Академия для наследников. Дитя некроманта - Анастасия Ольховикова

быть оставленными без внимания. Ничего Таорман не усмирял — ему в случае со мной это оказалось бы не под силу. Со мной был Дэй и никто другой. Только вот папа, почему — то, был уверен в совершенно противоположном. Что же все — таки произошло на полигоне?

Вздохнув и снова прикрыв глаза, я попыталась воскресить в памяти последние минуты, проведенные в объятиях Дэя. Нет, не мог он мне присниться — просто не мог!

Я перебрала с силой. И даже то, что он внезапно оказался рядом, не спасло меня от истощения. И в обморок я падала, будучи еще с водником. А потом? Что случилось потом? Дэй отдал меня Мани?

Что — то царапнуло на этой мысли. Что — то знакомое, нечаянно навеянное. Ведь было уже так, что сначала рядом был Мани, а потом… исчезал? Ну, конечно! Тот чердак, на который Мани затащил меня — теперь я, во что бы то ни стало, должна была проверить его!

— Огневик, это неудивительно, — тем временем отозвался папа, гладя меня по голове. Его прикосновения унимали сумятицу, царящую у меня в мыслях. Постепенно я начинала понимать, что буду делать дальше.

— Что еще по полигону, пап? — решив не оттягивать неизбежность, спросила я.

— Послезавтра явишься в ректорат. И ты, и Витания должны будете объяснить свою позицию и описать действия, приведшие к таким последствиям. А потом… тебе придется сменить место жительства.

— Что? — глаза сами собой неожиданно распахнулись.

— Твоя тьма теплая, милая, — с сожалением подтвердил отец, — но контролировать ее до конца ты так и не научилась. А потому…

— Я буду исследовать женскую половину башен?

— Да, моя хорошая, — с грустной улыбкой ответил отец. — Зато можешь выбрать себе любую комнату.

— Чердак, — не задумываясь, ответила я. — Я выбираю чердак.

* * *

Переезд прошел гладко. Мне помогала даже Свон, с которой отношения после нашего якобы воссоединения с Таорманом стали прохладными. А еще она смотрела очень обеспокоенно, когда уходила из моей новой комнаты, но о своих опасениях вслух не сказала. Айна бодрилась и не верила, что я не могу контролировать тьму, а еще обещала в ближайшее время принести своей настойки, чтобы повторить мое «посвящение» в суолы. Конечно, я ничего не имела против, вот только сомневалась, что мы сможем воссоздать душевность первого раза. Но делать было нечего, уговор с Мани все еще был в силе.

Неизбежно выходило время моего отдыха, а значит, приближался момент, когда я должна была встретиться с Витанией в кабинете ректора, то есть отца. Нет, перспектива нести наказание за то, что совершила, меня не пугала, однако увидеться с девушкой, озлобленной отчасти из — за того, что дед однажды выкрал бабушку… пусть это был и не мой личный грех, ответственность я несла по долгу крови. Сколько еще могло скопиться грехов в темном прошлом моих родственников?

В день, когда нужно было явиться в ректорат, я встала с первыми лучами солнца. Пусть комната на чердаке в женской половине отдалённо напоминала ту, в которой я просыпалась благодаря Мани, я по — своему придала ей уюта, хоть в моем распоряжении и оставалась одна лишь тьма. Чердак стал более темным, зато я могла любовно провести рукой по мягкому покрывалу на кровати, спрятаться за плотными шторами на окне, погрузить пальцы в теплый балдахин, скрывающий кровать от лишних глаз, которых на чердаке и так не было. Утро перед походом я встречала у окна, не вылезая из ночной сорочки и мечтая о том, чтобы снова где — нибудь увидеть Дэя. Привиделось ли мне спасение на полигоне, или он правда, подобно демону — хранителю, все время находится рядом, когда мне угрожает опасность?..

Волосы я связала в тугой хвост. От этого стала казаться еще моложе, если бы не форма факультета Смерти: брюки и куртка сидели на мне, как влитые, и из зеркала сосредоточенно взирала почти незнакомая девушка. Вздохнув, я забрала с прикроватной тумбочки учебники, которые читала накануне вечером, и сложила на стол. После ректората надлежало отправиться на практику к стору Инфайзеру. Некромант, как я успела убедиться, пишущие принадлежности особенно не жаловал.

На подходе к зданию с административным корпусом академии меня перехватил Таорман. Легко дернул за хвост, а потом, когда я инстинктивно отклонилась назад, бережно обнял за талию и прижал к себе:

— Не видел тебя всего два дня, а уже успел соскучиться!

В очередной раз напомнив себе, что мы с огневиком якобы пара, я приняла его игру и положила свои руки поверх его:

— Заработал славу бабника, а к любимой девушке так и не догадался залезть.

Синие глаза зажглись откровенным восторгом:

— А можно?

— Я из тех людей, которые приветствуют безумства.

— Договорились, — шкодливо улыбнулся огневик, и я поняла, что меня ожидает веселый вечер. — Я заберусь к тебе по виноградным лозам! — невпопад и нараспев произнес он, закружив и заставляя рассмеяться.

— Не хватало мне непонятных врагов, теперь добавятся еще и твои рассерженные поклонницы, — успокоившись, в шутку пожаловалась я.

— А что там с непонятными врагами? — невинно поинтересовался Мани, и я решила испытать его:

— Даже и не знаю… скажи — ка мне, дорогой, почему незнакомая демоница Времени, встретившаяся мне на чердаке мужской башни, решила поставить в вину то, что я тебя заинтересовала?

— Хотела поговорить с тобой в доверительной атмосфере, — сделав страшное лицо, ответил Таорман. — Кто же станет признаваться моей девушке в том, что от меня без ума, при свидетелях?

— Поклонница, значит, — хитро глянула на него я. — Проверить не хочешь? Я как раз иду к ректору, чтобы поговорить с ней. При свидетелях, конечно, — насмешливо добавила я, прекрасно понимая, что Мани найдет любую причину, лишь бы не встречаться с Витанией.

— Нет — нет, свои женские разговоры не стоит делать доступными для мужских ушей, — выпуская меня из рук, только подтвердил предположения огневик. — Лучше я тебя до корпуса с ректоратом провожу.

Не став противиться, я с удовольствием отдала ему свою руку, Таорман возобновил объятие, подхватив меня под нее, и вместе мы отправились на встречу с Витанией. Невозможно было игнорировать многочисленные завистливые взгляды, которые бросали в нашу сторону суолы разных возрастов, но, в конце концов, какое мне было до всего этого дело? Ведь улыбчивый парень, ведущий меня за руку, служил причиной прекрасного настроения. А у входа в ректорат мы расстались, и на встречу с прошлым я отправилась уже одна.

Витания стояла у окна, ведущего во дворик, где мы только что расстались с Таорманом. Значит, наше расставание она