в сторону источника воды. Через несколько сотен метров, преодоленных уверенным, бесшумным шагом оборотня, меня бережно усадили на серый валун, который наполовину был погружен в воду. Холодная, прозрачная река имела сильное течение с каменистым дном и казалась негрубокой. Я не обнадеживалась ее мнимой безопастностью, вообще не очень любя воду, понимая насколько она может быть опасна даже для хорошего пловца, поэтому, когда мой собственный, можно сказать, уже совершенно родненький муж нырнул в реку, выругалась не самыми лестными словами, подслушанными у торговцев-мореплавателей.

Плавать я умела. По-собачьи и в купальне. Так что прыгать в воду я и не думала, зная, что убьюсь куда быстрее. Металась по огромному камню, как волк в полнолуние, и не знала, что делать.

— Не убьешься сам, так сама прибью! — шипела, познавая родство с нагами. — Мало в нашей семье одной безумной самоубийцы, так мне ты, паразит эдакий, на тропе повстречался!

— А мне нравится, как ты обо мне беспокоишься. — Я так погрузилась в описания кар для благоверного, что даже не услышала его появления за своей спиной.

Резко замолкнув на особо шипящей ноте, повернулась к лыбящемуся возмутителю моего душевного спокойствия. Тренированный, атлетично сложенный, голый, мокрый после экстремального купания Аргис выглядел настолько вдохновляюще на приставания с моей стороны, что злость испарилась как-то сама собой. А то, что плавать мужчина отправился не раздражения и устрашения своим сумасшествием ради, а чтобы прокормить нервную жену речными дарами, и вовсе привело в восторг.

Тяжело вздохнув и понимая, что ещё как минимум сутки у меня предвидятся эмоциональные карусели по поводу персоны мужа из-за образовывающейся связи, поднялась аккуратно на ноги и обняла Аргиса, отстраненно думая, что упаси Луна появления в поле зрения какой-нибудь самки. Трындец всем.

— Ещё раз так сделаешь, не предупредив, приморожу к себе, чтобы не было возможности вытворять глупости и нервировать жену. — пробурчала с угрозой в голосе. — И вообще, почему сразу рыба?

— Потому что охотиться на чужой неизведанной территории с тобой я не стал бы, а одного уже не отпустила бы ты. — Вновь подхватывая меня на руки, Аргис спрыгнул с камня в воду, заставляя от неожиданности и контраста температур пискнуть и вжаться в мужа. Быстро смыв в ледяной воде следы нашей близости, истинный вынес нас на берег, усаживая меня рядом с добычей в виде пяти рыб размером с локоть. — А так благодаря воде ты была укрыта от чужаков.

— Еще немного, и тебя можно было бы укрывать саваном. — Пробурчала едко себе под нос, рассерженно фырча, но муж услышал и, хохотнув, быстро поцеловал в макушку.

Ненадолго оставив меня в одиночестве, но не выпуская из поля зрения, Аргис быстро набирал веток для костра. Я руку, а точнее лапу, тоже приложила к общему делу, и пока оборотень искал хворост, распотрошила и почистила рыбу. Через небольшой период времени, разведя с помощью магии огонь, истинный уже жарил нам обед.

— Как думаешь, кто мог так постораться с нашим переносом? — Глухо спросила в конце трапезы, поднимая встревоженный взгляд на Аргиса.

— Кто угодно при должном желании и старании, милая. Один из твоих истинных король; как теперь понимаю, именно на тебя злится наследница одного демонического рода; да и целью могла быть не ты, а недоброжелатели моего рода. Хотя уверен, что и у Айскирия найдется парочка недругов. А ты стала нашей общей слабостью и отличной возможностью для нашего устранения.

— А что у тебя за род? — поинтересовалась с любопытством, сконфуженная тем, что не удосужилась узнать даже фамилии истинного.

В своё оправдание могу лишь сказать, что никогда бы не подумала, что истинная связь может так раскиселивать мозг, что ни о чем другом, как о соединении с избранником, и думать не хочется. Сейчас я хотя бы могу находиться рядом с Аргисом без постоянного желания немедленного продолжения рода. Но вот тоска по двум не менее желанным истинным туманила немного разум и раздражала. Но не тем, что я не могу немедленно утолить этот эмоциональный голод, и уж тем более не тем, что не желала бы этой связи с такими последствиями, а тем, что и Дайран с Айскирием сейчас где-то там рвут, метают, тоскуют в разлуке. Причем без возможности почувствовать меня из-за большого расстояния и незакрепленной связи.

— Моя семья… — Аргис как-то задумчиво посмотрел на меня и почему-то решил