Запрет на истинность - Светлана Томская

только примитивный набор понятий: если ты слышишь свист, значит, меч пролетел мимо цели; если звон, значит, лезвия соприкоснулись, и удар налетел на блок. Если же клинок достиг цели, то ты, скорее всего, ничего не услышишь.

Большинство зрителей знает и того меньше. Охи и вскрики сопровождают каждый звук, кажущийся опасным.

Но я отметаю их, реагируя только на рёв парней старшего курса. Потому что они видят, и именно они ревущим звуком отмечают удары, достигшие цели.

Свист, звон, рёв. Звон, ещё звон, свист.

Самый редкий звук — это рёв. Потому что, чем выше уровень воина, тем труднее пробить его защиту. И потому что он не столько защищается, сколько нападает.

А ещё я слышу счёт, и он сейчас для меня значимее всего:

— Раз.

— Два.

— Раз.

— Три

— Два.

Это Лерой и Хоркин, занявшие позиции с противоположных сторон площадки, умудряются отмечать незаблокированные удары.

Я не понимаю, за кого я болею. Не знаю, кто ведёт в счёте. Моё сердце болезненно сжимается в ответ на каждый пропущенный удар. И в то же время не могу не восхищаться… обоими.

— Стоп! — Улучив момент, когда противники отступают друг от друга, Альгис бросает между ними магический щит. — Всё, парни, достаточно.

Два полуобнажённых рельефных мужских тела блестят от пота. Руки, бугрящиеся литыми мышцами, продолжают крепко сжимать рукояти мечей. Рык всё ещё рвётся из глоток. Два хищника всё ещё готовы биться.

— Считаем? — кричит Лерой.

— Давай, — поддерживает Хоркин. — Чтобы никаких сомнений.

— Пять, — кричит Хоркин, обходя вокруг Эйнара. — Ни одного смертельного.

— Пять, — вторит Лерой, хлопая по плечу Роана. — Тоже малой и средней тяжести. Ну вы даёте! Лучший бой, который я когда-либо видел.

— Вы решили свои проблемы, парни? — спрашивает Альгис.

— Не совсем, — хрипло отвечает Эйнар, передавая меч одному из парней. — Нам ещё есть о чём поговорить. Но на мечах решили.

Роан тоже отдаёт меч. И только после этого Хоркин небрежным взмахом руки убирает магический щит.

Противники сходятся. Роан первым протягивает руку. И Эйнар пожимает её.

И в этот момент раздаются аплодисменты. Эти нарочито редкие хлопки, усиленные магией, не предвещают ничего хорошего.

— Отлично. — Голос ректора перекрывает все звуки. — Я приветствую ваше рвение к тренировкам. Но по поводу нарушения режима Академии я хотел бы поговорить с каждым по отдельности. Барон Орто, жду вас в кабинете прямо сейчас. Вашего соперника — завтра утром. Всем разойтись.

— Иди к себе, — отрывисто говорит Роан, подходя ко мне.

— Я так тобой горжусь, — тихо отвечаю я брату.

— Нечем особо, — ворчит Ро, но я-то чувствую, что он улыбается. — Чамп оказался сильнее, чем я ожидал. Наконец-то, серьёзный соперник.

Подходит Хоркин.

— Я с тобой, Роан, к ректору. Всё началось на моей территории.

— Не стоит, ты же понимаешь…

Продолжая спорить Альгис и Ро направляются к выходу.

Остальные тоже начинают расходиться, но неохотно. Большая часть из нас скучковалась вокруг служанки, которая притащила прямо на полигон поднос с напитками. Замечаю направляющегося к нам Эйнара. Но поздравлять его не решаюсь. Как-то неудобно.

— Какой же ты молодец, Дени, — хвалит Лероя Нари. — Как ты догадался, что мы тут все будем умирать от жажды?

— Так не первый же ночной поединок. — Лерой смеётся. — Опыт есть.

