Мой альфа не такой как все - Алиса Буланова

поднимается на ноги. — Я сейчас же поеду к этому ублюдку и заставлю его извиниться за свои слова! Смотрю на неё недоверчиво. Она что, это серьёзно? Никогда прежде я не видела её такой злой. — Мам, постой! — я подскакиваю и бегу за ней в прихожую. — Тебя ведь уволят! Если этот ублюдок не извинится, то зачем мне вообще тогда работать на него?

Никто не смеет унижать меня или мою дочку!

Мне становится немного страшно за маму. Но на душе теплеет от мысли, что она на моей стороне и преисполнена решимости защитить меня.

Глава 23

Егор

Снова и снова я проверяю свой телефон. Юля обещала позвонить, как доберётся до дома, но до сих пор молчит. И мне не хочется раздувать из мухи слона, но я уже видел, как её задирают однокурсницы или как к ней пристают альфы постарше. Так что для беспокойства у меня

вполне достаточно основании — Васильев, телефон сюда! Живо! — кричит мне тренер. Приходится сделать, как он говорит.

После тренировки я вновь проверяю звонки и сообщения. Но ничего нового не вижу. Даже подозрение закрадывается: а всё ли в порядке с мобильным оператором. Может, сбой? Тяжело вздыхаю, чувствуя, как схожу с ума. Набираю Юле, но она не отвечает. Я переодеваюсь и спешу на парковку. Намереваюсь поехать к ней домой, но мне вдруг звонит дядя. Тренировка уже закончилась? — спрашивает он напряжённо. — Если так, тогда дуй домой. У меня к тебе серьёзный разговор.

Неприятные мурашки пробегают по спине. Предчувствую, что ничего хорошего меня от этого разговора не ждёт. Дядя зол. Но проигнорировать его прямое указание означало бы раздраконить его ещё больше. Пообещав себе поехать к Юле сразу после разговора с дядей, я выдвигаюсь домой. С порога я убеждаюсь, что моё предположение оказалось верным. Дядя Гера действительно не в духе. Он бросает на меня суровый взгляд.

Ну что, как там дела? — спрашивает напряжённо.

Нормально. Наша команда будет участвовать в областном чемпионате, так что теперь у меня будет больше тренировок, — отвечаю я, не зная, что конкретно он имеет в виду. Хорошо. Только смотри, чтобы это не помешало учёбе,

произносит дядя предостерегающе.

Я киваю и уже собираюсь пойти к себе.

Егор, постой! — окликает он меня. — Присядь ненадолго.

Он кивает на кресло рядом. Я напрягаюсь ещё больше, но всё же делаю, как он говорит. Я тут общался с одним своим старым знакомым, — начинает он, глядя куда-то мимо меня. У него дочка — почти твоя ровесница. Вот я и подумал, почему бы вам не познакомиться... Дядь, мы это уже обсуждали, — отвечаю я, прерывая его. — Мне всего девятнадцать, а тебе сорок три. Из нас двоих ты больше нуждаешься в том, чтобы с кем-то познакомиться.

Я пытаюсь говорить легко, чтобы мои слова звучали как шутка. Но кажется, дядя совсем не настроен шутить.

— Мы сейчас говорим не обо мне! — резко произносит он. — И я не спрашиваю твоего мнения. Я говорю, что ты познакомишься с этой омегой!

Он сурово сводит брови. В воздухе появляются его феромоны. Значит, вот как он решил? Меня охватывает чувство огромной несправедливости. Всю мою сознательную жизнь он говорил мне, что делать и как вести себя. Впервые я обрёл то, что имеет значение лично для меня. Но он снова решил вмешаться. Не хочу! — восклицаю я сердито. — Ты хоть понимаешь, насколько смешно всё, что ты пытаешься сделать? Допустим, ты продавишь меня и заставишь пойти на договорное свидание. Но что потом? Силой вынудишь меня заключить брак? Будешь стоять со свечкой и следить, чтобы я выполнял свой супружеский долг?! — Что за вздор ты несёшь?! — отвечает он.

— Это не вздор. Я говорю тебе, что не хочу знакомиться. У меня уже есть та, кого я люблю и с кем хочу быть! Дядя готовится разразиться ответной тирадой, но в этот самый момент срабатывает видеозвонок домофона. — Мы договорим с тобой позже! — бросает дядя и открывает ворота при помощи пульта. Внутри меня ещё кипят злость и возмущение. Это и есть та самая забота, которую он обещал моим родителям?! Мне становится противно. Ведь меня словно бы продают ради удачного бизнес-партнёрства.

Спустя пару минут я вижу на пороге Валентину Сергеевну. Пытаюсь понять, что происходит. Та лишь загадочно кивает мне. По их с дядей разговору я понимаю, что мама Юли работает на моего дядю. Я даже немного успокаиваюсь, решив, что она пришла по рабочим вопросам. Однако Валентина Сергеевна вдруг отвешивает дяде хлёсткую оплеуху. Я смотрю и не верю своим глазам. Нет, мне совсем не жаль дядю. Но сердце наполняется тревогой. Всё складывается воедино: настойчивое предложение дяди познакомиться с кем-то, игнор моих звонков и сообщений со стороны Юли и появление её мамы у нас дома

Что ты сделал, дядя?! — восклицаю я, понимая, что всё это связано между собой. Он не отвечает мне. Зато Валентина Сергеевна изъясняется вполне доходчиво

Как вам только в голову пришло угрожать моей дочке?! — спрашивает она тоном, полным разочарования. Дочке? — переспрашивает дядя изумлённо. — Я понятия не имею, о чём вы говорите! Холодная дрожь пробегает по телу. Дядя угрожал Юле? Он совсем спятил? Я бросаю на него напряжённый взгляд. Он, видимо, в своей голове пытается как-то срастить два неочевидных факта об омеге своего племянника и своей подчинённой. Ищет мысленно ответ на вопрос, как девушка-омега может быть дочкой человеческой женщины. Я же понимаю, что прямо сейчас должен поскорее объясниться с Юлей. Попросить прощения за дядю и успокоить. Я беру ключи и выбегаю из дома.

До сих пор я поступал так, как велел мне дядя. Это не всегда нравилось мне. Но я верил, что он принимает решения, руководствуясь заботой обо мне. Даже когда он требовал от меня, чтобы я был лучшим во всём, я думал: «Он поступает так потому, что сам идеален». Сегодня я понял, что дядя Гера — жуткий эгоист. Он не просто попытался заставить меня познакомиться с омегой, которую выбрал мне. Дядя пошёл к Юле и потребовал расстаться со мной.

Мне трудно представить, как Юля чувствовала себя в тот момент. Я знаю только, что мне бы очень сильно не понравилось, если бы кто-то стал требовать от меня расстаться с любимой. Я ругаю себя за то, что сразу не поехал к ней. Одну вещь я понял после всего этого: я по-настоящему люблю Юлю. Истинная она или нет, я хочу быть с ней, и ничто этого не