Подонок. Забери моё сердце - Дана Алексеева

— Лежит и лежит, мне не мешает, — равнодушно отвечает.

— Мог бы выбросить.

— Видишь, пригодилась, — хмыкает он. — Зубы почистишь перед сном.

Гера проходит мимо и заворачивает в ванную комнату. Я иду за ним.

Заславский берёт свою черную щётку, подставляет под струю воды и выдавливает на щетину зубную пасту. Обернувшись, взглядом предлагает мне сделать то же самое. Я подставляю свою щетку и получаю сверху гелеобразный шарик с мятным вкусом.

Мы оба смотрим в зеркало и чистим зубы, как в старые добрые времена. Ничего необычного, обычный ритуал перед сном, но

Нет, никаких но, Лиза. Хватит упиваться ностальгией. Ты сплюнешь пасту, ополоснёшь рот и пойдешь спать. Всё. А наутро почистишь зубы ещё раз, заберёшь свою щётку и покинешь квартиру Заславского. И больше ни ногой сюда. Думай о Мише, о своём любимом парне, которому ты, кстати, ещё не отзвонилась!

Мысленно отхлестав себя по глупым щекам, я по-быстрому заканчиваю с чисткой зубов.

— Спокойной ночи, — желает мне Гера.

— И тебе, — отвечаю из вежливости.

Он идёт в душ, а я направляюсь в спальню и запираю двери. Здесь стало прохладно и свежо, ветерок поддувает штору. Я закрываю окно и достаю из сумочки телефон. Набираю Мишу, но вместо гудков слышу автоответчик, который говорит, что номер недоступен. Досадно поджав губы, пробую дозвониться еще раз, но попытка оказывается безуспешной. Вздохнув, залезаю в соцсети на его страницу — «был в сети три часа назад». Пишу сообщение, что уже ложусь спать и завтра приеду к нему. Надеюсь, зайдёт — прочитает.

Убираю телефон на тумбочку и снимаю платье. Лифчик следом отправляется на спинку стула. Забираюсь под одеяло и ловлю мурашки от прохладного одеяла. Повернувшись на бок в любимую позу, притираюсь щекой к подушке и закрываю глаза.

Глава 20

Лиза

Укутавшись в одеяло, я выхожу из спальни и бесшумно перебираю босыми ногами на кухню. Край одеяла волочится по паркету следом за мной. В квартире царит утренняя тишина. Я нажимаю кнопку чайника, и его прозрачные стенки загораются синей подсветкой. Зеваю, прикрыв ладонью рот, и протираю глаза, которые никак не хотят просыпаться. Локтями уперевшись в столешницу, подпираю подбородок и чувствую, как веки сами собой закрываются. Состояние — сонно-расслабленное, мысли витают где-то в ватных облаках.

— Доброе утро, — доносится сзади хриплый голос Геры.

Только открываю глаза, как его руки мягко и уверенно обвивают меня. Парень прижимается грудью к моей спине, по которой от прикосновения проносится ворох мурашек. Секундное напряжение на неожиданное появление сменяется теплой патокой, растекающейся по мышцам. Горячие губы касаются моего ушка, нежно целуют, спускаясь к шее. Я прикрываю глаза и ощущаю приятную дрожь по всему телу. Блаженно улыбаюсь, склонив шею для ласки, и завожу пальцы в густую шевелюру.

Гера разворачивает меня, и теперь я вижу его красивое лицо. Он, приподняв один уголок губ, любуется моим и выводит узоры большим пальцем по щеке. Ресницы, опустившись, подрагивают от чрезвычайной нежности. Каждая клеточка тела откликается на манипуляции парня. Мы встречаемся взглядами: мой — доверчивый, его — обволакивающий. Радужка мужских глаз бликует расплавленным серебром, а расширенные темные зрачки транслируют моё отражение. Прищурившись, парень заводит прядь моих распущенных волос за ухо и склоняется к губам. Оставляет на них легкий чмок и расплывается в улыбке. А я, сглотнув, облизываю губы и взглядом прошу ещё. Прислонив свой лоб к моему, Гера в неторопливом движении снимает с меня одеяло, оно сползает с плеч и падает под ноги. Нагое тело мгновенно покрывается мурашками, лишившись теплого укрытия. Гера прижимается ко мне вплотную, так что твердые соски впиваются в его грудные мышцы. Мужские ладони скользят от лопаток к пояснице, вызывая новую волну крупной дрожи. Страстно сжав ягодицы, он присасывается к моим губам. Сразу вторгается языком в рот, глубоко целует, перекрывая кислород и заставляя полыхать изнутри. Тело незамедлительно возгорается, как на костре, облитом бензином. Кожа плавится, как и рассудок. Его близость совершенна, она сводит с ума, ты погибаешь и тут же воскрешаешь от безумной ласки, её никогда не будет достаточно, ты хочешь ещё и ещё

— М-м, — простонав от стягивающего ощущения внизу живота, я переворачиваюсь во сне на бок.

Луч солнца, пробивающийся между шторами, падает прямо на лицо. Поморщившись, отворачиваюсь обратно, чтобы досмотреть продолжение, но я неизбежно теряю сон, попытки подсознания ухватиться за красивые картинки похожи на старания удержать воздух рукой. Безуспешно. Сон утекает, и я просыпаюсь.

Накрываю ладонями лицо и через щелку пальцев подглядываю в реальность. Спальня Германа, я в кровати, за окном утро. За секунду вспоминаю, что произошло вчера, и вздыхаю в двойственных чувствах. Поднимаю корпус и сгибаю ноги в коленях. Потирая лоб, сижу и перевариваю то, что родила моя фантазия. Имея парня, стыдно должно быть за такие сны. Не знаю, как это объяснить. Лучше просто об этом не думать.

Я вылезаю из-под одеяла и одеваюсь. Надо уматывать отсюда побыстрее, пока сон не стал явью. Заправляю кровать, подбираю с тумбочки телефон и выхожу из комнаты. Со стороны кухни слышны звуки готовки, Гера уже бодрствует. Я сворачиваю в противоположную сторону и открываю дверь ванной комнаты. Умываюсь, чищу зубы и забираю с собой щетку. Прячу её в сумочку, оттуда же достаю расческу и перед зеркалом прохожусь ей по волосам. Фиксирую локоны в низкий хвост.

Удовлетворенная собственным отражением, иду на запах, доносящийся из кухни. Замираю в проеме, скромно навалившись плечом на стену. Гера хозяйничает у плиты в одних штанах. Пробегаюсь по его рельефному силуэту с головы до пят и бесшумно вздыхаю. Лучше бы он прикрыл футболкой свои прелести или вообще спал. Я бы тихонько ушла, и всё. А так приходится пялиться на то, как он в полуголом виде готовит завтрак. Сняв с плиты сковороду, на которой скворчат яйца, Гера разворачивается и приподнимает брови при виде меня.

— Доброе утро, — говорит он и ставит сковороду на стол. — Кушать будешь?

Вместо ответа я опускаю глаза и прочищаю горло. Оттолкнувшись от стены, шагаю вперёд и присаживаюсь на стул. Считав моё действие за положительный ответ, Гера кладёт вторую вилку с моей стороны.

— Спасибо, — киваю я и втягиваю носом вкусный аромат.

— Что тебе налить? — интересуется парень, заполняя свою кружку струйкой свежеприготовленного черного кофе.

— Какао буду. Но я могу сама — Испытываю неловкость и касаюсь пальцами шеи.

— Да ладно, — хмыкает Гера.

Он достает точно такую же кружку и заваривает какао. Ставит его передо мной вместе с пакетом маршмеллоу