И верно. Сейчас и я чувствую, как пересохло в горле. Вот только нас много, и мне неудобно пробиваться сквозь толпу. Решаю потерпеть до своей комнаты, но кто-то заботливо суёт мне в руку бокал.

Смотрю на просвет — морс. Делаю большой глоток, с удовольствием ощущая, как прохлада растекается по горлу. Пить очень хочется, и я делаю второй глоток, прежде чем соображаю, что у морса необычный привкус.

Рёв Райлинг рвёт изнутри барабанные перепонки. В глазах темнеет. Последнее, что я вижу, — вспыхнувшие пламенем вертикальные зрачки.

Глава 23

Погоня

Эйнар

«Моя!» — рявкает Дарг.

Впервые мой дракон использует речь. До сих пор мы общались образами. И своё желание присвоить пару он передавал так, что после каждой встречи долго болело в паху.

Требовал грозным рыком.

Получал жёсткий ответ от меня.

Жалобно урчал. Смирялся.

Я пытался научить Дарга понятию «терпение». Сложно.

Но ни разу до сегодняшнего дня дракон не пытался взломать изнутри мою грудную клетку и совершить оборот против моей воли.

Сейчас он впервые рвётся наружу, словно обезумевший.

Мелькнувшая мысль, что на Дарга повлияла горячка боя и он решил, что после поединка имеет право на свою пару, исчезает, когда я вижу вытягивающиеся зрачки Айрис, её кисть, стремительно покрывающуюся чешуёй, изящные пальцы с прорастающими когтями.

Хруст стекла. Это разлетается на осколки бокал, смятый лапой нашей драконицы.

Крики разбегающихся парней и визг девчонок. Злорадная усмешка девки, которая весь вечер пыталась в меня вцепиться. Мелькает какая-то смутная догадка, но я её отбрасываю.

Сейчас надо спасать Айрис. Она потеряла контроль над своей второй половинкой.

Почему? Все разборы потом.

Белоснежная красавица отталкивается от земли и взмывает в светлеющее небо.

«Догнать», — рявкает Дарг.

И я выпускаю своего дракона. Но прежде отправляю ему картину с чёткой задачей и создаю плетение, которое позволит мне полностью контролировать зверя. Дарг обиженно рявкает, но принимает условия.

Полигон и Академия остаются далеко позади.

Обезумевшая драконица рвётся подальше от людей. И через несколько взмахов крыльями мы оказываемся над лесом.

Я люблю отпускать Дарга в вольный полёт. Но не сегодня. Заставляю дракона держаться на расстоянии и высматривать место для приземления. Он недоволен, но подчиняется. Будь его воля, он уже догнал бы её прямо в воздухе и… подчинил бы.

А самое опасное в том, что чешуйчатая красотка заметила нас и… она не против. Драконица замедляется в полёте и начинает игриво петлять, медленно и грациозно вертит задницей, подманивая.

У Дарга слюни текут.

Добавляю в плетение, кроме земли, огненную и воздушную стихии.

«Аррр!»

«Терпи, Дарг. Она будет нашей, но не сейчас. Опасно. Надо спасать».

Кажется, я нашёл правильные слова.

«Опасно, спасти», — повторяет зверь отчётливо.

Лесной массив после очередного виража резко обрывается, и впереди под нами до самого горизонта расстилается открытое пространство.

В лучах восходящего солнца поблёскивает широкая река, пересекающая равнину.

Редкостная удача. У Айрис водная стихия. А значит, проще всего вернуть разум с помощью воды.

Равнину прорезает ущелье, и спокойно текущая по плоской поверхности река обрушивается в него водопадом.

Недалеко от края пропасти через реку перекинут каменный мост с какими-то строениями на нём.

«Пора!»

Дарг делает рывок, чтобы зайти сверху. Наша игривая пара воспринимает манёвр дракона по-своему: замедляется, призывно изогнувшись, и мы застываем на миг над потоком.