Призванная. Душа волчицы - Надежда Чистая

— Дорогая… — примирительно улыбнулся Аргис, не зная точно, что лучше делать — отступать от своей волчицы или заключать в объятия. — Понимаю, ты злишься…

— Я в бешенстве. — поправила его, отмечая, что Ришар выбрал первый вариант и как бы невзначай отступил, прикрывая руками достоинство, и посмотрел на моего мужа с жалостью.

Аргис сделал шаг в моем направлении, предпочтя, видимо, держать жену поближе к себе, а уж успокоения меня ради или в спасении от алчущих внимания волчиц — дело вторичное.

— Прошу гостей разделить со мной кров и стол. — Выдыхая, с широкой улыбкой Ришар махнул в сторону распахнутой двери, как заправский дворецкий, и первым проскользнул в проем, не то желая показать, что там из-за угла никто не кинет кинжал, не то просто скрываясь в теплом помещении от леденящего ветра, вызванного моим неудовольствием.

Деревянный дом Ришара пах уютом и комфортом. В прихожей было немного сумрачно, но для оборотней это было не критично. Чуть дальше от входа располагалась лестница на верхние хозяйский, гостевой и гаремный этажи, на первом же была кухня, гостиная, столовая, она же в нужное время могла превратиться в залу для празднества, и несколько помещений для постоянной прислуги. Я никогда не бывала в гостях у Безумного, но планировка моего отчего дома идентична. Из-за угла выскочила горничная, одетая в черное платье длиной чуть выше щиколоток, белом фартуке и с таким декольте, что мне с моим размером только остается уныло повыть на Луну, и вежливо, немного кокетливо пригласила последовать за ней. К Ришару же спустилось сразу две наложницы, облепляя мужчину с обеих сторон, впрочем, не забывая стрелять хитрыми, хищными глазками и на моего мужа, повели вожака в его покои, будто он забыл туда дорогу.

— Вот ваши комнаты, альфа Айя. — мило улыбаясь, прочирикала горничная, обращаясь исключительно ко мне. — В шкафу есть новые платья и всё остальное, что может вам потребоваться после оборота и путешествия. Альфа Аргис, позвольте мне вас проводить до ваших комнат. — продолжая улыбаться, но добавив в голос немного больше воодушевления, словно чаевые собралась стребовать натурой, молодая волчица была готова приплясывать от нетерпения.

— Но… — Аргис непонимающе посмотрел на меня, старающуюся сдерживать лицо и эмоции.

Одномоментно решив окунуть своего истинного в правила и обычаи местных оборотней без подготовки, я жалела, но не могла отступить из-за собственного упрямства и желания посмотреть на парня в столь необычных для его мировоззрения обстоятельствах и, можно сказать, вседозволенности по отношению к женщинам. Наверное, я дура. Возможно, даже пожалею. Но папа говорил, что порой стоит слушать не только, что говорит мужчина, но и какие поступки совершает.

— Айя моя истинная и жена. — уточнил растерянный парень, когда не дождался моего негодующего рыка и кровищи из растерзанной глотки девицы. А Луна ведает, как мне хочется!

— О! Альфы, я искренне поздравляю вас с обретением друг друга. Путь ваш путь осветит Луна, Виркан защитит от всех невзгод, а Мать Природа благословит большим и сильным потомством. — искренне пожелала нам счастья девушка, склонившись в пояс и улыбаясь так, будто это она повстречала истинного.

— Спасибо. Пусть боги услышат твои слова, а Луна поведет тебя к твоей судьбе. — Произносила ритуальную фразу я с неменьшей искренностью, если не с большей. Может хоть с появлением мужа у нее поумерится аппетит, и она не станет так плотоядно смотреть на чужих. Аргис молчал, переводил взгляд с одной на другую и расслабился. Рано, милый.

— Альфа Аргис, пойдемте, осталось не так много времени до обеда. — С ещё большей симпатией и воркованием завела прежнюю шарманку миловидная горничная с ярко-зелеными глазами.

— А… А как же жена?.. — Мне показалось или Аргис едва не спрятался у меня за спиной?

Альфа Айя будет отдыхать, к ней вот-вот подойдет горничная и поможет искупаться. — Воркуя, словно уговаривала ребенка съесть противную кашу с комочками, девушка прикоснулась к локтю моего мужа, отчего мне срочно потребовалось отвести от представшей картины взгляд, иначе быть беде и замороженной заживо волчице.

— А я? — Совсем уж ошарашенно булькнул Аргис.

— А вам помогу я! — Уверенно, будто дело уже решенное и жребий был кинут, радостно заявила наша сопровождающая. Не будь она так вышколена, наверняка в ладони захлопала бы от счастья.

Раздавшееся грудное рычание злого волка мы обе встретили с непониманием и, чего уж там, с легкой настороженностью. В глаза мужа я вообще смотрела с шоком, так как их заволокла тьма, когда как горничная едва на ногах устояла, увидев, какие фокусы может показывать новый всеобщий кумир стаи.

— У меня есть истинная. У меня есть жена. Я буду спать с ней. В одной комнате. В одной кровати. Я буду только с ней, мне не нужны другие женщины ни в кровати, ни в ванной. Я понятно объяснил? — рыча разъярённым зверем и давя своей силой альфы и тёмной магией, Аргис едва не довёл до обморока служанку, прижавшуюся к стене, опустившую голову и присевшую, чтобы казаться ещё меньше и безобидней. — За десять минут до обеда принесите для меня одежды, а до того момента не смейте даже приближаться к двери.

С этими словами очень недовольный оборотень подхватил на руки свою добычу в моём лице, зашёл в комнату, запечатав магией дверь, и направился прямиком в сторону спальни.

Аргис Блер

Волк рвался и метался, находясь запертым в теле человека. Его всё бесило. Он был в чужом, существующем по совершенно иным, чуждом ему законам мире. Он не мог защитить свою пару. Он находился на чужой, возможно враждебной территории. К нему, в конце концов, лезут посторонние, противные ему девушки. И только жена, его сладкая, дикая волчица, останавливала его от необдуманных действий с закапыванием под землю всех повстречавшихся. А он может, некромант как-никак.

И всё же, что это за нахрен было только что в коридоре?! Я нашел свою истинную, какого шнырха передо мной крутилась та волчица?! Хотя теперь, думаю, она будет меня обходить десятой дорогой. А вот Айя чего добивалась своим бездействием? Это я не могу женщину тронуть, воспитанный на том, что она драгоценность и продолжение рода, а значит, априори неприкосновенна, а что жене мешало остановить поползновения в мою сторону той девицы?

Зато стоило показать силу, так обе очухались. Правда, моя истинная как-то не так. Я когда понял, что она возбудилась, сначала даже не поверил, а потом, когда аромат ее возбуждения достиг обоняния, едва не взял ее прямо там, на глазах прислужницы. Зато сейчас мы были одни, Айя смотрела на меня в